Покемон. Реальный мир (СИ)

— А оно выдержит? — с недоверием осведомился Лукас, ступая на висящую посреди шахты красную платформу.
— Мой барьер выдержал град атак хитмонтопа Бруно, что ему три взрослых мужика, не считая котика?
— Эм-м-м… — лысик выглядел ошарашенно, — Мастер? Ч-что я пропустил⁈
— Сосредоточься на задаче, — не рявкнул, но столь холодно отчеканил Бруно, что ученик натурально вытянулся по стойке смирно, едва ли не отдавая честь.
— ЕСТЬ!
По пути вниз можно было наблюдать, на что способен одержимый крайне странным, но от того не менее сильным призраком, и что он может сотворить с окружающим пространством. Систематические дыры в стальной обшивке шахты, что местами выглядели словно сочащиеся черной жидкостью раны, говорили об одном: когти твари прошивали сталь как масло, не забывая при этом повреждать системы работоспособности лифта. Кажется, именно этими зазубринами пользовались нелетающие покемоны, дабы забраться по стенкам шахты ввысь. Хотя на счет кролика не уверен. Я не видел крови на ее лапках, а порезать об подобное — много ума не надо.
— Скар… Внизу нас ждут трупы. Очень надеюсь, твой покемон не даст слабину, и продолжит поддерживать успокаивающую ауру.
— Сири видел и куда более жуткие вещи, — амбреон кивнул в такт моих слов, но все равно напрягся, готовый отбивать неожиданно прошедшую сквозь барьер атаку. Как теперь уверен Сириус, мои способности вовсе не панацея.
Спуск не казался быстрым, несмотря на достаточно высокую скорость движения платформы. Уроды явно зарылись поглубже, видимо, чтобы случайно «проплывающие» под городом диглеты не понаделали им дыр. Кроты не очень любят спускаться вглубь, где нет ни корешков, ни червячков… Ни выходов к амбарам и складам магазинов, где всегда есть что-то вкусное.
— Как-то тут… Жарко, — вяло протянул Лукас, покрепче перехватывая покебол в руке. Сдается мне, не будь платформа столь маленькой, он бы даже не постеснялся призвать своего подопечного.
Бруно лишь скосил взгляд на ученика, отчего тот зябко поежился, да продолжил цепким взглядом осматривать проплывающие мимо стены, да поглядывать себе под ноги, пытаясь что-то разглядеть сквозь красную, практически непрозрачную пелену: наученный опытом, я делал барьер настолько прочным, насколько это было возможно. А то повадились: одни чудовища с легкостью мои преграды пробивают взмахом лиловой трехпалой лапы, другие вообще проходят их насквозь… Неожиданной атаки снизу, «в тылы», мне точно не надо. В общем, Бруно выглядел все также монументально, а легкая бледность, в сочетании с сильным запахом крови и целебной мази, никак этому эффекту не мешали.
Тем не менее, я действительно стал ощущать, что окружающая температура менялась. Лукас, да и Бруно тоже, если знать, на что смотреть, выказывали здравую опаску, что нас попросту попытаются сжечь огнеметом на подлете, однако никто из них не спешил озвучивать гложущие нутро вопросы. Бруно видел мое спокойствие, и, наверное, доверял мне. А Лукас же однозначно доверял Бруно, и если мастер молчит, то и ученик не смеет высказываться.
Где-то через минуту движения до нас начали доноситься завывания, а после шахту заполнил оглушающий звон мнущегося металла.
— Ру-у-ап! — звучало снизу, после чего удар повторился. На его фоне совсем уж заглохло мощное шипение выходящей откуда-то струи пара, — Ру-у-у-ап! — очередной удар.
— РЕОН! — рявкнул что есть мочи Сириус, — Реон-он! Ам-реон!
Удары прекратились. Как и заглохли звуки иных покемонов. Правда… Спустя секунду пришлось в срочном темпе «закругляться». В смысле, обращать платформу под ногами в сферу, ибо рванувший откуда-то снизу шквал ржаво-красной энергии смотрелся несколько жутковато.
— Кажется, переговоры провалились?
— Реон…
— Ну не расстраивайся. Сейчас спустимся, и попробуем поговорить еще раз.
— Еще один… — едва слышно прошептал Лукас, глядя то на меня, спокойно усевшегося на одно колено и ведущего беседу с амбреоном, то на Бруно, что с большим любопытством осматривал бьющий по сфере фонтан магмы.
Оба мы пропустили сие заявление мимо ушей, продолжив заниматься своими делами. Уже буквально через десяток метров, мы наткнулись на источник гейзера. Мощного вида парнокопытное, покрытое густой бледно-бордовой шерстью с тремя выделяющимися узорами в виде синих колец на каждом боку. На спине сей массивной фигуры располагался каменный нарост, покрытый раскаленными лавовыми подтеками, а чуть ниже, уходя к короткому хвосту-обрубку, прямо в спине зияла дыра, края которой были покрыты каменным крошевом. Недовольное создание закрывало своим массивным телом выход из шахты, представляющий собой точно такую же дыру, как и наверху, только с оплавленными краями. Зверь всем видом показывал, что сначала он разберется с нами, а после пробьет себе выход, и плевать ему, что за стенкой, которую он так активно таранил собственным же горбом, выхода уж точно нет.
 
Пригнув голову к земле, выставляя свой меховой загривок вперед, на манер тарана, он с мерзким чавком ударил копытом в пол, что был покрыт недавно извергнутой магмой.
Едва магмовый поток прервался, стенки моего барьера принялись источать красный туман, активно поглощая остатки огненной энергии в воздухе. Конечно, это не убрало жара, стоящего в шахте, ведь пол ее были залит магмой, а металлические стены только-только начали остывать, медленно теряя красный колер, однако теперь мои спутники хотя бы не сварятся, как только барьер будет убран. А убрать его необходимо, ибо иначе Сири просто не сможет применить свой навык.
При этом, впитавшийся обратно в барьер туман ощущался несколько странно. Он словно стал в разы легче, но управлять им было сложнее… Не знаю… Словно инструмент, к которому ты уже давно привык, прямо во время работы лишился львиной доли массы, и теперь вместо легкого взмаха молотком у тебя выходит неловкий размашистый удар… Жаль, нет времени на подробный разбор, да и надолго сие чувство не задержалось: стоило «новому» туману впитаться обратно в барьер, как он смешался со «старым», полностью растворившись в нем.
— Давай, — отдал я команду, и из колец Сириуса клубами повалил всё тот же незримый розовый дым.
Кожу обдало едва ощутимым жаром. Бруно поморщился, прикрыв ладонью дыхательные пути, а вот Лукас во всю захрипел, выпучил глаза, а после моментально их закрыл, свалившись на колени и принявшись то растирать лицо, то хвататься за грудную клетку… Упс. На осуждающий взгляд Бруно я лишь пожал плечами, кивнув головой на начавшего успокаиваться огненного покемона.
Не касаясь пола, мы вылетели в образовавшийся в двери зазор, пользуясь замешательством попятившегося покемона. Картина предстала… весьма неприятная. Роскошный зал с огромной сценой, украшенной гирляндами понизу, и огромной вывеской «Добро пожаловать в наш скромный Бестиарий!», занимавшей весь верхний ее свод. На сцене виднелись следы борьбы: гарь от мощных огненных навыков, в сочетании со все еще тлеющими дырами, явно от чего-то вроде магмовых плевков, явно намекали на участие нашего дружелюбного верблюда в этом действе. Перед сценой располагались три ряда отдельных мягких кресел, большая часть которых была перевернута или вовсе уничтожена. И, как и обещал Бруно, трупы. Пара мужчин, облаченных в когда-то белые рубашки и черные жилетки, валялись меж раскинутых рядов. Еще один, точнее ноги еще одного, лежали недалеко от дверей. Кажется, он попросту споткнулся, после чего был банально раздавлен, судя по красному пятну на месте врехней части тела, да валявшейся чуть ближе к дверям обугленной головешке.
И, так уж вышло, что наш взрывоопасный друг был здесь не один. Около десятка различных покемонов, неизвестных мне видов, полукругом собрались у дверей лифта. Кажется, именно жар не давал тем выйти, ибо были среди них те, кто запросто мог бы преодолеть пройденное нами расстояние.
— Вроде никаких проблем, — подметил и не думавший расслабляться Бруно, внимательно следящий абсолютно за каждым движением покемонов. Те же, в свою очередь, лишь усталой амебой падали наземь. Изможденные, раненные, и даже изувеченные звери и птицы просто потеряли желание к побегу, получив, наконец, долгожданный покой и умиротворение, — Лукас, собери их.