Не надо, папа! (СИ)

Шисуи вышел из резиденции Хокаге и бесцельно блуждал по улицам. Прохожие все также пялились на него, и теперь стало понятно почему. Вся Коноха знала о том, что клана Учиха больше нет, и вдруг на улице появляется черноволосый парень с гербом Учиха на рукаве. Только Хокаге и некоторые шиноби были в курсе, что Шисуи на миссии, и ожидали его возвращения. Но откуда было знать гражданским? Естественно, они удивились.
Чувствовать на себе любопытные взгляды было слишком неприятно, и Шисуи поспешил убраться с людных улиц в заросли деревьев. Он все еще пребывал в глубоком шоке.
«Учиха Итачи уничтожил клан, — вспомнил он слова Хирузена. — Может, ты и не соврал, но Итачи… Что вы с ним сделали, если он пошел на такое?»
Ситуация прояснилась, но не до конца. Шисуи знал Итачи лучше, чем кто бы то ни было. Они понимали друг друга с полуслова, буквально читали мысли друг друга. Этот упорный мальчишка всегда мечтал о мире. Как человек, подобный ему, мог сотворить такое с собственным кланом? Что-то было нечисто во всей этой истории. Или Хокаге что-то скрыл, или изменился сам Итачи.
Ноги несли Шисуи к привычному обрыву.
Занесен в Книгу Бинго как ниндзя-отступник S-ранга. У него бесподобный потенциал, но… он бы не справился с целым кланом в одиночку. Его бы остановили. Неужели в такой короткий срок он стал настолько силен?
Он вышел из зарослей и застыл. На камне сидела фигура в черном плаще с красными облаками. Никто не знал об этом месте, кроме него и Итачи, и Шисуи сразу понял, кто поджидает его у обрыва. Он медленно приблизился к камню, будто боялся, что Итачи, заслышав шаги, испарится.
Тощий черный хвост, спадающие на щеки пряди волос. Погасший взгляд, усталое лицо с тенями под глазами, и неизменные линии, рассекающие щеки от переносицы — они стали еще больше.
— Ты правда сделал это?
Скажи, что нет. Скажи, тебя заставили, угрожали Саске, пытали. Скажи, пожалуйста.
— Да.
Продолжения не последовало. Шисуи задохнулся.
— Кто надоумил тебя? — спросил он жестко.
— Никто.
— Как ты пришел к этому?
— Ты много пропустил, Шисуи.
Спокойный холодный голос, низкий, взрослый.
— Как только ты ушел на миссию — они сместили отца. Главой избрали Яширо.
Шисуи покачал головой. К горлу подступал ком.
«Лучший» из вариантов. То, чего я так боялся.
— Учиха совсем обезумели. Они угрожали Саске и Сараде, напали прямо на улице в шаге от дома. Я долго думал, отговаривал их. Посылал к тебе ворона, еще тогда, но ты не вернулся.
Горло стиснуло спазмом.
— Я не получал ворона, — с трудом выдавил Шисуи.
Итачи помолчал и продолжил:
— В один прекрасный день я просто задался вопросом: ради чего я стараюсь? Они были отвратительны и… ничтожны.
— Итачи, — тон Шисуи не предвещал ничего хорошего. — Ты понимаешь, что ты говоришь? Яширо, Инаби, Текка, другие… Я еще могу понять, но ты убил всех! Своих родителей, мою мать. Эту девочку, Изуми… Идиот, она ведь любила тебя! Ты был настолько слеп, что даже не замечал этого.
— Замолчи, — процедил Итачи.
Он прикрыл глаза, и в свете заходящего солнца на его щеки легли длинные тени от густых ресниц.
Ему все-таки больно.
— Все считают, что я сошел с ума. Только в эту легенду могла поверить Коноха. Если бы выжили другие Учиха, мои родители, твоя… твоя мать…
Лицо Шисуи исказила гримаса боли.
— …стало бы сразу понятно, что это дело рук правительства. А сейчас в Лист пришел покой.
— «Все считают…» Итачи, ты правда полагаешь, что заставил глупых жителей поверить в легенду? Тебе не приходила в голову мысль, что это уже не легенда, а истина? Ты не думал, что ты действительно чудовище?
Итачи резко взглянул на него.
— Если бы я не сделал этого, жертв было бы гораздо больше. Ты всегда был слишком добр… Шисуи. Но других вариантов не было. Прости, я не смог защитить и Учиха, и Лист. Мне пришлось выбирать.
— Так не бывает, Итачи. Всегда есть выбор! Я думал, тебе приказали. Думал, тебя шантажировали. Угрожали Саске. Разве нет?
Итачи молчал, глядя в землю.
— Это был мой выбор, — ответил он, немного погодя.
 
— Потому что ты считал мужчин нашего клана ничтожными и отвратительными?
— Да.
Шисуи стиснул кулаки. Этот мальчишка выводил его из себя.
— Таким людям нельзя было доверить будущее, — добавил Итачи.
— Дьявол… Итачи! Да, эти идиоты всегда были слабы и самоуверенны. Но ты-то. Ты мог не уважать, презирать их, ты всегда был умнее, дальновиднее и имел на это полное право. Я уже говорил Хокаге, а теперь говорю тебе: ты был в ответе за наш клан и обязан был защитить их. Глупых, напыщенных. Каких угодно! Просто потому, что к ним нельзя было испытывать ничего кроме жалости, а ты позволил себе возненавидеть тех, кто ниже тебя. Ты сказал: «Ради чего?» Да пусть не ради них же самих, но ради своих близких. Ведь были в клане хорошие люди, которые желали мира и никому не хотели зла. Были дети. Ради каждого такого человека стоило бороться и искать альтернативу. А ты просто списал их.
Итачи ничего не ответил на его речь.
— А Сарада… Твоя племянница, которую ты так защищал от меня. Ее ты тоже убил?
Учиха Итачи зажмурился, выдохнул и снова открыл глаза.
— Нет. Ее убил не я.
Шисуи истерически хохотнул.
— Это что-то новое. Значит, был кто-то еще?
— Да.
Над обрывом повисла тишина. Дело принимало неожиданный оборот.
— Кто? Ты ведь сказал, что это не был приказ. Значит, тебе все-таки помогали? Корень?
— Нет. Это был Учиха Мадара. Он помог мне вырезать клан.
— Что за бред? Мадара умер с век назад в битве с…
— Не знаю, как он выжил, но я говорю правду. Ты кричал мне про варианты и альтернативы, — безжизненным голосом продолжал Итачи. — Так вот, их не было. Твое Котоамацуками помогло бы, и все было бы нормально, если бы не Мадара. Он агитировал Яширо, хотел уничтожить и Учиха, и Лист. Мне удалось спасти Коноху в обмен на жизни Учиха. Хотя бы что-то…
— Вот оно что, — пробормотал Шисуи и, помолчав, добавил: — Но даже так. Это ничуть тебя не оправдывает.
— Я и не пытаюсь оправдаться.
— Именно это ты и пытаешься сделать, Итачи. Я никогда не хотел вот этого. Ты чувствуешь вину, потому что я все доверил тебе, а ты меня предал. Какими бы логичными ни были твои доводы, я никогда не прощу тебя и не приму никаких оправданий. Что бы ты ни говорил, мы больше не друзья. Надеюсь, ты понимаешь.
— Да.
Шисуи, тяжело дыша от негодования, опустился в траву.
— Почему не убьешь меня? — спокойно спросил Итачи.
— Это же все равно клон.
— Так ты понял? Ладно. Отправишься искать оригинал?
— Нет. Оставлю эту честь Саске.
— Спасибо.
Шисуи раскачивался, обняв колени.
— Господи… Господи… Неужели это происходит на самом деле?
— Я уже полторы недели задаю себе этот вопрос.
Шисуи взглянул на него с сомнением. Черный плащ с красными облаками, темные ногти, кольцо на безымянном пальце…
— Что с твоими руками?
— Правило организации, в которую я вступил.
— Что за организация? — серьезно спросил Шисуи и весь обратился в слух.
— «Акацуки». Они набирают ниндзя отступников S-ранга. Среди них есть и Орочимару.
— Точно. Ты же теперь S-ранг. Не поделишься, когда ты успел из чунина превратиться в преступника такого высокого класса?
— За то время, пока тебя не было, — ответил Итачи немного едко, ядом на яд. — Меня повысили до капитана Анбу. Так что я был не просто чунином.
Шисуи нахмурился.
— Они не могли. Тебе всего двенадцать.
Итачи лишь пожал плечами.
— За один год повзрослел на два. Такое случается иногда.
За те месяцы, что меня не было, ты, кажется, повзрослел на целую жизнь.
— Шисуи. Я пробудил Мангеке.
— Вот оно что. Неудивительно. Это после убийства родителей?
— Нет, до.
Шисуи с подозрением взглянул на него.
— Но тогда чья смерть пробудила твой Мангеке?