Дистанция перехвата. Механик
– А почему можно не успеть?
– Другие перехватят. Но зато тебе достанется что-то из того, что скинули другие. Бывает народ из отпускной недели возвращается совсем пустой. Даже пару белья не на что купить и тогда он идет в фонд и там перехватывает чистые постиранные вещи. Правда, бывает среди чистых и дырявые попадаются, штопать химчистка еще не научилась.
Выхватив из какого-то лючка тонкий пневмопровод со штуцером Марк стал накачивать матрасы.
– Все, иди теперь и ты. Как выберешься с причала все время налево, а как увидишь надпись «кафе», там спрашивай, поскольку дальше маршрут слишком путанный. Короткий, но путанный. И поторопись, у нас уже шесть часов на отдых осталось.
– Я понял, – кивнул Джек и подскочив к своей сумке, стал доставать гигиенические принадлежности. – Шампунь брать?
– А какой у тебя?
– Ну, просто какой-то военный набор.
– Не нужно, – покачал головой Марк раскладывая в узком проходе накаченный матрас. – Такого там на месте навалом. Из автомата возьмешь – и шампунь, и мочалки, и зубные щетки.
– Отлично, только… как мне зайти, если ты уже спать ляжешь? – спросил Джек, останавливаясь у выхода из кабины с новой упаковкой белья.
– А! Дядя Марк уже все порешал, – с долей самодовольства сообщил наставник и перескочив через расстеленный матрас, протянул Джеку новенький чип-ключ. – Это временный – на месяц. А когда дадут собственный аппарат к нему будет другой ключ.
– Спасибо! А это у тебя что?
– Где? – не понял Марк.
– А вот, – указал Джек на след губной помады на свежевыбритой щеке.
– А что там, помада? Так это я из-за тебя пострадал. Метнулся после мытья в администрацию, чтобы ключ тебе напечатать. И вот результат.
– Инга?
– Да ты что? Просто девушка из администрации. Ладно, топай, цени время отдыха и никогда не рассчитывай, что дадут доспать все положенное до конца. Вали и не буди меня, когда вернешься. Ключ у тебя теперь свой.
6
Выходя из судна в причальный шлюз, Джек даже испытал некоторое волнение.
С одной стороны, ну что такого – приложить чип в двух местах и подняться по короткой лесенке. А с другой, применение персонального ключа в этом комплексе судна-уборщика и огромной базы, объединяло Джека, как действующую профессиональную единицу с огромной системой орбитальной безопасности Лимы-Красной.
Снаружи, в ремонтном ангаре его снова встретили грохот ремонтных механизмов, запахи окалины и горящего пластика, которые, несмотря на все старания, система очистки воздуха обрабатывать не успевала.
То и дело ухали штамповочные прессы, формируя потерянные в орбитальных боях фрагменты корпусов спутников и самоходных аппаратов.
Вспышки сварки озаряли огромный объем ангара и короткие весомые реплики рабочих, лишь дополняли весь этот ремонтный порядок, заставляя Джека улыбаться на ходу. Ведь это было нечто вроде знакомой ему мелодии большого автосервиса, только увеличенного в десятки раз.
Держась все время левее, он вскоре вышел к прислоненной к стене вывески «кафе» и стал вертеть головой, в надежде, что где-то здесь на самом деле найдется какая-то закусочная, однако до самого выхода из ангара тянулась сплошная стена без каких-то проемов и дверей. Но, приглядевшись к вытоптанной в защитных плитках гравитационных соленоидов, едва различимой тропке, Джек заметил ответвление «в стену».
Подойдя к этому участку он обнаружил засаленное пятно, нажав на которое, вызвал поворот фрагмента стены, за которым показался короткий коридор с небольшой лесенкой.
Шагнув в открывшийся проем он притворил за собой поворотный сектор и поднявшись по лесенке, увидел справа еще один коридор – метров на двадцать, также не имевший дверей и проемов.
Однако, используя тот же метод, Джек по протоптанной дорожке обнаружил места, куда сворачивали «в стену» очередные отводы тропы.
Вначале он попал, видимо, в тот самый «фонд», поскольку там пахло горячим глаженные бельем. За следующим поворотом оказалась сама химчистка – с резкими запахами и жужжанием стиральных автоматов.
И лишь последний поворот в на этой тропе привел Джека в душевую, где имелась целая дюжина кабинок, правда две из них были закрыты на ремонт, который, судя по расплывшимся табличкам, длился уже не один год.
Но и оставшихся вполне хватало. Только две из них оказались заняты и Джек принял душ в комфортных условиях безлимитного расхода горячей и холодной воды, хотя от инструктора слышал, что на базах расход строго лимитирован и к этому следовало быть готовым.
«Три литра на помывку,» – вспомнил Джек слова Марка, когда уже вытирался одноразовым полотенцем.
7
На судно Джек вернулся в приподнятом настроении и ему хотелось обменяться со своим наставником свежими впечатлениями, однако тот уже крепко спал.
В кабине горело дежурное освещение, на панели управления лениво перемигивались сигнальные стенды.
Мониторы перед креслом пилота также находились в режиме сна.
Стараясь не шуметь, Джек расположился на своем матрасе, который в узком проходе располагался сразу за спальным местом Марка.
Несмотря на опасения, матрас оказался удобным. Джек застегнул тепловую мембрану и стал смотреть в низкий потолок, между разошедшимися панелями которого угадывались бесчисленные провода, трубки и проводящие шины.
Джек пытался как-то по особенному прочувствовать этот момент, где он, практически в настоящем космосе, ведь за бортом судна уже ничего не было. Но чего-то похожего на недавнее волнение, с которым заходил с Марком на судно и когда один выходил пользуясь личным ключом, уже не почувствовал.
Так он и уснул, добирая часть отдыха, которой лишил его наставник, когда неожиданно явился в каюту.
Как показало Джеку, едва только он перестал разглядывать потолок, как его тотчас ткнули в плечо, да еще стали светить в лицо фонариком.
Что происходит? Где он вообще?
– Подъем, стажер! Логистика планеты под ударом!
Джек попытался резко подняться, уже начиная понимать, где находится, на тепловая мембрана не пустила его.
– Блин, ты как гусеница шелкопряда… – пробурчал Бачинский и нагнувшись разомкнул магнитную молнию, а затем почти выдернул из под Джека матрас, принявшись тут же его сворачивать.
Матрас шипел и не хотел сдаваться, однако Марк быстро с ним справился и сунул в стеновой тубус, после чего распрямился и сказал:
– Ну ты как, в порядке?
– Торможу немного… – признался Джек. – Сколько я спал?
– Примерно три часа. На – нюхни, это тебя взбодрит, – сказал Марк, подавая Джеку «медицинский карандаш», знакомый с детства по лечению простуды.
Не ожидая подвоха, тот открыл колпачок и потянул носом, однако вместо свежей мяты ощутил, будто удар током в слизистую носа.
Вскрикнув от неожиданности он выронил «средство» и попятившись плюхнулся в штурманское кресло.
– Ну как, проняло? – осведомился Марк улыбаясь и деловито набивая команды для бортового компьютера.
– Что это… такое? – выдохнул Джек и покрутил головой, одновременно шмыгая носом и вытирая рукавом слезящиеся глаза.
– Это, брат, специальная штука, на случай если в середине сверхурочной смены начинаешь клевать носом. Такой прибамбас в аптеке не купишь, но никакой наркоты, только эфирные масла.
Наконец, Марк ввел какую-то последнюю – самую важную команду, после чего весь корпус судна вздрогнул и где-то под полом загудели, разгоняясь, мощные двигатели.
– Так, у нас еще четверть часа на прогрев и тестирование, – сказала Бачинский и взглянув на Джека покачал головой. – Нет, в таком виде на смену отправляться нельзя.
– А что не так? – спросил Джек поднимаясь со штурманского кресла.
– Ты в темно-синем, как какой нибудь обслуживающий персонал. А мы на борту серьезного аппарата, тут никакой обслуги – только боевые пилоты.
После этих слов, Марк полез в какие-то дальние закрома и достал свернутую в тугую трубку одежду. Встряхнул ее и Джек увидел, что это старый, но чистый пилотский комбинезон.