Любовь под напряжением (ЛП)

— Ты создана для меня, Джун. Для своего отца, для Нелли и Грейси Мэй, для всех людей, которые тебя любят.
— Всех тех, кого я ранила?
— Да, может, поэтому так важно, что ты вернулась. Ты действительно причинила боль. Им. Нам. Но ты собираешься на этом остановиться? Ты оставишь всё как есть?
Я смотрела на него, дыша прерывисто, чувствуя, как сжимается мой живот.
— Или, — продолжил он, — ты изменишь всё? Ты исправишь эту часть и сделаешь её лучше?
— Ты хочешь сказать, что я не могу изменить прошлое, но могу сделать будущее лучше. Я могу исправить то, что люди чувствуют сейчас.
— Да, примерно так.
Я выдохнула долгий, дрожащий вздох и уткнулась головой ему в грудь. Его руки продолжали скользить вверх и вниз по моей спине.
— Я тебя не заслуживаю, Такер.
Он рассмеялся, и я почувствовала, как его грудь содрогнулась под моей щекой.
— Я серьёзно, — сказала я, откидываясь назад. — Я правда не заслуживаю тебя.
Он наклонился и нежно поцеловал меня в губы.
— Давай согласимся не соглашаться.
Я ответила на его поцелуй, но затем отстранилась.
— Мой папа, наверное, волнуется, где я. Я оставила его почти на весь день.
Такер провёл рукой по своим глазам.
— Хочешь, я зайду?
Я смутилась.
— Говоря о людях, которые явно не на борту с поездом «Такер и Джун».
— Мы можем заставить его сесть в этот поезд, — заговорчески улыбнулся он. — Я куплю ему билет. Ты собери его чемодан.
— Я за такой поезд, но не уверена, как это сделать, — ответила я. Ведь я не могу громко объявить, что остаюсь. Потому что я не остаюсь.
Он пожал плечами.
— Мы что-нибудь придумаем.
Мы делали ошибку? Мы просто закладывали динамит вокруг наших сердец, чтобы потом взорвать их на расстоянии?
— Ты выглядишь обеспокоенной, — сказал он. — Не волнуйся. Всё наладится.
— Надеюсь.
Я дождалась, пока он обует кроссовки, и мы пошли к моему дому. Сэйди трусила рядом, а он держал меня за руку. Когда мы подошли к моему крыльцу, из дома доносились звуки «Дневников вампира» и женский смех.
— Наверное, Нелли, — прошептала я. — Она теперь здесь постоянно.
Такер игрался с моими пальцами.
— Думаю, за эти годы они с твоим отцом стали близки.
Это мягко сказано. Мы почти как семья, когда собираемся вместе, и это странно. Но в то же время уютно, ведь Нелли так хорошо знает нас, наш дом и нашу жизнь.
Я притянула Такера вниз, чтобы поцеловать его в губы.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — прошептал он, не отрываясь от моих губ.
Засунув руки в карманы, он отправился домой, а я осталась на крыльце, глядя ему вслед. Я не знала, какую ошибку только что совершила или, может, наоборот, сделала лучший выбор в своей жизни.
Я повернула ручку двери и вошла в дом, но сразу вскрикнула.
Папа сидел в своём кресле, вытянув ноги, а Нелли устроилась на подлокотнике и наклонилась, чтобы его поцеловать.
— Что, чёрт возьми, здесь происходит?!
Глава 24
Джун
— Джун, — сказал отец, его голос был наполнен предупреждающими нотками. — Не заводись.
Нелли встала, её округлившиеся глаза следили за мной, как если бы я была дикой кошкой. Она подняла пульт и нажала паузу на телевизоре как раз в тот момент, когда вампир набросился на бедную ничего не подозревающую студентку.
— Я не завожусь, — солгала я.
Моё тело явно переходило в режим перегрузки: сердце бешено колотилось, дыхание стало поверхностным. Я не была слепой и наивной, я замечала, как отец и Нелли сблизились, сколько времени они проводят вместе. Я даже не была злой от того, что застала их в таком виде — хотя это было странно. Это был просто шок для моей системы.
Ладно, возможно, я немного злилась из-за того, что мне никто не сказал. Это было ещё одно дополнение к списку причин, почему я не чувствовала себя здесь своей.
— Ты выглядишь так, будто заводишься, — сказала Нелли, её глаза всё ещё оставались огромными, как у совы. Её круглые очки только усиливали этот эффект. — И это нормально. Это совершенно нормально сейчас завестись.
С крыльца раздались тяжёлые шаги, и дверь распахнулась.
— Билли? — Такер ворвался внутрь, его грудь вздымалась, взгляд беспокойно обшаривал комнату в поисках моего отца.
— С ним всё в порядке, — ответила я.
Плечи Такера расслабились, но дыхание всё ещё оставалось тяжёлым.
— Я услышал крик.
— Я не кричала, — сказала я.
Отец поднял брови.
— Кричала, Джуни Бёрд.
— Я просто удивилась. Обычный тихий удивлённый звук.
— Ты определённо кричала, — добавил Такер, поднимая свои тёмные брови. — Почему ты думаешь, что я побежал?
Лицо Нелли смягчилось, она слегка склонила голову, будто это было самое милое, что она слышала за весь день.
Об этом я подумаю позже.
Мой взгляд вернулся к отцу.
— Не хочешь объясниться?
Он выпрямился, медленно приводя кресло в вертикальное положение, чтобы поставить ноги на пол.
Нелли шагнула вперёд.
— Нет, Нелл, — сказал он, медленно поднимаясь, опираясь на ходунки. — Это на мне.
— Может, нам лучше оставить вас? — мягко спросил Такер.
Видимо, он понял, что тут назревало что-то важное. Или, может, он уже знал об их отношениях.
Я сузила глаза.
— Ты знал? — спросила я, указывая на Такера.
Никто ничего не ответил.
— Кто ещё знает? — потребовала я ответа, мой голос стал пронзительным.
Руки Такера взметнулись вверх.
— Я остаюсь в стороне от этого.
Это было не отрицание. Мой рот открылся от удивления.
— Серьёзно, пап? Как долго вы собирались это скрывать?
Я была здесь больше трёх недель. Мы с отцом и Нелли оставались наедине почти каждый день на прошлой неделе. У них было более чем достаточно времени, чтобы признаться. Больно было осознавать, что они скрывали это от меня, что не доверяли.
— Думаю, нам лучше уйти, Такер, — сказала Нелли, забирая свою сумочку и направляясь к двери. Она протянула руку, проходя мимо меня, будто собиралась сжать моё плечо, но я напряглась, и она отдёрнула руку.
Такер открыл дверь и придержал её для неё. Он задержал взгляд на мне ещё на мгновение, затем повернулся к отцу.
— Рад был тебя видеть, Билли.
Отец хмыкнул, и Такер вывел Нелли, закрыв за ними дверь, оставив нас в густой тишине.
— Можешь сесть, — сказала я, указывая на его кресло.
— Мужчина встаёт за себя, Джун.
Боже, что он думал? Что я собираюсь сделать? Разнести его?
— Почему ты солгал мне?
Он удивлённо нахмурился.
— Я не сказал ни единой лжи с тех пор, как ты вошла в эту дверь.
— Умолчание — это всё равно ложь, пап.
Он покачал головой.
— Почему ты решила, что заслуживаешь правды?
Эти слова ударили, как пощёчина. И у меня не было хорошего аргумента против них, потому что он был прав.
— Я думала, мы в порядке? Мы ведь разговариваем по телефону постоянно.
Он закрыл глаза и мягко покачал головой.
— Дело не в этом. Я не хотел, чтобы ты узнала о Нелли, пока мы сами не разберёмся. Мы всё ещё пытаемся понять, что между нами. А потом ты ворвалась сюда без приглашения и устроила панику. Мы решили ничего не говорить, пока сами не поймём, что у нас. Всё.
— Но кто ещё знает? Такер знает, не так ли?
— Да, но он рядом, — сказал отец, как будто это всё объясняло. Его пальцы побелели, сжимая ручки ходунков.
— А я нет. — Этот разговор был мне так знаком, что у меня началось дежавю. Мне это надоело, и я представляю, что мой отец чувствовал то же самое. Я села на диван и потерла глаза. — Мне уйти? Всем было бы лучше, если бы меня не было?
Отец подошёл к краю дивана и медленно опустился рядом со мной.
— Не драматизируй.
— Ах, так я тут драматизирую? — спросила я, смеясь. — Я? А ты тут девушек тайком по дому водишь, как пара подростков. Тебе, между прочим, за пятьдесят.
Он посмотрел на меня, и его лицо вдруг расплылось в улыбке, от которой у него появились морщинки в уголках глаз, расходясь лучами по загорелому, морщинистому лицу. Улыбка была настоящая.