Вернуть Боярство 19 (СИ)
Отродье Темной Звезды, слуга презренного Этель Нуринга, будь проклято во все века и всех мирах имя его, должен сдохнуть сегодня и здесь.
Есть битвы, в которых человек просто не имеет права на отступление и поражение. Есть схватки, в которых цена победы воистину не имеет значения. Поединки, в которых, если ты мужчина и воин, ты пойдешь до конца. Будешь биться до победы или до смерти — ибо мёртвые, как говорил славный князь Святослав Рюрикович, сраму не имут.
Слуга Темной Звезды, один из тех, что нес Рок мира, уготовив всему живому, всему, что я любил и был готов защищать даже ценой своей жизни страшную гибель во имя амбиций — преимущественно своих и своего ближнего круга. К которому этот ублюдок имел самое непосредственное отношение, как Великий Маг…
— Зазвучи Раскатами Грома, Небесная Скорбь!
Тысячи, десятки тысяч молний высоко в небесах начали стекаться в единую точку там, в тёмной, испещренной ударами Небесного Гнева, бездне высокого и глубкого аэра.
Словно паутина чудовищного, невероятно огромного паука разряды магического электричества стекались со всех сторон — сверху, снизу, с юга, севера, запада и востока…
— Меня не пронять подобной чепухой, отродье! — взревел вскинувший к высокому небу свое сокрытой прочным шлемом лицо швед. — Но ты можешь попробовать, ничтожество!
— Уж будь уверен, выблядок — всенепременно попробую!
Наши голоса преодолевали ту бури, что породили наши силы. Манифестация, сила Великого, помощь сотен тысяч душ — всё это позволило мне сейчас чувствовать себя примерно на уровне начального Великого Мага, может чуть больше. К Сверхчарам, правда, прибегнуть возможности — но это было проблемой не только для меня, но и для врага.
Зато с Личной Магией всё было в полном порядке, чем я и пользовался. Нити чар сплетались легко и непринужденно, словно сами собой, даруя опьяняющее осознание своего могущества… Впервые за долгое время — не заёмное, не полученное с помощью жертв или хитростей, работы артефакта или ещё какого-то обманного действа, нет. В этот раз я четко ощущал — это сила лишь моя собственная, и пусть она слишком велика для моего нынешнего вместилища, для этого физического тела, но какое-то время я её продержать могу. Благодаря поддержке своих душ, пришедших мне на помощь в самый ответственный момент…
К сожалению, у врага нашелся похожий козырь. Не совсем такой же, как у меня, но весьма сходной природы — сотни, нет, даже несколько тысяч душ и духов, бывших когда-то при жизни людьми-чародеями, связанные с его нынешним кровью. Предки, бесчисленные поколения предков-Фолькунгов стояли за спиной Ивара Кровавой Ладони и даровали своему потомку-реинкарнатору весьма немалую мощь. Силу, с которой приходилось считаться… А ведь я более чем точно знаю, что в прошлой жизни он подобными силами не обладал. Нет, у него были души-контрактники, но меньше десятка, если мне память не изменяет. Нынче же… За ним стоял целый полк магов-призраков, и кровное родство позволяло им взаимодействовать с потомком, делиться с ним силой и, используя его как якорь, пребывать в этом мире и действовать под его указку… Или же он действовал под их — поди тут разбери.
— Касание Предков!
Там, высоко в небе, в огромной шаровой молнии, что освещала всё на многие десятки километров подобно многоцветному солнцу, родилось странное шевеление. Потянуло словно бы ветрами нездешними, дыханием иных миров и иного мироустройства, потянуло такими безднами, в которые живым заглядывать категорически не рекомендовалось — и, спеша успеть, крикнул:
— Бей!
Огромная, толщиной в десятки метров, многоцветная Молния еда успела начать свое нисхождение вниз, как пришел ответ Ивара.
Десятки, сотни душ разом возникли со всех сторон от шаровой молнии и устремившегося вниз разряда, кладя магические разряды свои ладони. Десятки, сотни, а затем и тысячи…
И моя магическая сила замерла, не в силах продолжить движение. Сволочь, парировал…
— Там, где ты учился, я преподавал! — насмешливо взревел этот ублюдок. — Щ-щено…
Семь Шагов Грома.
Первый Шаг — и я оказываюсь напротив врага. Острие копья летит прямо в лицо, в узкую смотровую щель, но закованная в латную перчатку рука боковым ударом кулака отводит лезвие в сторону. Одновременно с этим враг крутанулся вокруг своей оси, метя ногой уже в мою голову — но там, где я только что стоял, уже никого нет.
Второй Шаг — и я оказываюсь справа. Возвращать копьё обратно в удобную для укола позицию нет ни времени, ни возможности — и пятка моего оружия бьёт снизу вверх, метя тяжелым, окованным магическим металлом тупым концом ему в пах.
Швед успевает чуть изменить свою позицию, мощным телекенетическим ударом отшвыривая себя вбок и вниз, однако полностью избежать его не получается — древко бьёт в верхнюю часть бедра той ноги, которой он пытался меня достать.
Раскат грома и вспышка молнии, грянувшие и разошедшиеся от места попадания моего оружия, ускоряют его движение ещё сильнее, заставляя бесконтрольно крутиться вокруг своей оси.
Я не могу прекратить поддерживать и направлять Небесную Скорбь, ибо тогда освободятся и его Духи. Но верно и обратное — и сейчас каждый из нас поддерживает по два чрезвычайно затратных в плане расхода маны, Силы Души и ресурсов ауры, требующихся для поддержания в течении долгого времени в столь напряженном состоянии наших энергетик.
Поединок боевых магов нашего уровня — это всегда шахматная партия. Это не неопытный Цинь Шихуанди — этот враг не уступает мне боевым опытом, он тоже побывал в горниле величайшей войны в истории нашего мира. Этот враг опаснее любого местного чародея — те, разленившиеся за века мира, могли обладать немалой силой, самые могущественные среди них, вроде Второго Императора и того же Залесского даже в этом нашем с Иваром состоянии были сопоставимы с нами в плане личной силы… Но у них наблюдался фатальный недостаток настоящего боевого опыта смертельных схваток с врагами сопоставимой силы. Такой же, в принципе, как у все Великих Магов до войны, развязанной Темной Звездой. Лишь её ветераны в горниле многих лет и сотен схваток обрели его в достаточной мере…
Семь Шагов Грома — весьма сильная и затратная Личная Магия. Я не просто двигаюсь быстрее обычного — в битве я итак ношусь на близких к предельным для моего физического тела скоростях. Нет, я обращаюсь в многомерную волну магической энергии и сам гром. Я многократно превышаю скорость звука в этот миг — и собираюсь обратно уже в заранее намеченном для атаки месте. Это невозможно просчитать стандартными методами и это слишком быстро для того, чтобы успеть полноценно среагировать, но, как я и сказал, у Ивара ничуть не меньше, чем у меня, уникального боевого опыта. И там, где любой пал бы уже на Первом, максимум на Втором Шаге, он держится. Да как держится!
Острие Копья рвется наверх — я нахожусь прямо под моим врагом и мечу в его правую ногу. Нанести смертельный удар сразу не выйдет, придется с этим смириться — битва будет на истощение.
Кованая сталь бронированного сапога врага выдерживает удар Копья Простолюдина — всю доступную энергию враг пустил на укрепление доспехов. Он ещё не разгадал секрет Семи Шагов, слишком мало времени, даже при учете разогнанного до предела сознания я сейчас слишком быстр.
Но в этом минус не только для него, но и для меня. Как он не успевает выработать действенной контрмеры, так и я не могу дать ему времени, а потому мои атаки просты и безыскусны, углы и остроту ударов приходится подбирать на глаз, я не могу использовать никаких иных чар — лишь то, что заложено в Семь Шагов…
И потому столь важен тот факт, что у меня Живое Оружие. От моего третьего удара врага подкинуло высоко вверх, поближе к заблокированному Душами разряду моих Молний. Четвертый Шаг — и копьё наотмашь бьёт в подставленные руки. Броня уже держит удар с трудом, его отшвыривает ещё выше и ближе и к моей пока еще заблокированной атаке. Зеленые Молнии сплошным потоком омывают моё тело, едва успевая его исцелять — без неё моё тело не выдержало бы подобного надругательства, без Зеленой Молнии я бы попросту не сумел бы раз за разом пересобирать своё физическое тело и оружие с доспехами из той волны энергии, в которую превращаю себя.