Дистанция перехвата. Механик
– Ничего себе! – поразился Джек. – А ресурс?
– Ну, поджирает, конечно, и ресурс испарителя. Но я договариваюсь, чтобы мне вне очереди давали комплектующие. Пользуюсь я этим максимальным режимом редко, зато метко, как говорится.
Сообщив это, Марк хитро улыбнулся и подмигнул Джеку, намереваясь открыть еще одну профессиональную тайну.
– И что значит – «метко»? – подначил наставника Джек.
– Дело в том, корешок, что иногда мою месячную зарплату на треть усекают разными штрафами…
– Инга?
– Ну, иногда и она, но понемногу. На орбитах есть и другие инспекции. Если следовать их правилам и предписаниям работать вообще невозможно. Но, если рубишь обломки не ниже плана – премия. Небольшая, но заметная. Дальше – частники. Иногда прорываются в эфир разные блатные и просят, кто спутник подтянуть на другую орбиту или подразогнать, поскольку топливо не рассчитали и сам он вот-вот в океан бухнется. А за ним – сотни тысяч инвестиций. Врубаешься?
– Да, врубаюсь.
– И вот, они мне кидают десять штук сверх штрафа, на который я из-за них нарываюсь и я делаю им эту работу. Все довольны.
– И тебе на счет падает этот гигантский штраф – стоимость перевода аппарата? – поразился Джек, вспоминая о том, сколько стоит казне переход с орбиты на орбиту.
– Иногда падает, а иногда инспекторы и не замечают.
– Да, дела, – произнес Джек вытирая проступившую от волнения испарину и опускаясь на откидное сидение.
– Что, на курсах такого не рассказывают? – усмехнулся Марк и почесал живот под трофейной курткой.
– Нет, дальше намеков там не идут. Так что там про «редко но метко»?
– А, ну да. Так вот, помимо более мелких эпизодов, полгода назад был такой случай, у одной крупной компании начал съезжать с катушек здоровенный «скайлэб». Сто двадцать тонн новейшей аппаратуры. Короче, дисбаланс, непонятные включения движков и за ним уже стали присматривать погранцы, чтобы кончить поганца. Ну, а нам это ни к чему, небось в тренажере тебе приходилось попотеть вычерпывая после такого салюта?
– Да уж, пришлось, – кивнул Джек, вспоминая изнурительные виртуальные рейды, где реакции шли не на секунды, а на их сотые доли.
После некоторых тренировок его колотило и случались нарушения сна.
– И вот выходят на меня эти крутые ребята, которые даже госдисциплину подмяли, ведь частникам прорываться в спецэфир запрещено. Но они сумели. И говорят – затормози нашу машину и мы тебе сто штук отвалим! И мне бы у них миллион запросить, но это только потом в голову пришло!
– Да! – с жаром подхватил Джек.
– Но, братан, до встречи с их объектом оставалось уже с десяток секунд! Я буркнул – согласен, а сам уже дал движкам полную тягу, памятуя… – тут Марк поднял кверху указательный палец… – Памятуя, что пересекаю две горячие орбиты, где разминулся с двумя объектами в разницей в пять-шесть секунд. Прикинь?
– Уф! – выдохнул Джек, очень ярко представляя себе эту ситуацию, поскольку бывал в ней на виртуальных тренингах. Но одно дело тренинг и совсем другое – реальная ситуация.
– И вот проскакиваю я к своему бонусу в сто штук и краем глаза на мониторе объектового радара засекаю ракету, которую какой-то юный, блин, погранец уже запустил по цели. По моему бонусу, Майки!..
На этом месте повествования Марк даже подскочил с пилотского кресла.
– И короче, в одно мгновение я вижу захват моим лазером этой ракеты и автоматически давлю «пуск»…
– И?!
– И все, ракета – в дым, я даю еще тяги, растопыриваю клешни и хватаю четырьмя лапами этого красавца, а затем…
– Вектор тяги на сорок пять градусов и полный газ! – не удержался от дополнения Джек.
– Вот, говорю же, что ты петришь! – одобрил Марк и снова почесался. – Короче, две лапы потерял, их потом разнесли ребята из другого звена. Доставил им проблем, но они поняли. Одним словом, удержал я этот «скайлэб», а через три часа прибыла команда их ремонтников. Мне на счет свалились сто штук премии и фонд поглощения ожидаемых штрафов – так как, начальство команды на этот бросок не давало.
– Сто штук – хороший вариант, тем более, что времени на раздумье не было, – заметил Джек, все еще находясь под впечатлением яркого повествования Марка.
– Вот именно. Сто штук, конечно, хороший бонус, но в переделку своего красавца я вложил примерно столько же. Не сразу, конечно, а за все пять лет работы на нем.
– Все равно немало, – покачал головой Джек, прикидывая, что ему пришлось бы продать весь оставшийся жемчуг. С другой стороны, Марк говорил, про пять лет. Значит вложения постепенные, а Джеку пока здесь все нравилось и он планировал задержаться.
– Ну, ладно, полистай пока монитор, а я пойду уже помоюсь.
– К себе в мини-душевую?
– Нет, зачем? Пока мы на приколе лучше воспользоваться базой. У них тут в рабочей зоне отличные условия. Свой ресурс мы сейчас тратить не будем у меня вон – полные баки топлива и воды. А гальюнное ведро, тоже сейчас пустым будет, – объяснил Марк, сопровождая сказанное выводом на монитор соответствующих диаграмм. – Ты, если хочешь, можешь пойти со мной.
– А можно я попозже? У нас вообще сколько еще свободного времени?
– Смена начинается через семь часов.
– Тогда я посижу – полистаю, привыкнуть хочу, а то все так сразу навалилось, – пояснил Джек. – Сам то я потом найду душевую?
– Да тебе любой подскажет, нашего брата тут уважают. Мы же хранители ихнего спокойствия, – пояснил Марк, одновременно выдвигая в совершенно неожиданных местах какие-то ящики – даже в приборной панели, пустое пространство под которой, вероятно, освободилось после очередной модификации.
Собрав необходимые для помывки принадлежности и стопку чистой одежды, хозяин судна уже собирался покинуть кабину, когда Джек спросил:
– А почему тебя вон там на стене написано «Пилот Жора»?
– Жорой меня в детстве мама называла, – произнес Марк останавливаясь и вздохнул. – Так что ты можешь меня и так называть. Или еще проще: але, братан!
И засмеявшись, Марк вышел из кабины. Джек слышал, как одна за другой открывались и закрывались тяжелые переборки и все стихло.
Остались только негромкие звуки магистралей судна, которые никогда не прекращали работу.
Отопление, кондиционирование и кислородные батареи, а еще пара генераторов. Так что тишины в рабочей машине никогда не бывало.
5
В отсутствие пилота, Джек еще раз обошел крохотный периметр судна, открывая все дверцы и лючки, для которых не требовалось чип-ключа. Так у него лучше складывалось понимание этого большого механизма и он легче представлял системы обеспечивавшие его жизнедеятельность, движение и работу.
Собрав, таким образом, первичную информацию, он вернулся к монитору и открыв служебную документацию, начал прояснять появившиеся вопросы.
Впрочем, помогало это слабо, поскольку судно Марка было им заметно усовершенствовано и в документации не нашлось и половины ответов на вопрос: что там «то», а что «это».
Наконец, вернулся Марк. Чистый, румяный, аккуратно подстриженный и побритый.
Он улыбался, благоухал ароматами дорогих дезодорантов и являл собой пример образцово-показательного пилота, поскольку теперь был наряжен в чистый комплект состоящий из комбинезона, пододетой форменной футболки и мягких ботинок.
Все синих цветов с оттенками и отмеченное золотистой эмблемой Космического Агентства.
– Эй, да тебя не узнать! – поразился Джек, приподнимаясь из пилотского кресла.
– Это все стрижка! Там аппарат новый поставили, может стричь мокрые волосы. Но побрился я сам.
– А вещи, что были у тебя с собой? Нехилая такая куртка.
– Бросил в общественную химчистку. Там вещи стираются и чистятся, согласно составу и все такое. Можешь хоть носки грязные, хоть мокасины закинуть, а потом все это чистенькое в фонде найти. Если успеешь, конечно.
Продолжая говорить, Марк достал пару сплющенных пневматических матрасов с анатомической регулировкой и подогревом.