Дикий дождь (ЛП)
— Просто ты смотрела в неправильном месте. У меня есть ванная, я наполняю её горячей водой, когда хочу отмочить свои раны. Чаще всего я, конечно, предпочитаю использовать холодный душ, но и ванная у меня тоже имеется.
Вода закружилась вокруг её лодыжек и поднялась до икр.
— Мой брат совершал плохие, очень плохие вещи, Рио, — пока их окружала темнота, и никто не мог их подслушать, она решила сознаться. — Я не могу обратиться в полицию, потому что они арестуют его. Я никогда не смогла бы так с ним поступить. Я люблю его. Так что у меня нет другого выбора, кроме как уйти.
Рио осознал масштабность её доверия. Он обнял её за талию.
— Что он сделал, Рейчел?
Она замотала головой, задевая шелковыми кудрями его обнажённое тело.
— Прошу тебя, не спрашивай меня больше о нем. Если бы не он, я была бы уже давно мертва. Я стольким ему обязана. Ты даже не представляешь, что мы пережили. И я отказываюсь его предавать. Просто не могу, — она перевела дух. — Я не обманывала тебя насчёт старейшин, Рио. У меня нет знакомых старейшин ни живых, ни мёртвых, от которых я, по-твоему, убежала, чтобы избежать наказания за какое-то своё неосознанное преступление. Я бы сказала тебе.
— Я верю тебе, сестрилла.
Он подал ей знак, что они должны нырнуть и проплыть через узкий тоннель. Рио поплыл первым, мысленно пытаясь разобраться, по каким причинам её брат желал увидеть её мёртвой, что она такого натворила? Особенно если учесть её ярко выраженную любовь к близкому родственнику. Она явственно проступала в её голосе, когда она говорила о нем. Пока он плыл, его внутренности скрутила жгучая ярость, опасная и непредсказуемая.
Если её брат отвечает ей взаимностью, получается полная бессмыслица. А кто, собственно, мог бы остаться равнодушным к Рейчел?
Они вынырнули под водопадом одновременно, надеясь, что каскад скроет их от любопытных глаз, если вдруг поблизости окажутся люди. Рио вернулся обратно в тоннель, чтобы загородить проход тяжёлой сеткой. Рейчел замерла в ожидании, глядя на противоположный берег сквозь навес из падающей воды, неосознанно отсчитывая про себя секунды, пока Рио не выплыл на поверхность. Она сразу же бросилась ему на шею и прижалась всем телом.
— Я не должна была тебе рассказывать.
— Ты можешь доверять мне. Я рассказал тебе, как умерла моя мать.
Она поцеловала его горло и, не отрывая губ, прочертила дорожку до челюсти.
— И всё равно твои старейшины отвратительны. Даже когда ты сам пришёл и признался в содеянном, они не оценили по достоинству твоё мужество,
— Это была не смелость. Это было то, чему меня научила мать. Если я решился что-то сделать, то, в конце концов, должен принять последствия своего поступка. Это было её правило, и я его уважал.
Его захлестнула чистая радость, мир в его глазах засверкал всеми цветами радуги. Рейчел была его эссенцией, что заставляла чувствовать себя особенным. Ценным и удивительным. Рио обвязал верёвку вокруг её талии и устремился в быстро движущийся поток.
— Нам нужно плыть к берегу. Сейчас нас подхватит течение и понесёт вниз, но нам нужно на противоположный берег.
Она кивнула. На сей раз, она могла твердо стоять и даже слегка опираться на раненую ногу. Это добрый признак того, что она наконец начала исцеляться. Рейчел решила взглянуть на рану ближе, пока ещё оставалась возможность; безусловно, у неё останется глубокий шрам, но это, конечно, лучше, чем потерять ногу.
Течение уносило их вниз, пока они что есть силы пытались доплыть до противоположного берега. Рио подтянул её к себе ближе и стал пробиваться к берегу, волоча её за собой. Ему удалось ухватиться за низко висящую ветку и легко взобраться на неё, поднимая её следом за собой с невероятной силой.
Уцепившись за толстый сук, Рейчел наполовину вылезла из воды, ногами всё ещё оставаясь в реке. Грубая кора царапала обнажённую кожу, и она со всей ясностью ощутила свою наготу. Она оглянулась и увидела множество пристально наблюдающих за ней обезьян.
— Я очень сильно расстроюсь, если обнаружу на себе пиявку, — пообещала она. — И скажи обезьянам не глазеть на меня. А то я чувствую себя голой.
— Ты голая, — рассмеялся Рио и вытащил её полностью из воды; он вплотную прижал её к своему телу, прижимаясь грудью к её груди. — Ты испортила романтическую атмосферу.
Её брови взлетели до небес.
— Романтическую атмосферу?! Что ты хочешь этим сказать?
— Думаю, пиявки только и мечтали, что о романтической прогулке по лесу, особенно теперь, когда ты такая голая и сексуальная. — Он поднял её в колыбель своих рук и мягко спрыгнул на землю.
Она закинула ему руки за шею и посмотрела на деревья. Казалось, что на них устремилось тысячи глаз.
— Рио. Обезьяны действительно следят за нами.
Выйдя на берег, они стали более открыты для глаз. Последние две недели она провела внутри маленького домика под плотным лиственным навесом. А единственной переменой явилась подземная пещера. Дождь пошёл снова — лёгкие, спокойные капли смывали речную воду с их кожи, пока Рио шагал по трясине через болото к краю леса. Игриво зашелестел листьями ветерок, мягко овевая их лица.
— Я не могу так, Рио. Они так пристально наблюдают за нами.
— Пусть смотрят. Я собираюсь показать им, насколько хороши могут быть некоторые стороны жизни, — в его голосе звучало какое-то порочное веселье. Нечто прошедшее по её коже волной жара от макушки и до пальцев ног.
— Сомневаюсь, ты, извращенец. Мы не станем устраивать шоу для этих вуайеристов. — Она растекалась лужицей просто от звучания его голоса. В выражении его глаз она видела своё падение. В них горела страсть и голод, даже когда поддразнивающий огонёк сменился открытым вызовом. — Дальше ты начнёшь мне рассказывать байки о том, что тебя вдруг охватило страстное пламя, и ты срочно нуждаешься в женщине, чтобы его погасить.
Рио перенёс вес её тела так, чтобы её ноги обвились вокруг его талии, а источник её влаги расположился напротив его члена.
— Не просто женщина, а именно ты. Мне нужна ты, Рейчел.
Она сильнее сжала руки на его затылке и приподнялась, поднося свою грудь к его губам. Её охватил жар и голод, и она уже стала мокрой для него. Его язык поглаживал, танцевал и дразнил, пока она уже не в силах была терпеть, начав оседать на его твёрдый член.
— О, да... Вот так я и хочу тебя, — прошептал он, с шипением выдыхая воздух из лёгких. — Выгнись назад и скачи на мне... Чувственно и медленно... Не торопись.
Медленно скользя по нему вверх-вниз, Рейчел откинулась назад, обратив лицо к небу под тёплые струи дождя. Капли, опускаясь на лицо, стекали вниз по грудям и животу, пока с шипением не достигали горячей сердцевины их соединения. Она улыбнулась своей аудитории, желая им всё удовольствия мира.
«Желаю вам радость и свободу чувственных отношений».
— Ты такая красивая! — выдохнул он, чуть не плача от силы наслаждения, отразившейся на её лице, залитом лучами солнца. От этого её естественная красота становилась ещё ярче. Она была такой раскованной в его объятьях. Её совсем не заботит, как она выглядит в его глазах, пока отдаётся ему, и не скрывает, насколько сильно наслаждается его телом.
Рейчел тихо засмеялась.
— Я красивая только потому, что ты заставляешь меня чувствовать себя такой. — По её венам с шипением пронеслась молния. Кожу охватило пламя. Она контролировала ритм своих движений, сознательно и медленно вбирая в себя его плоть, плотно сжимая внутренние мышцы.
Рейчел понятия не имела, как Рио удалось превратить мир вокруг неё в место, похожее на рай, наполненное солнечным светом, в то время как она так долго жила в мире теней. Мелкий моросящий дождь в вышине сквозь призму света отражался яркими цветами, прочерчивая небо радужными бликами. А может, это в её глазах всё виделось в радужном цвете. Не имело значения. В её мире есть Рио, и он — это все, что имело значение.
Она почувствовала мощь и силу, рвущуюся из его плоти, одновременно её внутренние мышцы сжались в ожидании наивысшего наслаждения. Потеряв контроль, оба пустились в неистовую скачку, цепляясь друг за друга, чтобы удержать равновесие. Над головой кружились листья в калейдоскопе разных цветов и форм, ложась на землю светлыми и тёмными узорами. Они целовались, деля одно дыхание на двоих, руки с благоговением ласкали чувствительную кожу.