Сокрушенная империя

Господи. Неудивительно, что Оукли такого мнения обо мне.
Стерва все это время пакостила за моей спиной. Я настолько зла, что у меня перед глазами появляется красная пелена, когда я пробегаю мимо Морган.
– Спасибо, что рассказала.
– Куда ты? – кричит она.
Покончить с этим дерьмом раз и навсегда.
* * *
– Вы записаны? – спрашивает девушка на ресепшене.
– Нет, но я звонила и мне сказали, что я могу прийти сегодня.
– Ладно. Сейчас проверю. – Не поднимая взгляда, она начинает стучать по клавиатуре. – Как вас зовут?
– Бьянка Ковингтон.
Это заставляет ее оторваться от компьютера. Я не удивлена. Из-за того, что отец владеет «Траст Фарма», в медицинском сообществе моя фамилия многое значит.
Девушка мимолетно улыбается, продолжая нажимать на клавиши.
– Готово. Но у доктора Янга сегодня много работы, поэтому придется подождать.
У меня полно времени.
Я нахожу себе место в комнате ожидания. Ко мне подходит маленькая девочка с растрепанными косичками – на вид ей лет восемь – и одаривает меня широкой улыбкой. Без парочки зубов.
– Привет.
Я отвожу взгляд, потому что, если не встречаться с детьми глазами, они в конце концов уходят. Положив руки на бедра, она с любопытством меня разглядывает.
– Где твой ребенок?
О господи.
– Где твоя мама?
Улыбка сползает с ее лица.
– У меня больше нет мамы.
– Оу.
Добро пожаловать в клуб, малышка.
Накручивая косичку на палец, она показывает себе за спину.
– Папа ушел в туалет. – Приложив ладошку ко рту, она наклоняется, словно хочет рассказать мне какую-то тайну. – Но мне кажется, что он разговаривает с доктором Янгом без меня.
Я сглатываю ком в горле.
– Из-за твоей мамы?
Она опускает взгляд в пол.
– Я очень по ней скучаю.
Я тоже.
Скрестив руки на груди, девочка надувает губы.
– Мне тут не нравится.
Я неосознанно напрягаюсь.
– Почему?
Она пожимает плечами.
– Иногда я плачу, когда мы говорим о мамочке.
Да, понимаю.
Почувствовав связь с ней, я решаю рассказать свой секрет.
– Тебе необязательно говорить о том, что тебе не нравится. Ты можешь попросить поиграть в игры или пораскрашивать.
Она выглядит удивленной.
– Правда?
– Ага. На терапии ты устанавливаешь правила.
– А доктор не будет злиться?
– Не должен. А если будет, попроси другого врача, потому что этот плохой.
Эта информация заставляет ее снова расплыться в улыбке.
– Ты мне нравишься. Как тебя зовут?
– Бьянка.
– Привет, Бьянка. – Она гордо протягивает мне руку. – Меня зовут Анджелика.
Я пожимаю ее руку.
– Привет.
Она опять широко мне улыбается.
– Ты это уже говорила. – Ее глаза расширяются, когда она замечает мой браслет. – Вау. Красивый.
Я хочу заметить, что это золотой браслет от «Картье» с бриллиантами за пятнадцать тысяч долларов, так что он не просто «красивый», но к нам подходит мужчина в костюме.
– Юная леди, что я тебе говорил о разговорах с незнакомцами?
Я собираюсь сказать, что, если бы он не оставил ребенка без присмотра, этого бы не произошло, но Анджелика топает ногой и начинает хныкать.
– Папочка, она хорошая. И такая красивая… как мамочка.
Анджелика поворачивается ко мне.
– Ты будешь моей новой мамочкой?
Лицо ее отца вспыхивает всеми оттенками красного.
– Анджелика, пожалуйста, не приставай к девушке. – Он смотрит на меня извиняющимся взглядом. – Простите. Моя жена погибла семь месяцев назад, и она ищет… – Он замолкает.
Другую женщину, которая заполнит пустоту внутри.
К сожалению, для меня и Анджелики это невозможно.
Он берет ее за руку.
– Пойдем купим тебе мороженое.
Анджелика начинает возмущаться, из ее огромных зеленых глаз катятся слезы.
– Нет…
– Эй, – я встаю на колени, чтобы быть с ней на одном уровне, – хочешь покажу кое-что классное?
Вытерев нос тыльной стороной ладони, она внимательно глядит на меня.
– Что?
Я снимаю свой браслет.
– Это волшебный браслет.
 
Судя по ее виду, она не верит ни единому моему слову… пока я не наклоняюсь к ней и не шепчу на ухо:
– Он защищает тебя и делает сильнее, а еще, если ты поговоришь с ним, когда будешь одна, мамочка услышит тебя в раю.
Ее глаза расширяются.
– Правда?
Я уверенно киваю.
– Правда.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что моя мамочка тоже умерла, когда я была маленькой.
Между нами возникает невидимая связь, пока я надеваю браслет на ее тоненькое запястье. К счастью, застежка регулируется и мне удается застегнуть его так, чтобы он не сваливался. Нижняя губа Анджелики дрожит, но я стучу по браслету, и она судорожно втягивает воздух, беря себя в руки.
Держись, девочка.
Этот мир пережует тебя и выплюнет, стоит лишь показать слабость.
– Видишь? Уже работает.
Прежде чем я успеваю остановить ее, она заключает меня в объятия.
– Спасибо.
Черт. Шмыгающая носом девчонка не должна так легко растапливать лед вокруг моего сердца.
– Будь сильной, – напоминаю я ей, поднимаясь на ноги.
Ее отец замер от шока.
– Бьянка Ковингтон, – зовет меня девушка на ресепшене.
Я вешаю сумку на плечо.
– Это я.
Я уже собираюсь уходить, но поворачиваюсь к отцу девочки.
– Вы же любите свою дочь, верно?
Он распахивает глаза.
– Конечно.
– Тогда найдите ей нового врача.
Он открывает рот от удивления.
– Но у доктора Янга много хороших отзывов.
Я смотрю ему в глаза.
– Поверьте, лучше поискать кого-то еще.
Пройдя мимо него, я снова надеваю уверенную маску и иду в кабинет.
Будь сильной.
* * *
– Что тебя беспокоит сегодня, Бьянка? – бормочет доктор Янг.
Я кладу ногу на ногу.
– Я уверена, вы в курсе.
В его взгляде вспыхивает искорка желания, а после он поспешно отводит глаза.
– Я сказал тебе больше не приходить сюда.
Едва сдерживаюсь, чтобы не ударить его. Затем медленно провожу пальцем по своему бедру.
– Что тут скажешь? Я не умею следовать правилам.
Он опускает взгляд в свой блокнот.
– Я знаю.
Стуча пальцами по подлокотнику, я коварно улыбаюсь.
– Как поживает ваша жена?
Доктор сжимает челюсть.
– Бьянка…
– В чем дело, док? Боитесь, что я расскажу ей и всем остальным правду?
Он бледнеет.
– Ты пообещала…
– Я ничего не обещала… – шиплю я.
Хотя, если подумать, он прав. Я обещала, что он заплатит за то, что сделал. Я обещала, что однажды он почувствует на себе всю ту боль, которую причинил моей семье.
Я обещала, что отомщу за ее смерть.
Янг выглядит так, словно готов упасть на колени и расплакаться.
Отлично.
– Чего ты хочешь?
– Чтобы моя мама была жива, но это невозможно… не правда ли?
Нахмурившись, он потирает лоб.
– Я говорил, что мне жаль…
– Твоя жалость не вернет ее.
Доктор судорожно втягивает воздух.
– Что я мо…
– Мне нужны еще деньги.
Он смотрит на меня, как на сумасшедшую.
– Я выписал тебе чек на двести тысяч три месяца назад. Не говоря о том, что твой отец чертов миллиардер.
Я встаю и подхожу к нему.
– Я в курсе. – Моя улыбка превращается в оскал. – И ты прав, я не нуждаюсь в твоих деньгах. Просто хочу убедиться, что ты останешься с голым задом.
– Я говорил тебе много раз, что не убивал…
– У тебя есть месяц, чтобы найти пятьсот тысяч.
Его глаза едва не вылетают из орбит.
– Ты же несерьезно.
– Более чем. – Я стучу пальцем по подбородку. – Прямо как машина, которая на скорости шестьдесят миль в час врезается в дерево и падает в кювет.