Мера человек: Выбор (СИ)

Демон ощерился.
— Я должен не тебе, а Белиару. Верховному демону, которого убили. Его. Здесь. Нет, — красные зрачки на миг вспыхнули.
— Что должен?
Коготь с ужасным скрипом проехался по шраму на щеке, уходящему к подбородку. Как будто по камню проскрёб.
— Ты его секретарь, что ли, червяк? — рыкнул Дагон, — Или адвокат?
Я хмыкнул. Слова-то какие знает…
— Не в твоих интересах смеяться, червь. Я — демон, и ты пришёл ко мне за помощью. Так скажи, с чего я должен тебе помогать?
У меня даже рот открылся от удивления. Это я пришёл за помощью?
Целый каскад мыслей пронёсся в моей голове. О том, как не стало Белиара, как меня затащили в эту пещеру, и как я в конце концов дошёл до этого Дагона…
— Надо же, — сквозь весёлую маску у демона вырвалось удивление, — Это Инфериор направил тебя ко мне?
И он расхохотался…
«Дагон, тебя даже не удивляет, что Инфериор — живой и разумный?»
— Я почему меня должно это удивлять?
Ангел во мне вся искрилась от изумления:
«Но ведь Белиар… он тоже не знал об этом. Об этом и боги не знают!».
— Наивная Плётка, всё они знают.
Хали хотела что-то ответить, но демон сделал знак замолчать, а потом, скинув карты на лоскут кожи рубашкой вверх, развёл руками. Он будто показал на всё великолепие вокруг:
— Вот смотри. Сколько времени я здесь, как думаешь?
— День? Два?
— Сколько хочу, червяк, — Дагон заулыбался.
Я с сомнением прищурился. Без магии Аблюта? Вот просто так он здесь, и сила Инфериора не убивает его?
«Это невозможно!»
— А оно так есть, стерва небесная, — демон постучал когтем себе по черепу, — Здесь для одних сумасшествие… а на самом деле великий ум.
«Скромности тебе не занимать, демон».
Дагон отмахнулся:
— Инфериор живой, я это знаю. И у меня с ним договор, — и Дагон щёлкнул пальцем.
Моей пятой точки коснулась стихия. Я округлил глаза, выкидывая в ответ земной сканер…
Демон коснулся меня стихией земли!
«О, Небо! Этого не может быть… это же… это невозможно!»
— Ты владеешь стихией земли? — с недоверием спросил я.
— Нет, — честно ответил демон и покачал головой, — Лишь если Инфериор позволяет, да и то это бывает редко. Сейчас, как видишь, позволил.
— То есть, ты мне веришь, — утвердительно кивнул я.
— Червь поднёбный, да хоть сам Аваддон пришлёт тебя, мне будет глубоко насрать, — демон поморщился, — Ты вообще понимаешь, что такое Тенебра?
«Это нарыв в царстве Регнум! Мерзкий гнойник, собирающий в себе всю грязь и всех нечестивцев…»
— Умоляю, Плётка, давай без этого, — Дагон закатил глаза, — Вот сколько времени прошло, а ты всё такая же.
«Потому что Небо — это неизменный порядок, и его неколебимость…»
Даже мне стало заметно, насколько искусственно звучат слова ангела. Как цитаты из проповедей…
«А именно так и надо, Марк, с этими исчадиями. Бить их священным словом, как оружием, в самые уязвимые места — прямо в сердца!»
— Плётка, это ты мне так мстишь? — Дагон устало потёр лоб, — Хочешь убить наповал жреческим пафосом?
— Мстит? — удивлённо спросил я, — Вы же вроде друг другу жизни спасли.
— Да тут, поднёбный червь, дело такое…
«Молчи, демон, не смей!»
Я почуял ярость, катящуюся золотым пламенем в кровь, и даже склонил голову от удивления. А потом усилием воли прекратил самоуправство Хали.
«Марк!»
— Вы ведёте себя, как… — я аж покачал головой, — Знаете, если б я не видел, кто вы, я бы подумал, что между вами…
«НЕТ!»
Дагон улыбался, глядя мне в глаза.
— Неужели… — начал было я.
— Ладно, твоя Плеть и так изрядно намучилась, — демон вздохнул, — Да там и был-то поцелуй всего, но, как видишь, для ангела это значит много.
Хали зарычала, как раненый зверь, а потом замолкла, и на все мои призывы никак не реагировала. Я прекрасно чувствовал её растерянность.
— Но она ответила на поцелуй, — Дагон коснулся своей тёмно-красной губы, оттянул, показывая клык.
Ангел промолчала. Вздохнув, я понял, что пришло уже время её защищать.
 
— Так, Дагон, хватит уже мучить её, — раздражённо ответил я, — Иначе я за себя не отвечаю.
— Поднёбный червь угрожает мне? Неужели ты думаешь, что сможешь справиться?
Я пожал плечами.
— Сначала бью, потом думаю, — а потом я кивнул в сторону, — Но вот твоя адская капуста точно пострадает. Жилище вот это твоё…
Демон всё же скосил глаза. Лёгкое волнение. Да будь он хоть трижды исчадием ада, а за свой личный уголок каждый будет переживать.
— Недооценил я тебя, частица, — он цыкнул, потом махнул мне за спину, — Надо было там с тобой играть.
— Я не буду играть.
— У тебя нет выбора. Я знаю, как вернуть Белиара, — Дагон ощерился, — Но помогать тебе я не обязан.
Мы долго в ним сверлили друг друга взглядом. Всё же, странное понятие о чести у этих демонов. Если я выиграю в карты, то он мне поможет, и этим же самым вернёт долг Белиару.
Гениально просто.
— А котелок у тебя варит.
«Разве это честь, Дагон?»
— Плеть, не говори мне о чести. Тебя казнило твоё же Небо…
— Так, ангела моего не трожь, — рыкнул я, — Я предупредил.
Дагон нахмурился.
— Ты не так разговариваешь с демоном, человек.
Я положил карты. Правда, тоже рубашкой вверх, мало ли как судьба повернётся. Потом встал, расправил плечи.
— Давай лучше сразимся, — предложил я, — Если я побеждаю, ты помогаешь мне.
Дагон вставать не стал, сразу же поднял руки:
— Глупый червь, ты слишком привык махать кулаками. Такие ни в Инфериоре, ни в Тенебре… нигде в Нулевом Мире долго не живут.
Я стиснул зубы, но слова демона резко охладили мой пыл. Твою ж нулячью мать, а ведь он прав.
Мне в последнее время слишком часто это говорили.
— Не за что. Это мой тебе бесплатный совет, — демон великодушно махнул рукой, — Ты можешь хоть догонялки мне предложить, но помогать тебе я буду только после этого! — и когтистый палец ткнул в карты, — Поднёбная семиступка!
Я с яростным сопением выдул воздух через ноздри, а потом плюхнулся на задницу. Закрыл глаза, медленно вдохнул и выдохнул. Да, детский сад просто!
Могу ли я просто уйти?
— Можешь. Я даже не буду пытаться тебя убить, благодари своего ангела.
Хали во мне прорычала в ответ что-то неразборчивое.
Могу ли я сорваться в бой и убить этого демона?
«Марк, боюсь, мы не справимся», — раздалось предупреждение.
А демон опять расхохотался. Как меня уже раздражает этот смех.
— Ты хотел мне объяснить, что такое Тенебра.
— Всё просто, — демон продолжал улыбаться, — Ангел правду говорит. Небо — это порядок. Бездна — это хаос.
Вот чего было не занимать этому Дагону, так то, что он мог болтать сколько угодно. На это демон сразу пояснил, что вообще-то он отшельник. И поболтать хотя бы раз в год с кем-нибудь — большая удача.
— Небо определяет меру. Небо даёт силу. И это верно.
«Странно, что ты не сгорел на месте за эти слова».
Дагон даже не обратил внимания, а продолжил рассказывать о том, что демоны сами берут силу. Столько, сколько надо. Этим они и отличаются от ангелов — не ждут подачек от Неба.
— Мы — не спрашиваем. Мы сами отмеряем себе меру. В Тенебре сильный убивает слабых…
— Что же Аваддон не перебил всех? — с усмешкой спросил я.
— А кто бы ему позволил? — усмехнулся Дагон, — Армия демонов хочет жить.
— Но Белиар сказал, что ваш дьявол всё равно убивает сильных демонов.
Дагон задумчиво потёр подбородок:
— И это верно, — он поднял указательный палец, — Только руками приспешников.
Я посмотрел наверх. Ну да, всё, что творится в Инфериоре, можно списать на войну.
 
— Поэтому, червь, я и прячусь здесь. Я на порядок сильнее, но даже Аваддон не знает об этом. Это у Белиара амбиции, а мне жить хочется.
Он протянул руку, отщипнул листок у каракоза, и стал хрустеть им с видимым удовольствием.