"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Недоуменно пожав плечами, Порнов привстал с белой коробки мини-холодильника и извлек из ее заиндивевшего нутра пару бутылок пива с иностранными наклейками.
— Как они могут?! — удивленно сказал он, на секунду оторвавшись от горлышка. — Тропики, пампасы, пустыня Сахара… У меня сил нет ножик-то поднять, а они вон как скачут! А штурман-то, штурман — посмотри, что вытворяет… Ухарь-купец!
— Это все твои подружки, — заметил Ухов, не только не оглядываясь на играющих, но наоборот, поворачиваясь к ним спиной. — Смертельные девки! Я вчера на них насмотрелся — всю ночь уснуть не мог.
— Самое интересное, что снотворного этого здесь — завались! — значимо сказал Порнов и, понизив голос, стал что-то рассказывать приятелю на ухо. Тот, выслушав, недоверчиво спросил:
— Неужто штурман с его чутьем ничего бы не заметил?.. Стал бы наш жеребец столько времени на эту бедную родственницу тратить, если бы у него под боком были Пляс Пигаль, Сен-Дени и Булонский лес вместе взятые?
— Конечно, не стал бы — если б знал, как туда попасть!
— А ты знаешь?..
— Только начало звукового пароля: «Эх, ячмень, щипцовый…» Как бы угнать, что там в конце?
— Слушай, брось! Мы же в гостях; не хватало еще по хозяйским шкафам шарить. Давай-ка лучше еще разок сыграем!
— Можно подумать, я о себе забочусь, — очень ненатурально оскорбился Порнов, бросая косой взгляд от гарцующего, словно конь на параде и ловящего все мячи подряд штурмана. — Кто первый бросает?
— Что значит — «кто»? — удивился Ухов, запуская нож с ладони и раскраивая нарисованный на земле круг пополам. — Конечно, я! Ты же сегодня еще ни разу ни выиграл…
— Ну дак; у тебя лезвие утяжеленное! — оправдываясь, сказал Порнов, осторожно устанавливая игольное жало своего ножа на ладони. Он орудовал уже знакомым нам черным ритуальным кинжалом, в то время как Ухов — стандартным десантным клинком. Бросок оказался не лучше всех предыдущих; стилет криво воткнулся в темный и влажный от прибоя песок.
— Махнем не глядя, — с готовностью предложил Ухов. — Я тебе еще часами добью!
Порнов задумчиво покрутил кинжал в руках. Никакой боевой ценности он не имел; был тяжел и в бою неудобен. Впрочем, от него этого и не требовалось; это было оружие для коллекционеров, для богатых любителей развешивать свои раритеты по стенам и коврам.
Порнов провел пальцем по богатой инкрустации на рукояти и попытался вывернуть из ее торца крупный бриллиант. Тщетно.
— Да брось ты, — подзуживал Ухов. — Не думаешь же ты, что он всамделишный. Таких крупных изумрудов в природе не бывает; крест на пузе!
— Часы-то хоть хорошие? — осведомился Порнов. — Дай глянуть…
— Водонепроницаемые, противоударные, атомарный углепластик, — гордо заявил Ухов, снимая с запястья часы и протягивая Порнову.
Тот внимательно осмотрел часы, приложил к уху.
— Углепластик, говоришь. Сейчас мы посмотрим, какой это углепластик…
И не успел Ухов опомниться, как Порнов чиркнул рукоятью кинжала по циферблату. Раздался противный скрежет, и на блестящей поверхности часов появилась свежая царапина.
— Обычное стекло, — заметил Порнов как ни в чем не бывало. — Смотри, его даже фальшивый бриллиант режет!
— Ты че делаешь! — возмутился Ухов, выдирая из рук Порнова часы. — Ты че вещь портишь?! Щас все будут своими сраными бриллиантами чужие дорогие часы царапать!
— Ну я же не знал, — оправдывался Порнов. — Ты же сам сказал — кинжал плохой, а часы хорошие; бриллиант — дерьмо, а часы — углепластик. Ну я и думал…
— Индюк думал! Все-таки, видно, съехала у тебя крыша после вчерашнего; совсем добра не помнишь. Вот и спасай таких. Да если бы не я!..
В героическую историю спасения Порнова двигателистом Уховым (ну и там — остальным экипажем) были тут же вписаны новые яркие страницы. Кому-то открывшиеся подробности могли бы показаться мелкими и незначительными — но не непосредственному участнику всех событий Севе Ухову.
Чтобы не накалять обстановку, Порнову не оставалось ничего другого, как «гнать картину», в нужный момент тренированно придавая лицу восторженное выражение, всплескивая руками и восклицая: «Оба-на!» Давалось это ему не без труда: красочную историю своего чудесного спасения капитаном Змейкиным, штурманом Вставалкиным и первым пилотом Собакиным он успел послушать уже соответственно от капитана, штурмана и первого пилота; версия Севы Ухова, таким образом, была четвертой.
Общим для всех вариантов было одно. Те события, что произошли на «Оклахоме» сразу после столкновения с яхтой принцессы и свидетелем которых был сам Порнов, у всех рассказчиков отсутствовали начисто; словно кто-то полностью стер трехдневный отрезок времени как из памяти команды, так и из истории вообще.
Получалось, что после того как «Оклахома» вынырнула из аут-спейса и принялась экстренно тормозить, на корабль опустился очарованный сон. Все замерли на своих местах и три дня делали немую сцену из «Ревизора». И только трое суток спустя время «разморозилось» и двинулось вперед, продолжая преподносить один сюрприз за другим.
Рядом с «Оклахомой» невесть откуда оказался огромный чужой корабль, не подающий признаков жизни. Он висел настолько близко, что было непонятно, как корабли не столкнулись. Радисты попытались войти с ним в радиоконтакт, но в ответ на свои позывные неожиданно получили галактический «СОС». Правда, не с него, а с этой планеты. Капитан сначала отреагировал на это пренебрежительно: «Нам самим впору СОС подавать; никуда не полетим». Однако когда на той же частоте передали открытым текстом: «Чао, Порнов, помни меня!», кэп несколько заколебался. Когда же через пять минут ему доложили, что на «Оклахоме» обнаружено отсутствие одного человека и этот человек — стрелок-радист Порнов, он занервничал всерьез и приказал готовить «Оклахому» к прыжку.
— Вынырнули рисково, чуть не врезались в каких-то мудаков, гурьбой толкущихся на орбите. Ну у нас наводка по СОС точная была, я говорю: «Пошли на ионных вниз!». Собакин засомневался, но я выдал капитану расклад горючего по секундам, все тютелька в тютельку уложил, — он и решился. А пошли бы на газовой тяге — разве ж успели б? Ну, значит, — мухой вниз, глядим, а там эти жлобы с нашим маленьким Порновым в чику играют. И вот — вот всю эту чику расшибут.
Что делать? Никто с такими громилами не сталкивался.
Я стрелку кричу: «Ну-ка, дай из вандеграафа!» Тот дал прицельно; смотрим, действует. Еще пара залпов — эти дрынды побросали свои колотушки и шнырь-шнырь обратно в норы…
Ухов помолчал; видно, хотел сдержаться, но не смог.
— Мне б тогда и догадаться, — сварливо сказал он. — Бегаешь, кипятишься: «Король снял с вас заклятие! Вы больше не звери! Идем спасать принцессу! Кто видел мой меч Джеддая?!» Видно, в последний момент тебя осколком все-таки зацепило. И здорово — раз до сих пор сказывается!
— Я, между прочим, никого спасать меня не просил! — не выдержал Порнов.
— Это я просила, — вклинилась в разговор Мич. — Надеюсь, ты не очень сердишься на меня за это?
За дружеской беседой Ухов с Порновым не заметили, как шумная компания по соседству кончила играть в волейбол и разбрелась по пляжу; кто с разбегу бросился в воду, кто без сил повалился в шезлонг.
— Разве можно сердиться на такую красивую даму, — произнес штурман, все время отирающийся возле Мич. — Никак нельзя! Не так ли, борт-стрелок?!
— Так ли! — рявкнул Порнов, бросая быстрый взгляд на Мич.
Принцесса сегодня была хороша как никогда. Кроме пурпурного треугольника внизу живота, ничто не скрывало достоинств ее стройной фигурки. Ровный светло-коричневый загар разлился по гладкой как атлас коже; шоколадом застоялся во впадинке пупка, в глубокой ложбинке между грудей. Легкий бриз играл белой пеной ее волос; прозрачные пряди ласкали покатые плечи, узкую спину и пухлую попку; озорные глаза блестели отражением бирюзовых волн.
К сожалению, все это великолепие осталось для Порнова недоступным. Грязный, мерзкий, сальный штурман своим присутствием сводил на нет прелестное обаяние принцессы; его постоянное повышенное либидо забивало утонченный сексуальный шарм юного женского тела.