Не надо, папа! (СИ)

Наруто спустился наконец с лестницы, подошел ближе.
— Мне каждый раз кажется, что твой папаня видит меня насквозь своим бьякуганом. Нет, он, конечно, прав… Ты должна была стать главой Хьюга, а я… 
Нежные пальцы Хинаты коснулись его щеки.
— Так, как вышло, лучше для всех.
Наруто обнял ее за талию и привлек ближе к себе. Она вся была мягкая, нежная и теплая: и голос, и взгляд, и тело, и даже запах. Конечно, следовало пойти всей семьей. Он ведь так много для нее значил. Если он откажется, встреча с родными будет казаться Хинате неполной, полупустой…
— Ладно… Схожу, чего уж… 
Наруто легко поцеловал ее в губы.
— Эй, папань! — послышался раздраженный голосок. — Идем уже!
Наруто вздрогнул и отстранился.
Что за шкет! Вечно не вовремя.
Сын стоял на крыльце, сжимая кулаки, и хмурился. Наруто вздохнул и улыбнулся. 
— Идем, Боруто.
Он обулся и вышел на крыльцо. За спиной щелкнул замок: Хината закрывала дом. Боруто скатился бегом по лестнице, уставленной цветами, выбежал на улицу и стал карабкаться на соседский забор. 
В который раз они шли к поместью Хьюга, навестить «дедушку», «сестренку Ханаби» и «дядю Неджи». Для Боруто это было праздником, для Хинаты — приятным ритуалом, а Наруто каждый раз плелся нехотя, как неотъемлемая часть семьи, и ничего не мог возразить, чтобы не ранить чувства жены. Сегодня он впервые попытался выторговать себе освобождение от похода к дядьке Хиаши, и эта попытка с треском провалилась. Смотреть на растерянное печальное лицо Хинаты было хуже, чем сидеть как на иголках перед тестем, опасаясь ляпнуть какую-то ерунду или сделать что-то не то.
Они вышли на главную улицу. Наруто скучающим взглядом исследовал яркие вывески и толпу прохожих, когда в ней неожиданно мелькнула черная тень.
— Саске-е! — заорал Наруто.
Тень мигом сменила курс и направилась к нему. Из толпы выскользнул Саске с дочкой под плащом. Девочка была мелкая, как Боруто, вот только очки придавали ее лицу такой сосредоточенный вид, словно она уже давно посещала занятия в академии и знала наизусть несколько томов «Стратегий шиноби».
Вылитый Саске. Это что у них в этих… в генах?
— Здоров, Саске! — приветствовал Наруто и широко улыбнулся. — Куда намылился?
Саске коротко кивнул им с Хинатой. Очкастая девчонка скользнула к нему за ногу.
— К Сакуре. Гуляешь?
— Да вот… Гуляем, прогуливаемся…
— Замечательно. Есть минутка?
Мой шанс.
Наруто украдкой уловил напряжение Хинаты. Они не то чтобы торопились, но минутки Саске часто растягивались на часы, и все это знали. Жена шестым чувством уловила его воскресшее желание слинять от похода к Хьюга.
— Мне еще нужно заглянуть к Обито, — сказал Саске и многозначительно опустил голову, указывая на дочь.
— Наруто-кун… — тихо пробормотала Хината.
Наруто потрепал Боруто по голове.
— Дело благородное. Я… помогу?
Почему-то утверждение сорвалось на вопрос. Просто взять и бросить Хинату одну посреди улицы он никак не мог. Нужно было ее благословение.
Хината вежливо улыбнулась, окончательно скрывая свою растерянность.
— Да, конечно. Таким маленьким лучше не ходить в госпиталь. К тому же к Обито…
Наруто просиял. 
Пухлое облако закрыло солнечный диск, и белый фасад больницы посерел. Саске остановился у входа, позволяя выйти двоим пациентам в больничных пижамах, резким взмахом руки запахнул черный плащ и скрылся за дверью.
Когда Саске впервые сказал, что отправляется в путешествие, Наруто решил: это единоразово и ненадолго. С того памятного разговора друг бывал в деревне лишь дважды, и оба раза после его посещений Сакура-чан оказывалась беременной. Сегодня был третий раз. Сакура только-только родила еще одну дочку, и наглец Саске отправился лично оценить плоды своих мимолетных трудов.
Из открытых окон госпиталя доносились негромкие голоса и плач новорожденных детей. Наруто прислушался, пытаясь вычислить по плачу Учиху.
Детская ручка в его ладони шевельнулась, выбирая себе более удобное положение. Наруто прикрыл веки и с тихим выдохом подавил волну электричества, которую поднимало каждое движение этой крошечной ручки. 
 
Он ощущал себя странно рядом с маленькой Сарадой. Его сводило с ума ощущение дежавю, и Наруто никак не мог найти ему обоснования. Ответ был кратким и четким. Он словно мотылек бился о стекло сознания, а Наруто пытался ухватить его, но всякий раз промахивался и сжимал в кулаке воздух. 
Он посмотрел вниз, на Сараду, и увидел только черную макушку. Девочка была напряжена. Мама лежала в госпитале. Отец — практически незнакомый мужик — оставил ее с каким-то другим дядей, еще более незнакомым. Сарада всей пятерней поправила очки, слишком огромные для ее детской мордашки. 
«Значит, нервничает», — заключил Наруто.
Снова это чувство. Впервые он остался наедине с малышкой Сарадой, а читал ее реакции так, словно знал всю жизнь. Даже лучше, чем собственного сына.
Вот же… Саске.
Наруто скривил губы и сердито нахохлился. В конце концов, делать ему нечего — нянчить чужого ребенка. У маленькой Сарады были бабушка и дедушка, но Саске не стал делать крюк и навещать тещу и тестя, чтобы оставить с ними дочку.
Есть же Наруто, даттэбайо! Конечно, это же всегда проще: скинуть все на Наруто.
«Хватит ворчать! — не выдержал Кьюби. — Ты сам напросился».
— И ничего не напросился, — буркнул Наруто. — Просто давно не видел Саске.
«А то! — Курама хрипло рассмеялся. — Расскажи кому-нибудь другому. Ты настолько не хотел идти с Хинатой в дом Хьюга, что подписался стать нянькой».
— Вовсе нет!
— Что? — послышался тонкий голосок.
— А?
Наруто посмотрел вниз и встретился взглядом с Сарадой.
— Вы сказали… — неуверенно начала объяснять девочка.
— А… Это я с Курамой. Снова вслух… — Он почесал в затылке. — Не обращай внимания.
Сарада снова вернулась к наблюдению за входной дверью госпиталя.
Наруто поглядел на нее искоса, чуть поразмыслил. В том же госпитале лежал и Обито, так что осмотром новорожденной дочери Саске бы точно не ограничился. Это грозило затянуться надолго, а торчать часами, глядя на двери больницы, Наруто не улыбалось.
Он не выдержал и спросил:
— Ну что, куда пойдем?
Малышка пожала плечами.
— Э-э… Хорошо. — Наруто чувствовал себя невероятно глупо. С Боруто находить общий язык было в разы проще, чем с этой серьезной молчуньей. — Попробуем по-другому. Что ты любишь делать?
Она взглянула на него с опаской. Все еще не могла свыкнуться с мыслью, что ее оставили с малознакомым мужчиной.
— Читать.
Наруто прикусил язык.
Скука какая. Стоп. Она же совсем еще мелкая. Какое читать?
«Картинки смотрит?» — предположил Курама.
Это считается?
Сарада все-таки смягчилась и осторожно потянулась на контакт:
— А вы что любите?
— Я… — Он задумался. — Я люблю есть рамен.
Первое, что пришло в голову. Прозвучало как-то по-дурацки. Наруто даже немного смутился: неужели и все? Нет же, не все. Он много чего любил, но это было либо слишком мелко, либо слишком странно, чтобы вывалить маленькой девочке, которая совсем-совсем не знала его, да и вряд ли особо горела желанием узнавать.
«Даже эта сопля любит читать, а тебе все рамен».
— Э-э?! Молчал бы уже! — возмутился Наруто, но вдруг понял, что снова говорит вслух, и прикусил язык.
Девочка испуганно отшатнулась. Наруто крепче сжал ее ручку, чтобы она не убежала.
— Я решил. Пойдем-ка к нам домой. Там есть книги. Ну… были, кажется.
Сарада кивнула и покорно поплелась следом. 
Учиха Сарада устроилась в кресле и с сосредоточенным лицом листала книгу. Наруто, скрестив ноги, сидел на полу на кухне и наблюдал за своей гостьей. Из всех возможных книг, в том числе и детских, она почему-то выбрала толстую черно-белую книгу Хинаты по рукоделию.