Ранчо "Счастливое сердце" (ЛП)

В ту ночь Сайлас получил ранчо, а я — семью.
Теперь, почти девять месяцев спустя, мы были на нашем ранчо, ожидали нашего первого ребенка и готовились к очередному клеймению.
— Мой перерыв закончился, — сказала Оливия. — Я, пожалуй, займусь приготовлением обеденного буфета.
— Оставь этот кофе, — сказал я. Она искоса посмотрела на меня. — Я просто понюхаю. Я обещаю, что ни одна капля не коснется с этих губ.
— Хочешь, я приготовлю тебе кофе без кофеина?
Я поморщилась. Для протокола, кофе без кофеина был не таким, как обычный.
Двадцать картофелин спустя я с трудом поднялась со своего места, чтобы помочь Оливии на кухне, надеясь, что стояние облегчит боль в пояснице. Для протокола, беременность была эквивалентна постоянному состоянию дискомфорта.
— Мы здесь! — Хлоя втолкнулась внутрь после быстрого стука, Паксон последовал за ней по пятам. — Куда их поставить? — Она подняла пять коробок печенья, которые испекла для сегодняшнего праздника.
— Идите к маме. — Я протянула руки, планируя украсть целую коробку для себя и малышки.
— Я собираюсь спуститься в загон и помочь подготовить остальные вещи. Тебе что-нибудь нужно, прежде чем я уйду? — спросил Паксон у Хлои.
— Ты можешь принести торт для меня?
Он кивнул и выбежал на улицу.
— Торт? — Я отправила в рот печенье «сникердудль»22.
Она пожала плечами.
— Его любимый. Он не переставал приставать ко мне, пока я пекла, так что в конце концов я сдалась.
— В наши дни трудно найти хороших соседей по комнате, — поддразнила я, и она улыбнулась.
Паксон купил тот маленький бежевый домик у кладбища, и не прошло и двух недель после того, как он обустроил свободную спальню, как она стала его соседкой по комнате.
Хлое не нужно было устраиваться на ночлег. Я была посредником при продаже ее и Деррика бывшего дома, и она заработала кучу денег, и могла позволить себе собственное жилье, но, живя с Паксоном, она чувствовала себя в безопасности. Деррик отбывал пятнадцатилетний срок в тюрьме штата Монтана за покушение на убийство, но Хлое все еще предстояло преодолеть множество страхов.
На самом деле это было хорошо для них обоих. Хлоя давала Паксону покой, и он был более уравновешенным, когда она была рядом. В течение последнего года он посещал консультанта в Бозмене, и я думаю, что влияние Хлои дополняло его терапию.
— Ой, — пробормотала я, потирая спину. Это должен был быть долгий день с такой болью в спине. Съев еще два печенья, я вернулась к готовке, игнорируя предупреждения Эллиота и Сайласа не торопиться.
Несколько часов спустя ранчо было переполнено людьми, и я сменила свой пост на кухне на шезлонг на улице, болтая с Джиджи и Эммелин, пока дети играли во дворе. Внутри Хлоя и Мейзи пришли мне на помощь, заняв мое место на кухне, чтобы поработать с мамой и Оливией, пока они готовили все для большого ужина сегодня вечером.
— Ба, ба, ба, ба. — Аделина, моя почти годовалая племянница, подползла к моему стулу и встала на ноги. Одной рукой я гладила ее красивые каштановые волосы, в то время как другой поглаживала свой живот сбоку. Как можно более беспечно я украдкой взглянула на свои часы.
Сюрприз. Моя боль в спине не была болью в спине. Этот ребенок должен был появиться на свет на неделю раньше срока.
У меня определенно были схватки, и, черт возьми, эти ублюдки причиняли боль. Они были недостаточно близко друг к другу, чтобы я могла поднять тревогу, но мне было трудно сосредоточиться на разговоре.
— Что не так? — спросила меня Джиджи.
— Хм? — Я оторвала взгляд от Аделины. — О, я в порядке, — солгала я. — Дети, похоже, веселятся.
Во дворе Роуэн и Мейсон бегали вокруг, в то время как Бен и Коби изо всех сил старались не отставать. Дрейвен, годовалый сын Ника и Эммелин, больше интересовался песочницей, чем играми со старшими детьми.
— Ты закончила с детской? — спросила Эммелин.
— Ага. Сайлас поставил кроватку, а я закончила последнюю партию детского белья последней — ой! — Мои руки немедленно схватились за живот, когда я задышала во время сильнейшего сокращения за все время.
 
— У тебя сегодня будет ребенок, не так ли? — спросила Джиджи.
Я кивнула.
— Думаю, что да.
Она протянула руку, чтобы помочь мне подняться со стула.
— Я присмотрю за детьми, — сказала Эммелин, когда Джиджи проводила меня внутрь. — Удачи!
Я слепо последовала за Джиджи на кухню, реальность того, что должно было произойти, одновременно нервировала и возбуждала. О мой бог. У меня будет ребенок.
— Оливия, — позвала Джиджи на кухню, — ты не могла бы спуститься в загон и сказать Сайласу, что он скоро станет папой?
Зал взорвался радостными возгласами и хлопками. Мама и Оливия бросились ко мне, чтобы обнять и поцеловать, прежде чем освободить место для Хлои и Мейзи.
— Мне нужна моя сумка, — сказала я. — Не мог бы кто-нибудь из вас сбегать в дом и забрать ее? Она в нашей спальне, прямо в шкафу.
— Я съезжу! — Мейзи подскочила к двери с сияющей улыбкой.
Я резко втянула воздух, когда начались очередные схватки, сжимая мамину руку и ожидая, пока утихнет скручивающая боль.
— Фух. Я определенно попрошу обезболивающее. — Я долго колебалась, стоит ли пробовать естественные роды или нет. Определенно нет.
Ковыляя на улицу со своей свитой, я мельком увидела, как машина Мейзи исчезает на гравийной дороге, ведущей к нашему дому.
Несколько месяцев назад строительная бригада закончила строительство нашего дома. Мы с Сайласом немного помешались на размерах, построив дом с пятью спальнями и тремя ванными на краю луга, где он впервые взял меня чинить ограждение. Мы выбрали стиль ремесленника вместо бревенчатого, но добавили много деревянных балок и каменных акцентов, чтобы придать ему деревенский вид.
Все, чего я хотела от дома, это чтобы он был спроектированном с большим количеством открытого пространства для семейного времяпрепровождения и приема друзей.
Моя голова резко повернулась в сторону от дороги к загонам, когда в нашу сторону донесся топот скачущей лошади. Я улыбнулась, когда увидела Сайласа на Кураже, его ковбойская шляпа прикрывала пыльное лицо от солнца, а футболка туго обтягивала выпуклый живот. Боже, он был сексуален. В любой другой день, и я бы тайком провела его в теперь пустующую квартиру в сарае, чтобы немного порезвиться после обеда.
Сайлас спрыгнул с Куража и взлетел по ступенькам крыльца, перепрыгивая через две за раз.
— У тебя схватки? Ты в порядке? — спросил он, заключая меня в объятия.
— Я в порядке. — Мой нос сморщился, когда я оттолкнула его. — Но от тебя пахнет палеными волосами и коровьим дерьмом. Я не вытолкну этого ребенка с этим запахом, доносящимся до моего носа. Тебе нужно принять душ.
Он приподнял подмышку и понюхал.
— Все не так уж плохо. Поехали.
— О, нет, ты этого не сделаешь, — сказала Джиджи. — Она права. От тебя воняет. Прими душ, воспользуйся дополнительным мылом, а потом встретимся в больнице.
— Подожди. — Начались еще одни схватки, и я схватила Сайласа за руку, когда моя матка сжалась. Когда это прекратилось, я посмотрела на Джиджи и сказала: — Пора идти, — прежде чем повернуться к своему мужу. — Сайлас, прими душ. Не забудь про автокресло.
— Лис…
— Сейчас не время спорить со мной, малыш. — Вода стекала по моим ногам и скапливалась у моих ступней. Ладно, это было довольно мерзко. — Сайлас! — Он уставился на лужу широко раскрытыми глазами, но при моем крике они переключились на мои. — Двигайся.
Он развернулся на каблуках и, спрыгнув со ступенек, побежал к сараю.
Мейзи вернулась с моей сумкой, прежде чем Джиджи и мама помогли мне сесть в ее машину, и мы поехали, ускоряясь по дороге в сторону больницы. Джиджи быстро справилась с поездкой, но к тому времени, когда я приехала, мои схватки проходили с интервалом менее минуты.
— Ему лучше поторопиться. — Неприятный запах и все такое, мне сейчас нужно было, чтобы Сайлас был со мной.