Настоящий полицейский (СИ)
Игорь подергал дверь – закрыто. Металлическая дверь соседнего входа и вовсе не имела ручки. Игорь задрал голову, посмотрел на окна, затем обернулся, закусил губу, мрачный взгляд его заскользил по окрестностям и остановился на белом «каблуке», который зачем-то въезжал в парк через ворота у эстрады. Проехав вдоль детского городка, «каблучок» свернул на дорогу к «Десантнику» и поехал прямо на Игоря. Игорь спрятался за тамбуром, а оттуда спрыгнул в кусты. Машина тем временем подъехала, развернулась и припарковалась задом к главному входу. Из нее вышел усатый мужик в спортивном костюме с поясной борсеткой, пружинистой походкой, широко расставляя ноги, будто ехал на лошади, подошел к двери и вальяжно постучал. Голоса в окне над головой Игоря прекратились, загрохотали стулья. Вскоре открылась наружная дверь, и юный смех зазвучал на улице.
– Припозднился, Матвеич! – Раздался наглый голос подростка лет шестнадцати.
– Че в бубен дать что ли? – Ответствовал мужской голос. – Разгружай давай!
Снова смех и крик:
– Слышь, жирный, иди таскай!
Игорь осторожно выглянул. Мужик и подростки крупнее Игоря – лет пятнадцати-шестнадцати таскали коробки из «каблучка» в клуб.
Работали они не очень быстро – выходили гурьбой, хватали каждый по коробке и со смехом и болтовней, сводившейся к подтруниванию друг на другом и особенно над каким-то «Жирным», исчезали в клубе секунд на пятнадцать-двадцать. Судя по смеху над головой, коробки они заносили в помещение, возле которого стоял Игорь.
Улучив момент, как только они зашли в очередной раз, Игорь по-кошачьи засеменил к тамбуру, заглянул, увидел крохотный холл с фотографиями и грамотами на стенах. Налево уходил темный коридор, а справа падал свет. Прямо располагалось темное помещение с приоткрытой дверью. Недолго думая, Игорь вошел, выглянул в светлый коридор – спиной к нему стоял широкоплечий парень в футболке с гербом Ленинского района, почти целиком загораживая проход.
Игорь тенью скользнул за дверь и аккуратно прикрыл ее за собой. Помещение оказалось крохотной раздевалкой. На одном из крючков висел грязно-белый пояс от кимоно, в узкое окно под потолком лился мертвый серебристый свет, и заглядывала Луна.
Голоса и шаги то приближались, то отдалялись. Минут через пять, заработал мотор и дверь захлопнулась. Смех переместился за стену слева.
Игорь осторожно высунул голову, поглядел по сторонам. В конце коридора слева, за прикрытой дверью звучали голоса. Справа во мраке, угадывались очертания висящих туш, в которых он не сразу распознал боксерские груши.
Игорь вышел в холл, прикрыл за собой дверь, которая в последний момент предательски скрипнула. Часть голосов в конце коридора стихла. Игорь проворно нырнул в темноту и очутился в зале.
– Да закрыл я дверь! – Раздался неуверенный голос.
Игорь тенью заскользил вдоль стены, добрался до распахнутой двери в качалку – прятаться тут было негде, бежать тоже. Он встал за последней грушей в углу зала. В другом конце коридора тем временем кто-то раздавал «Жирному» указания, одновременно подтрунивая над ним.
– Жирный, иди проверь!
– А если там ниндзя?
– Да жирный их раскидает!
– Ага.
– Жирный тоби уширо! В полете!
Следом раздался обезьяний визг, переходящий в смех, который заглушила закрывшаяся дверь.
По коридору раздались неспешные шаги. Скрипнула дверь, затем еще одна. Наконец шаги приблизились к залу. Игорь тихо забрался на шведскую стенку за боксерскими грушами, и высунул голову между ними. В проеме стоял подросток – чуть крупнее Игоря, судя по всему лет пятнадцати. На «жирного» он не походил, был слегка коренастый и невысокий. Постояв в проеме несколько секунд, он ушел. Игорь слушал его шаги, пока они не растворились в оглушительном смехе, после чего неслышно слез на татами.
Он сам не знал, что тут ищет. Никакого подвала тут явно не было. Он подергал дверь пожарного выхода, и, заглянув в качалку, включил фонарик. Луч сразу уперся в желтую бейсболку «USACalifornia», которая лежала поверх спортивной сумки. Увиденное будто ножом полоснуло, хотя с чего бы? Да, желтый цвет таких бейсболок – редкий, наверное, потому Макс так выпрашивал ее купить у матери, когда они ездили на ВДНХ. Ради нее он даже отказался от «Баскин Роббинса», хотя многого не потерял. И все же… Игорь подошел к сумке, схватил бейсболку, с замиранием сердца перевернул. На внутренней стороне рукой Макса были написаны две буквы «МД». Д – в английском варианте, именно так он всегда ее писал, набив руку на своих формулах. У Игоря участилось дыхание. В этот момент в коридоре скрипнула дверь. Игорь повернул голову, его глаза почернели. Он знал, что делать дальше.
Положив бейсболку на место, Игорь вышел в коридор и, не отрывая взгляда от закрытой двери в конце, дошел до холла, свернул к выходу.
За спиной раздался звук спускаемой туалетной воды. Игорь бросился к двери, успев заметить, что замок без вертушки, стукнул в дверь – бесполезно. Закрыто.
– Ты кто? – Прозвучало совсем рядом. Неуверенный голос.
Игорь обернулся. Перед ним стоял тот самый «Жирный» – подкаченный пацан в синей футболке и шортах, и на вид совсем безобидный.
– Я… – начал Игорь, но сказать ничего не успел. На «Жирного» упал яркий свет и следом выкатился нахальный голос.
– Жирный, ты с кем там пиз..ишь?
– Да он сам с собой… – последовал было новый комментарий, но взгляд «Жирного» не дал ему вылиться в очередную шутку.
Из коридора на Игоря вышли несколько подростков. Все выше на голову-полторы. С возрастом он тоже угадал – лет пятнадцать-шестнадцать.
– Жирный, ты его впустил? – Спросил высокий, плечистый парень с длинной шеей, но маленькой головой. Рот у него был губастый, как у африканца, а глаза узкие, как у азиата. Зато веснушчатое лицо – явно отечественное.
– Да никого я не впускал, Кит, он тут лазил. – Сказал «Жирный» с глупой улыбкой. – Он из зала вышел.
Губастый, которого Жирный назвал Китом и другой пацан – наголо бритый, подошли к Игорю, схватили его за шкирку, подняли, прижали к стене.
– Спокойно, пацаны, я просто кроссовки забыл. – Сказал Игорь.
Один из пацанов подергал дверь и, убедившись, что она закрыта – третьим сердитым лицом навис над Игорем.
– Слышь, ты как сюда влез?! С Матвеичем что ли?
– Да тут открыто было…
Кит дал Игорю легкую пощечину – леща, как говорится.
– Ты че, ох..ел?
Игорь состроил максимально простоватое лицо.
– Пацаны, да говорю, – начал он жалобно, – кросы забыл, а батя у меня злой, если не найду – наваляет!
– Да мы тебе сейчас сами наваляем!
– Да это же вор, пацаны! – Рассвирепел Кит, ударив Игоря посильнее.
Удары, надо признать, у него были болезненные.
– Ты че тут пургу гонишь, децельня еб..ная? – Парень обернулся на своих приятелей, и в поисках их одобрения перешел на праведно-обиженный тон. – Не, вот так потом то лапы, то макивары пропадают. Надо наказать крысеныша.
Игорь смотрел на лица в скудном свете, пытаясь понять – кто из них мог носить желтую бейсболку.
– Че у него в сумке, проверь!
У Игоря отобрали рюкзак.
– Лопата только!
– Колхозник еб..ный.
– Не, смотри он даже копал ей че-то.
– Картошку походу, в натуре из деревни. – Игорю отвесили еще одного леща.
– Слышь, Кит, вот те как раз нокаут от маваши проверить.
– Ага! – Вдруг обрадовался Кит. – Сразу два в одном.
– Да харэ, пацаны, дайте ему пинка и все. – Сказал кто-то, но его голос остался незамеченным.
Игоря потащили в зал, включили свет, стащили с него кроссовки, швырнули на татами.
Лысый с долговязым подняли его, поставили на ноги. Перед Игорем прыгал Кит, его узкие глаза совсем стали «китайскими», он прыгал как обезьяна, подергивая руками.
– Ну-ка отойди! – Крикнул Кит и с разворота ударил Игоря ногой в живот. Игорь отлетел метра на два и упал, но его быстро поставили на ноги. Не успел он опомниться, как ему прилетел удар ногой в ухо. Во рту который раз уже в этом «детстве» что-то хрустнуло и ощутился уже привычный вкус меди. Тут же с боевым криком последовал еще один удар. Перед глазами все поплыло.