Не надо, папа! (СИ)

Мама что-то упоминала… Что отец все время говорит о нем, когда они остаются одни. О нем, не об Итачи. Но мама могла просто утешать его. Да и мало ли о чем они там говорили.
Как сын Саске бы хотел знать, что его родитель тоже возложил на него свои надежды, доверил ему свои мечты и будущее всего мира, как отец Наруто. Услышать такие слова было бы бесценно, но, похоже, не суждено. И даже не потому, что отец умер, не запечатывая в него никакой чакры, как Йондайме. 
Откровенно говоря, Саске не хотел встречаться со своим отцом так, как только что Наруто. Боялся разочароваться. Боялся, что даже в такой редкий момент не услышит того, о чем мечтал бы услышать.
— Саске-кун!
Он вздохнул, освобождая голову от лишних мыслей, зависти и воспоминаний о встрече с Хокаге. Сакура уже очнулась от гендзюцу и, увидев избитого Наруто, занервничала.
— Саске-кун, что ты…
Он поклялся Йондайме, что не тронет Наруто. Хокаге его убедил. Действительно, Кьюби призывать непрактично. Лучше использовать готового джинчурики. Но отказаться от Мангеке Саске не мог.
Он взглянул на Сакуру.
Изменилась она. Сильно изменилась. Уже не хрупкая длинноволосая красотка, благоухающая цветочными шампунями и абсолютно бесполезная в команде. Последние три года явно пошли Сакуре на пользу. Саске чувствовал на уровне инстинктов, что перед ним опаснейшая куноичи, и как шиноби он ощутил к ней невольное уважение. 
Однако у Сакуры все еще была одна слабость: он — Учиха Саске.
Как там сказал Хокаге… «Нужно доверять правильным людям»? Возможно, он и прав. В таком случае ты доверяешь неправильному человеку, Сакура. Ты зря полюбила меня.
Лучшего друга или любимую девушку. Саске всматривался в лицо Сакуры, в ее зеленые глаза, полные тревоги, нежности и страха, и пытался отыскать в своем сердце ответ.
Подходит ли она? Не станет ли ее убийство напрасным?
Если бы ему не нужно было разгребать все это дерьмо и спасать от своих сумасшедших сородичей мир на пару с Наруто, связал бы он себя с этой девушкой? Позволил бы ей идти с собой рядом по жизни?
Верная. Надежная. Умная. Красивая. Наверняка сильная.
Саске перебирал в уме характеристики Сакуры, словно подыскивал себе оружие. Дурацкие ассоциации продолжали ряд: хороший сплав, удобная рукоять, сама ложится в ладонь, отменный баланс…
Это все не то. Если я правильно понял суть силы нашего рода, то… это не то.
Саске отшвырнул прочь все меркантильные мысли и посмотрел на Сакуру снова. Она вздрогнула от его пристального взгляда и часто задышала. Ее щеки тронул легкий румянец.
Это было какое-то новое для него чувство, которое он насильно вытягивал из глубины своего очерствевшего сердца. Защита психики, которую он сам в себе воспитал, протестовала. Кричала: «Не смей, Учиха Саске! Ты не имеешь права на привязанность. Это слабость. Нельзя…»
«Надо! — рявкнул он сам себе. — Надо. Шиноби — это получеловек, полумашина. Человеческая сторона — источник слабости, но в моем случае — источник силы. Машина не может пробудить Мангеке. Только человек. Я должен выпустить свою слабость, иначе все будет напрасно. Впустую потраченная жизнь прекрасного человека, который заслуживает большего. А я ведь поклялся не убивать без нужды».
Харуно Сакура. Ее глаза и сердце обещали вечную преданность. Ее тело обещало тепло и нежность, о которых Саске прежде и не грезил даже, не до того ему было.
Рассуждения о Сакуре больше не казались холодным расчетом. Он чувствовал, что думает совершенно искренне. Не потому что так подсказала логика, а потому что сердце… Сердце тянется. Тянется к теплу, которое ему дарила давным-давно одна лишь мама, а теперь могла бы и эта девушка, правда, совсем другое тепло, но все равно тепло. 
Жажда тепла… Он выпустил ее из клетки и закрыл глаза. Они пекли, как тогда, когда он впервые пробудил шаринган, но на этот раз не от чакры, а от слез, которым он не позволял выступить наружу.
Сакура медленно подходила к нему, шаг за шагом. Осторожно, то и дело оглядываясь на Наруто, лежащего без сознания. В ее сердце тоже происходила какая-то своя борьба, известная только ей самой. Она втайне боялась его близости и правильно делала, но, видимо, сердце велело ей подходить все ближе к нему, несмотря на возможную опасность.
 
Сакура остановилась рядом и прикусила губу. Ее ресницы намокли от слез.
Саске сглотнул ком в горле и нащупал за спиной рукоять меча.
«…хороший сплав, удобная рукоять, сама ложится в ладонь, отменный баланс…»
  
Глава 124. Почему никто не сказал...
 
124
— Далеко еще?
Карин вяло указала на заросли прямо.
— Метров пятьдесят.
Сарада хмыкнула.
— Как-то ты без энтузиазма. Там точно есть Саске?
Карин отвернулась, будто стыдилась своей апатии.
— Да.
— Допустим.
Сарада поправила очки. Карин машинально повторила за ней.
«И все остальное… все остальное тоже оставляю на тебя».
Всю дорогу к Саске Сарада обдумывала эту фразу дяди. Разумеется, отцу подробно о содержании их беседы она рассказывать не собиралась. Обойдется.
— Он там не один, — предупредила Карин.
— Кто еще?
— Вишневое мороженое и солнечная молния.
— Что?
О чакре Карин всегда выражалась образно, но разгадать ее метафоры постороннему человеку было не под силу.
— Ну… Как шаровая. Только солнечная. Если долго смотреть, а потом закрыть глаза, то перед глазами будут круги.
Толку от болтовни спутницы не было никакого. Сарада терпеливо выдохнула.
— Что-нибудь еще?
— Вишневое мороженое, кстати, похоже на тебя, — добавила Карин, подозрительно щурясь. Сквозь налет апатии в ней вновь пробивался интерес к жизни. — Колись. Что у вас происходит?
Сарада моргнула, соображая. И вдруг поняла.
Не может быть. Нет-нет. Этого быть не может.
Она взлетела на ветку дерева, спрыгнула вниз и подкралась к кустам, за которыми маячили цветные краски.
В центре поляны стоял Саске. К нему с опасливыми паузами подходила Сакура.
Папа? Мама?!
Взгляд метнулся дальше и задержался на черно-оранжевом костюмчике.
Нанадайме лежал на земле, затылком в корнях дерева. Он подрос. Сарада догадывалась, что Наруто наверняка стал невероятно силен. Куда сильнее того шаловливого непоседы-генина. Но сейчас, лежащий без сознания с разбитой губой и поцарапанным лицом, он выглядел трогательно беззащитным.
Сердце тоскливо сжалось, к щекам прилила кровь.
«Солнечная молния…»
Сарада попыталась представить, что ощущала Карин, чувствуя чакру Наруто. Она снова перевела взгляд на родителей. Отец выхватил свой Кусанаги из ножен, и сердце Сарады в тот же момент пропустило удар. Шаринган активировался молниеносно, прочитал траекторию будущего движения меча отца, но прочитать было мало. Нужно было остановить его, а Сарада в ужасе осознавала, что не успевает ничего сделать. Она не сумеет за секунду преодолеть это расстояние, разделяющее ее и родителей. 
Страх и отчаяние вырвались наружу бессознательным криком, громким до хрипоты.
****
За краткую долю мгновения, глядя в лицо Сакуры и чувствуя в ладони привычную рукоять меча, Саске успел подумать, что, пожалуй, эта девушка стала бы достойной матерью для его детей.
Жаль, что ничего так и не выйдет, Сакура.
Слезы все-таки проступили на глазах. Его дети. Ее дети. Наверное, они были бы красивыми. Обязательно черноволосые и черноглазые. Орочимару часто повторял дурацкое непонятное слово «гомозиготность» и говорил, что гены клана Учиха сильнее всех прочих…
В последний миг в милом личике Сакуры Саске вдруг уловил знакомые до боли черты. Он и сам не мог сформулировать чьи, но ему вдруг показалось, что он убивает или свою сестру, или мать. Кого-то бесконечно родного.