Не надо, папа! (СИ)
Раздался звон, и один кунай глубоко врезался в левую руку.
Только один.
Остальное оружие лежало на расколотой земле. Сарада резко обернулась. Позади согнувшись стоял Шикамару. Он едва держался на ногах, но, похоже, немного отошел от шока и успел хоть как-то отбить атаку.
Спасибо.
А Сарада все слабела. Видела очаг чакры противника, мелькающий в кустах.
Поддерживать шаринган смогу еще минуту, если без техник, чисто в рукопашную.
Однако остановить Сараду уже было невозможно. Убив восьмерых взрослых мужчин, она вошла в кураж, и отпускать девятого ей не позволял перфекционизм.
Вижу тебя.
Сарада выдернула из руки глубоко врезавшийся кунай, отразила им новые и отступила в тень деревьев. Чакры оставалось немного. Сарада лихорадочно соображала, что же ей делать: погасить шаринган и экономить чакру — риск упустить внезапную атаку и не заметить перемещение противника; оставить шаринган — потратить все силы сейчас и остаться ни с чем, когда нападет враг.
Что же делать. Черт… Что же мне делать?!
Сарада выбрала первый вариант.
К хорошему привыкаешь быстро. Без обостренного восприятия шарингана ей показалось, что она ослепла. Для обычного человека достаточно было видеть привычную зелень летнего леса, но для шиноби — нет. Теперь Сарада не могла определить, где скрывается невидимый враг.
Шиноби Звука понял, что чакра у нее кончилась. Он появился из-за спины и ударил кунаем. Сарада в последний миг отвела его атаку своим кунаем, зажатым в здоровой руке. Без шарингана и на пределе сил сражаться со взрослым мужчиной, она уже не могла.
Попробовать гендзюцу?
Но решить, стоит ли пустить последние капли чакры на шаринган, Сарада не успела. Она все еще сдерживала кунай врага и одну руку противника, но мужчина ударил ее по лицу свободной. Сарада упала на землю. Очки соскользнули и улетели в траву. Голова гудела. В нечетком зеленом мире она видела серую тень с очертаниями человека, которая неумолимо приближалась. Память услужливо подкинула жуткий момент гибели от руки того Учиха в оранжевой маске.
Снова умирать…
Силуэт мужчины становился все более различимым вблизи. Сарада уже четко видела черты его лица, но противник вдруг перестал приближаться и замер прямо над ней.
— Сарада, сейчас! — не своим голосом заорал Шикамару.
Она вскочила на ноги и с диким воплем зарядила кулаком по врагу.
— Шаннаро-о!
Захрустели кости, и страшный удар отбросил мужчину назад. Шиноби Звука, удаляясь, вновь стал нечеткой серой тенью, стукнулся спиной и затылком о ствол дерева, обмяк и свалился в траву.
Сарада, не удержав равновесия, рухнула на колени. Голова все еще гудела, щека ныла. По руке стекала теплая липкая кровь.
Надо найти очки.
Но сил подняться и искать не было.
— Восемь. Был еще девятый! — взволнованно воскликнул Шикамару.
— Я убила его первым.
Он вздохнул с облегчением. Присел рядом и осторожно надел ей обратно очки. Холодные дужки коснулись щек, скользнули за уши. Мир немного исказился и снова стал четким. Сарада смотрела в лицо Шикамару, который испуганно глазел на нее.
— Получилось… — произнес он дрожащим голосом. — У нас получилось…
Сарада спасла его, а Шикамару спас ее, каким бы ни был вклад каждого в эту победу. Нара, которого уже все успели скинуть со счетов, в последний момент выжал из себя остатки чакры и обездвижил врага своим Теневым Подражанием.
— Я думала, у тебя не осталось чакры, — призналась Сарада и услышала, что ее голос тоже дрожит.
— И я так думал.
Шикамару вытер испарину со лба и щек.
— Но она откуда-то взялась, когда я увидел… и понял…
Он запнулся. У него заплетался язык, и он сам уже не понимал, что говорит. Шикамару взглянул на руку Сарады, достал аптечку и стал обрабатывать рану.
— Где Наруто и Сакура?
— Ушли вперед.
Шикамару нервно облизнул губы и туго затянул узел перевязки.
— Спасибо.
Сарада моргала, пытаясь прогнать звон в голове. Посмотрела на поверженного врага — тот лежал под деревом в неестественной позе, выпучив незрячие глаза.
— Ну ты даешь, Учиха, — сказал Шикамару, покачал головой и присел рядом с ней, прислонившись спиной к стволу дерева.
На землю неподалеку мягко приземлился Биске и обвел их довольным прищуренным взглядом. Сарада подскочила на месте.
— Ты! — выпалила она срывающимся голосом. — Чего не помогал?! Ты же пес-ниндзя!
Биске поджал хвост и немного попятился.
— Все было под контролем, детка. Я уже поднял лапу, чтобы выпустить ему в глаз струю, но твой дружок меня опередил.
— «Струю»? — тупо переспросил Шикамару.
— Я — собака, — оскорбленно ответил Биске.
Шикамару поморщился. Тут Сарада вспомнила:
— Сенсей! Точно.
Немного чакры для призыва еще оставалось. Она макнула большой палец правой руки в застывающую кровь на ладони и сложила печати. Нара немного отстранился от крупного ворона, который появился невесть откуда и едва ли не бил его крылом по лицу.
Дроша, любимый призыв Шисуи.
Птица-посланник с глубокой царапиной на клюве была особенной. Ворон Дроша никогда не появлялся вкупе со всеми, только на личный зов. По словам Шисуи, он знал его еще птенцом, а сама птица отлично понимала человеческую речь. Ворон присел Сараде на плечо.
— Лети к Какаши-сенсею. Он на главной арене.
Птица шумно взмахнула крыльями, оттолкнулась когтистыми лапками от плеча и поднялась в небо.
****
Какаши ловко перехватил руку шиноби Звука, несколько раз ударил его по лицу и пригнулся. Еще один враг пролетел над ним, задев животом спину Какаши, и ударился головой о перила ограды над ареной. Оглушенный враг поднялся и хотел было вновь броситься в атаку, но откуда ни возьмись появился Асума и убил его одним мощным ударом. Мертвое тело, потеряв равновесие, свалилось через перила на арену.
— Какаши! — воскликнул Асума.
Какаши убил своего противника и очутился спиной к спине с сыном Третьего.
— За ними погоня. Сколько человек?
— Девять.
— Кого ты отправил на подмогу?
— Учиху.
— Но Саске ведь…
— Не Саске.
Они отскочили друг от друга, завидев противников. Разобравшись с новой партией нападавших, вновь очутились рядом.
— Кого, Какаши? — напряженно процедил Асума, не выпуская из зубов сигарету. — Ту девчонку, что шороху навела своим возвращением?
— Да.
— Да ты с ума сошел! Я отправлюсь за ней.
— Нет. Ты нужен здесь.
— Она генин, Какаши! Я видел ее анкету. Они все погибнут! Девочка-генин не способна одолеть девять мужчин ранга чунина!
— Она Учиха.
— Не имеет значения!
— Имеет, черт возьми! Не тебе судить, Асума. Я тренировал ее и знаю, на что она способна, а на что нет. Делай свое дело.
— Шикамару — мой ученик…
— А Сакура, Наруто, Саске и Сарада — мои. Делай свою работу, Асума! — Какаши начал понемногу терять терпение.
— Ты…
— Постой-ка…
Какаши прищурился. С центра арены на трибуны спикировал ворон. Заметался под навесом, хлопая крыльями, и подлетел на протянутую руку. Птица посмотрела на него, склонив голову. На шее топорщились слипшиеся перья. Какаши молча кивнул ворону. Тот поднялся в воздух и вылетел из-под навеса трибуны.
— Все в порядке, Асума.
Тот вопросительно нахмурился.
— Ворон от Сарады. Они разобрались с погоней.
Асума только выдохнул дым и крепче сжал свое оружие.
— Раз так… — произнес он коротко и, не договорив, кинулся в бой.
Какаши расправлялся с врагами, напряженно поглядывая на то, что происходило за фиолетовым барьером. Крыша ложи Каге претерпела поразительные метаморфозы. Пространство внутри барьера вмещало земляные стены и вековые деревья.
Да что там происходит?
— Гляди! — воскликнул Гай.
Какаши прищурился. Рядом с Анбу, притаившимися у барьера, появилась знакомая фигура: высокий ворот кофты, коричневая перевязь танто.