Покемон. Реальный мир (СИ)

— Д-да… — прохрипел парень, едва сдерживая кашель.
В меткости ученикам Бруно не откажешь. Один за другим бедняги истаивали в красных вспышках, и первым среди них ушел лишенный одного из горбов магмовый верблюд.
— Уроды, — сплюнул Бруно, спрыгнув с платформы и повнимательней осмотрев одно из уцелевших тел, — Перерезана глотка… Хм-м-м… — мужчина пристальным взглядом окинул помещение, — За сценой есть проход… Пошли.
Действительно, позади сцены, оказался проход. Даже не просто проход, а целая арка размером с амбарные двери. Верхняя ее часть была скрыта за ободранными и местами обожжёнными портьерами, низ же зиял свободной дырой, в которую мы и прошли, ведомые нашим отрядном излучателем позитивных эмоций. За Сири.
От ароматов, витавших подле провала в темень, у меня натурально зашевелились волосы на затылке… Хотя…
— Прикрой, пожалуйста, глазки, — нежно проговорил я, запуская пятерню в свою шевелюру. Легкое касание, и детеныш отправляется в свой покебол, — Не думаю, что ей нужно это видеть. Хватит и запахов, — прокомментировал я для коллег.
Виды новой дислокации отличались далеко не в лучшую сторону. Если близ арены, хотя бы, сохранилось адекватное освещение, то здесь уже царил полумрак. Довольно узкий, как показалось на первый взгляд, коридор застилала кровь. Сложно определить количество умерших здесь людей, ведь целых среди них попросту не осталось. Единственное, что выдавало наличие здесь не только лишь официантов, и складских работников, целехонькие желтые каски которых также виднелись в лужицах крови, отчего и желтыми их можно было назвать весьма условно, так это практически невредимые мужские торсы, закованные в изодранные бронники. Части тел, словно дорожка из хлебных крошек, уходили вперед, показывая то ли маршрут побега, то ли путь наступления людишек, но вот у самого входа трупов почти не было… Но именно здесь было больше всего боевых отметин: следы от когтей, почерневшие подпалины, вмятины в полу и на решетчатых стенах… И запах! Липкий запах крови, только-только начавшей сворачиваться, да вперемешку с содержимым брюшины, что при отсечении нижней части торса имело тенденцию вываливаться наружу, звучал повсеместно. И все это при условии моего улучшенного обоняния… Пожалуй, только лишь флакон духов, подаренных Эрикой, и не давал мне попросту развернуться, да покинуть это место. И плевать на взгляды Бруно и побледневшего Лукаса, на глазах которых я едва не обливался туалетной водой! В данном случае, это был вопрос жизни и смерти, а значит и вовсе не вопрос.
Но стоило прийти в себя, хотя бы чуть-чуть, ибо перебить сию вонь просто невозможно, как открылись новые подробности окружавшей нас локации. Стены — это вовсе не стены. Коридор, был всего лишь трех-четырех метров в ширину, а дальше уже шли аккуратные ряды клеток. Снизу побольше, сверху поменьше. Закрытые и распахнутые настежь. Решетчатые и монолитные. Целые и практически уничтоженные. Разные.
— Осмотреть, — отдал команду Бруно, кивая на клетки по правую от нас руку, а сам двинулся к левой части узилищ.
Что я, что Лукас, лишь кивнули в ответ. Всем нам было попросту мерзко открывать здесь рот. Словно воздух обратился отвратной зловонной жижей, и вот-вот заполнит ротовое отверстие под завязку, нужно только дать ей шанс… Пожалуй, сейчас я как никогда рад, что все-таки не способен ощущать чужих эмоций. Уверен, место заключения десятков обреченных на смерть разумных не может не оставить след, ибо даже энергетика здесь напоминает таковую в логове белого генгара, только лишь… Темнее.
Первая же приоткрытая клетка «порадовала» меня окровавленной тушей незнакомого покемона. Явно относящийся к собачьим, напоминающий необычной расцветки волка… труп. Из проломленного черепа уже даже не текла кровь, а на краях дверцы клетки, прямо возле замочной скважины, отчетливо виднелись куски прилипшей темно-серой шерсти, что в сочетании с явными вмятинами давало вполне определенные намеки. Кажется, будто покемон сам пытался вырваться отсюда, не найдя другого способа, кроме как использовать свою голову как таран. Размеры клетки при этом едва могли позволить бедняге подняться в полный рост, отчего сам процесс должен был быть еще более жутким, чем видится мне сейчас.
 
— Труп, — заметил Лукас, осматривавший соседнюю клетку, что оказалась пустой, — Вроде майтиена… А может и скатанк… Хвоста не видно.
Я мог лишь кивнуть. Отвращение, напополам с холодной яростью подступали все ближе и ближе. Так обращаться с покемонами… С разумными существами… Подобное недопустимо даже по отношению к обычным зверям. Хочешь убить — убей. Да, это плохо, но это куда лучше, чем вот так…
Клетку за клеткой мы проверяли это место… Процесс не мог не вызывать брезгливость, напополам с яростью. Кто знает, в каких условиях хранились остальные покемоны, и сколько их здесь еще осталось, но мы вынуждены тратить время на тех, кому уже не помочь… Но возмущаться, и тем более все бросить, и нестись неизвестно куда и неизвестно зачем, я не мог. Хотя бы потому, что остается шанс, что где-то здесь скрывается тот, кому все еще можно помочь. Увы, как бы я себя не пересиливал, я не мог почувствовать ничего, кроме прорвы крайне злой призрачной энергии: столько замученных перед смертью трупов не оставляли шанса почуять ауру живого создания… Даже Бруно, что в восприятии всегда горел яркой лампочкой, и тот едва ощущался, находясь в жалких метрах от меня.
Однако, молитвы были услышаны. Мои, или оставшихся в живых бедняжек, но открыв одну из клеток, и вновь наткнувшись на мертвого покемона, я услышал характерный писк. Причем не один. Отодвинув покрытое запекшейся кровью тельце, с вырванными котями, сколотыми передними зубами и пробитым черепом, я узрел две пары черных глазок. Сильно испачканные в крови, но без видимых повреждений, белесые грызуны с весьма знакомыми цветовыми узорами на щечках, что выдавали в бедняжках электрических покемонов, затравленно глядели на меня из дальней части клетки.
— Чи… — пискнула одна из них, стоило протянуть к зверятам руки.
Грызун с розоватой спинкой забился в самый угол клетки, пока грызун с бирюзовой спинкой напротив, вцепился резцами в мою ладонь, на которой и повис, не в силах прокусить кожу.
Оба детеныша были извлечены из их персональной камеры пыток, а по-другому носильное пребывание ребенка в одной клетке с изувеченным трупом собственного родителя назвать сложно. И обе, как оказалось белочки, были оперативно уложены на спину Сири. Обволакивание в розовую энергетику должно помочь им забыться… Как же жаль, что здесь нет Ориона, который не только способен усыпить практически кого угодно, но еще и поглотить негатив из сновидений спящего. Увы, но имеем что имеем. Благо что и Сири работает вполне неплохо, и обе белочки довольно быстро начали успокаиваться, а позже и засыпать, вцепившись всеми конечностями в черную шерсть их транспорта.
И более, увы, живых здесь не обнаружилось. Зато дальше… Поместив успокоившихся пачирису, как назвал их Бруно, в покеболы, мы двинулись вперед, по следу из «хлебных крошек». Настроение у всех было крайне далеким от приподнятого, и это несмотря на то, что стоило нам немного отойти от клеток, оказавшись в самом обычном прямом коридоре, как навык Сири вновь заработал в полную силу, приятно обволакивая само естество, и выбивая из головы всю пакость этого мира… И на меня эта прелесть, конечно, не действовала… А может и действовала… Не знаю! Я вообще уже не понимаю, как работают и на что влияют эти навыки. Да и думать об этом сейчас… не хочется.
Тягостный настрой отошел на второй план, когда где-то вдали стали слышаться монотонные удары чего-то жесткого о металл. Понимая, что скорее всего очередная группа покемонов вот-вот себя поубивает, в попытках вырваться наружу из клеток, мы, не сговариваясь, рванули вперед… И чем ближе я оказывался к месту назначения, тем отчётливей слышался мне девичий зов о помощи.