Не надо, папа! (СИ)

Сакура выжидала. Шарик рассыпался, а последние воздушные удары распорошили его на большую площадь. Пыльца, напитанная ее чакрой. Ее собственный способ устанавливать контакт для гендзюцу на большом расстоянии и для большого количества врагов. Покрывать гендзюцу такую площадь не могла даже Сарада.
Сакура быстро сложила печати. Даже если противники заметили воздушную атаку, они вряд ли успели бы распознать ее скрытый смысл и вдыхали мельчайший порошок.
Когда вы поймете, что уже давно кругами ходите по пустыне, мы успеем отступить на территорию Страны Огня.
Сакура продолжала колдовать над гендзюцу. Удачно попались все.
Какаши-сенсей и Темари ушли. Массовое гендзюцу было только одним этапом их плана прикрытия. Темари знала местность. Просчитать, какими путями вернее всего двинутся враги, развеяв гендзюцу, ей было несложно. В тех местах они с Какаши как раз устанавливали ловушки.
Боги, только бы сработало. Только бы…
  
Глава 107. Наруто-сенсей
 
107
Коноха упрямо не хотела принимать Наруто. Он вроде бы вернулся, но с его возвращением ничего не изменилось. Деревня продолжала жить своей жизнью, игнорируя его существование. Цунаде баа-чан послала его команду на миссию без него, продолжала посылать и другие команды. Все что-то делали, суетились, работали. И только Наруто оставался в стороне.
Он правда думал отправиться вслед за Какаши-сенсеем и Сакурой-чан, но доводы Шикамару убедили его, что это плохая идея. Будь Наруто уверен, что его присутствие пойдет друзьям на пользу, все-таки сорвался бы, удрал из деревни за своей командой. Но дела обстояли иначе. Будет рядом — привлечет к команде внимание «Акацуки». Все могут погибнуть из-за него. Точнее, из-за Кьюби…
Разобиженный на всех Наруто планировал спать до обеда, но его планы нарушил Конохамару. На рассвете вредный мальчишка просочился в кухонное окно, пробрался в спальню, растолкал Наруто и стал орать ему в самое ухо:
— Поднимайся, лидер! Ты обещал помочь мне с тренировками, корэ!
Наруто перевернулся на другой бок и водрузил подушку себе на голову.
— Отстань, ттэбайо! Ты должен прийти к этому сам.
— Я пытаюсь уже четвертый день, — послышался приглушенный голос.
Чьи-то ловкие ручонки выдернули подушку из слабых пальцев Наруто. Звуки снова стали объемными и громкими.
— У меня не получается, корэ!
Наруто вскочил. Он был зол. И, пожалуй, он впервые в жизни понимал отшельника-извращенца.
— Повторяю: ты должен прийти к этому сам!
— Тогда следи за моими тренировками!
— Я сплю, ттэбайо!
— Уже нет.
Конохамару сложил руки на груди и посмотрел на него коронным взглядом Ируки-сенсея: взглядом с усталым упреком.
— И не лень тебе вставать в такую рань? — пробурчал Наруто, выползая из кровати.
— Нет! Я собираюсь стать Восьмым Хокаге. Мне некогда спать.
Наруто тяжело вздохнул и поплелся чистить зубы.
В утренней роще было свежо. Конохамару тужился над шариком с водой, а Наруто, вяло понаблюдав за ним минут пятнадцать, пристроился у дерева и заснул. Конохамару не возражал. Казалось, ему достаточно только присутствия Наруто для моральной поддержки, а большего и не надо было.
Наруто разбудили звонкие голоса. 
— Что это будет, Конохамару-чан? — голос Моэги.
— Новое эро-ниндзюцу, — пропыхтел в ответ Конохамару.
Наруто разлепил веки. На ветке сидели друзья Конохамару и наблюдали, как он тренируется. Солнечный свет пробивался сквозь густую листву и дрожал на их лицах яркими пятнами.
Наруто отметил про себя, что Моэги, в отличие от всех знакомых ему девушек, к Технике Соблазнения относилась толерантно. Она не краснела от негодования и не избивала Конохамару, а наоборот, поддерживала его начинания.
Вот так надо. Вот такие девушки вдохновляют, ттэбайо!
Наруто зевнул и создал парочку клонов. Стоило тоже потренироваться.
 
— Лидер проснулся! — воскликнул Удон.
— Наруто нии-чан, что ты будешь делать? — защебетала Моэги.
— Буду тренироваться. Нельзя терять форму.
— Потренируй и нас, лидер! — наперебой завопили Моэги и Удон и стали слезать с дерева.
— У вас же есть этот… скрытный извращенец.
Моэги и Удон подступили к нему.
— Но мы хотим с тобой, лидер!
Наруто вздохнул и почесал затылок. Если тренироваться с равным по силе или с тем, кто сильнее тебя, будешь развиваться. Моэги и Удону было полезно с ним тренироваться, но вот ему с ними — не было никакого смысла.
Хотел стать как Четвертый, но, похоже, стану как Ирука-сенсей… Или как…
Его вдруг осенило. 
Или как Какаши-сенсей!
Окрыленный неожиданной идеей Наруто вытащил из кармана бубенчики. Те самые, которые дал ему Какаши-сенсей по его же просьбе.
— А что, давайте!
— Что это? — заинтересовался Конохамару.
— Не отвлекайся. У тебя свое задание.
Наруто протянул бубенчики и позвенел ими перед лицами Моэги и Удона, а потом прицепил себе на пояс.
— Ваша цель — забрать их. Нападайте с намерением убить меня, иначе ничего у вас не получится, даттэбайо!
****
Бьякуган!
Перебирая пальцами шершавую кору дерева, Хината вглядывалась в заросли. Взгляд несся вперед сквозь стволы и листву, сквозь нити паутины и тела случайных мушек. Снова сквозь стволы…
Еще минувшим вечером она узнала, что вернулся Наруто-кун. Шино-кун ходил мрачный, и Хината решила, что его как всегда обидел Киба-кун. Она умоляюще взглянула на Кибу, но тот замахал руками в знак протеста и сказал, что это не его вина, а Наруто.
Весь вечер и всю прошлую ночь Хината не находила себе места.
Наруто-кун… Он вернулся.
Мысленно воображая встречу с ним, Хината вдруг прозревала, с отчаянием хлопала себя по щекам и качала головой, словно пыталась отогнать прочь нелепые мечты.
Не узнал Шино-куна. Меня и подавно не узнает.
Ханаби поглядывала на нее с опаской, решив, наверное, что старшая сестрица вконец чокнулась, но Хинате было не до того. Как бы там ни было, возвращение Наруто означало одно: сезон наблюдений за его тренировками снова открыт.
О, Хината могла многое рассказать о тренировках Наруто! Один он тренировался с мишенями, с клонами, с листьями, кидал кунаи в дерево... Но знакомый звон бубенцов в этой роще свидетельствовал о том, что вернулся не только Наруто-кун. Вернулась еще и Сарада. Сердце одновременно выпрыгивало из груди от предвкушения встречи и стонало от отчаяния: «Ему нет до тебя дела. У него есть другая».
Взгляд прорвался дальше, цепляя спирали на коре. Разумеется, как появились эти спирали в свое время, Хината тоже видела и помнила. Разве это можно было забыть? Наруто-кун запыхавшийся и мокрый, вспышки чакры... И то, как он лежал в траве, глядел на небо и тяжело дышал. Как вздымалась его грудь от частого дыхания… Так хотелось подойти к нему тогда… Хината провела пальцами по коре. Она нервничала. Ей нужно было чем-то занять руки, но кроме ствола дерева рядом ничего не было.
Взгляд бьякугана наконец вынырнул на поляну. Наруто плясал, запросто отбивая атаки двух генинов, выпускников этого года: мальчика и девочки с пышными хвостиками. Он подрос, стал крепче. Но Хината была слишком взволнована, чтобы подробно изучать его. Для начала хотела осмотреться и понять, что же происходит на поляне. Неподалеку, сжимая руками шарик, тужился Конохамару. Взгляд нырнул внутрь. В шарике плескалась вода. Кажется, Конохамару-кун пытался закрутить воду в маленький водоворот, но у него не получалось.
Он плохо управляет чакрой… Нужно не так…
Сердце стучало быстрее и громче, грудь распирало от радости.
Просто генины. Не она…
— Эй, Хината! — раздался знакомый голос над самым ухом. Любимый голос.