Не надо, папа! (СИ)

А Шикамару смышленый. Сомневается. Наверняка хотел ответить «Хокаге», но будь все так просто, я бы не спрашивал, и он это понял.
Асума выдохнул дым.
— Я тоже так думал. Но я ошибался.
****
Ткань одежды монаха врезалась в кожу пальцев, но Какузу терпел. Ради денег можно и нужно было терпеть.
— Проклятье… Я устал от этого дерьма! — простонал Хидан. — И вообще я не собирался всю жизнь просерать в путешествиях. Только собрался отдохнуть, как мне подсунули какого-то засранца в напарники.
— Мы не на прогулке, — сдержанно ответил Какузу.
— Я уже устал искать этого джинчурики. Мы ведь даже понятия не имеем, где он. А теперь еще эта гребаная подработка. Я на такое не подписывался. Я заслужил большего в этой жизни, вот как!
— Заткнись и шевели ногами. Мы опаздываем.
— А?! У-у, мы опаздываем, потому что идем на твою долбаную точку! Ты делаешь это чертову миссию все длиннее и длиннее. Меня уже задрало, знаешь ли!
Какузу остановился. Знал бы только напарник, как все задрало самого Какузу. Оттягивающий руку труп, вечная нехватка денег… Он их спускал в казну организации, как в черную дыру. «Акацуки» оказались на редкость прожорливы. Но больше всего его задрал Хидан со своим нытьем. Если бы этого проклятого сатаниста можно было убить, Какузу сделал бы это в первые же пять минут их совместной работы.
— Задрало? Это тоже важная миссия, — процедил он, с трудом сохраняя остатки самообладания.
— А ну да, ну да, — небрежно развел руками напарник. — Ты же наш казначей, мать твою. Или кто ты там?
Какузу двинулся дальше. Хидан за спиной сплюнул.
— Ну ладно, ладно… — весело запел Хидан, догоняя его. — Трупак-то тяжелый? Давай понесу…
— Нет, — огрызнулся Какузу и поудобней перехватил ткань монашеской одежки.
— Да ладно тебе. Я же пытаюсь быть хорошим. Чего вдруг «нет»?
— Ты его выкинешь, — хмуро процедил Какузу.
****
Каге сидели за столом, изогнутым подковой. У основания подковы за отдельным небольшим столиком восседал глава самураев, морщинистый мужчина с длинной бородой и тонкими усами. По обе стороны от него стояли еще двое молодых самураев, с уродливыми шрамами на лице и на блестящих лысинах. Телохранители Каге скрывались за полотняными перегородками, и только одна лишь Темари вопреки всем правилам стояла за спиной Цунаде.
— Положите свои головные уборы перед собой, — сказал самурай.
Каге сняли огромные шляпы.
— Это собрание проводится по просьбе Хокаге.
За полотном с символом «огонь» вспыхнул прожектор, а за ним поочередно зажглись и остальные прожекторы. Только полотно со знаком страны ветра осталось темным. Эта тьма больно кольнула сердце Темари.
— Меня зовут Мифуне. Я буду посредником, — продолжал морщинистый самурай. — Объявляю начало совета Четырех Каге.
— Хокаге, чего ты хочешь? — спросил смуглый великан, перед которым лежала шляпа с символом Страны Молний.
— Скажу прямо. Мне не нравится поведение «Акацуки»…
Райкаге хмыкнул в ответ. Мелкий старик Цучикаге тоже. Красавица Мизукаге с легкой улыбкой на губах сохранила молчание.
— …и поведение некоторых великих деревень, — закончила Цунаде.
За столом стало мучительно тихо.
— «Акацуки» уничтожили Суну. Потому предлагаю дать слово Темари из Песка.
— Цунаде-химе, — скрипуче-ехидно откликнулся Цучикаге. — Это собрание Каге. Почему мы должны слушать вашу девчонку-телохранителя?
Темари крепко сжала кулаки.
Девочка-телохранитель…
Она уже давно прожигала взглядом этого отвратительного старикашку с красным бесформенным носом. Кто бы мог подумать, что из-за этой блохи ее земляки лишились жизней.
Мизукаге и Райкаге молча ожидали ответа Цунаде на выпад Цучикаге. Хокаге кивнула головой в сторону темного полотна с символом Страны Ветра и пустующего места Казекаге.
 
— Хорошо видите?
— О да, — с плотоядным удовольствием подтвердил старикашка. — И что вы хотите этим сказать?
— Следующим может погаснуть любое полотно. К примеру, ваше.
— Угрозы? — ехидно сказал Цучикаге. — Принцесса, не тычьте меня в это тряпье. И не сравнивайте наши скрытые деревни, а особенно мою, с деревней неудачников. Суна поплатилась за свою наглость. Они откусили больший кусок, чем смогли прожевать, и получили свое.
Темари захлестнули ярость и острое ощущение беспомощности. Легко было рассуждать людям, за которыми стояли целые деревни и великие страны. Уверены в своей силе, уверены в своей безнаказанности…
— «Акацуки» похитили не только наших биджу, но и Двухвостого из Облака. Не намекаете ли вы, что Скрытое Облако тоже оказалось недостаточно сильно, чтобы защитить своего биджу… при живом-то Райкаге? — ядовито процедила Темари, сознательно подливая масла в огонь.
Ей было нечего терять.
— Чего?! — взревел Райкаге. — Ты… девчонка! Какого черта?!
— «Акацуки» начали с Суны и Облака, — жестко ответила Темари. — Хвостатых Камня еще никто не трогал, и Цучикаге-доно, похоже, считает, что Ивагакуре «Акацуки» обойдут стороной, но…
— Какова наглость! Я пришел на собрание Каге, — перебил Ооноки. — И девчонка-никто будет учить меня жизни? Почему на собрании посторонние?
— Цучикаге-сама, — мягко вклинилась Мизукаге. — Эта девушка говорит от имени Страны Ветра, а Страна Ветра все еще считается одной из пяти великих стран…
— Ненадолго, — фыркнул Цучикаге.
— …так что стоит прислушаться к ее словам.
Восстановилась тишина. Цучикаге сердито заткнулся и стрелял глазками по залу.
Темари трясло. Ей дали право говорить, и в этот же самый момент все слова куда-то разбежались. Горло пересохло, слюна стала вязкой, но Темари не успела и рта раскрыть.
Скрипнул стул. Райкаге поднялся со своего места и грохнул кулаком по столу.
— Да ты обнаглел, Цучикаге! Что же, по-твоему, Скрытое Облако себя защитить не способно?
— Но вы же потеряли своего биджу, — резонно заметил старикашка. — Потеря биджу — позор для деревни, Райкаге-доно.
— Позор — отправлять свои войска добивать раненых и мирных жителей разрушенной деревни, — огрызнулась Темари.
— Да ты…
— Вы побоялись объявить нам войну в открытую, зато набросились, как шакалы, когда деревня пала. Подозреваю, что вы не так уж и сильны. Если «Акацуки» придут за вашими биджу, тряпьем станет уже полотно с символом вашей страны.
— Наша страна способна самостоятельно защищать свои владения и своих хвостатых, — ревностно ответил Цучикаге.
— Вот и защищайте свои владения! Я требую, чтобы вы вывели войска из Страны Ветра!
— Какие войска? — недоуменно переспросил старичок. — Что ты городишь, детка?
Темари потеряла дар речи.
— Мои отряды видели ваших людей около Суны, — поддержала Хокаге, недобро щурясь.
— Не было такого, — уперся Цучикаге.
— Было! — воскликнула Темари и ударила обоими кулаками по столу, так что шляпа Хокаге рядом съехала с места на пару сантиметров.
— Хотите — проверьте, — ехидно выдал старик. — На территории Страны Ветра нет ни одного шиноби Камня.
Цунаде цыкнула.
— Не делай из нас идиотов, Цучикаге! — воскликнул Райкаге. — Мне тоже прекрасно известно, что силы Ивы пересекли границу Ветра и занялись мародерством! Или ты, старый лис, подсуетился и вывел их всех до собрания?
— Никаких войск нигде не было.
— Ооноки! — проревел Райкаге и с силой врезал кулаком по столу, разбивая столешницу в щепки.
Откуда ни возьмись из-за полотен выскользнули телохранители всех Каге в полной боевой готовности. В зале стало тесно. Атмосфера накалилась до предела. Все замерли в ожидании, одно движение и развязался бы бой.