Ранчо "Счастливое сердце" (ЛП)

— Кивни, если ты меня поняла.
Она кивнула, и я улыбнулся. Когда ее дыхание сбилось, мой член дернулся. Прежде чем я начну думать своим членом, мне нужно было отступить. Опустив руки и выпрямившись во весь рост, я помог ей спрыгнуть с шин.
— Теперь, когда мы со всем разобрались, — сказал я, — мне нужно вернуться к работе. Когда ты уйдешь, ты собираешься перевернуть все это в своей голове?
— Эй! — Она ткнула меня в живот. — Я не переворачиваю все в своей голове.
Там был огонь. На секунду я забеспокоился, что она подавила его.
— Ты действительно все переворачиваешь. У тебя невероятная склонность все усложнять.
— Я не… — я прижал палец к ее губам, заглушая ее протест. Ее голубые глаза сузились, но я не опустил палец.
— Ты можешь просто позволить этому случиться? Как бы это ни случилось?
Она нахмурилась, но кивнула, и я убрал палец с ее мягких розовых губ.
— Не анализируй каждое слово, которое я только что сказал. Просто знай, что я хочу провести с тобой время, и тот поцелуй в прошлом месяце ни в коей мере не испортил нас. Это был самый яркий момент моей ночи. Или был им до тех пор, пока ты не выскочила из моего грузовика, прежде чем дать мне шанс объяснить, почему я остановился.
Она фыркнула.
— Что я должна была делать? Ты отверг м…
Палец вернулся назад. На этот раз я получил убийственный взгляд, поэтому опустил палец, прежде чем она бы попыталась его откусить.
— Я не отвергал тебя. Я просто не хотел, чтобы мы вернулись к старой рутине. На этот раз мы действуем медленно. Ты со мной?
— Да. — Она поджала губы, чтобы скрыть улыбку, но я все равно уловил ее.
— Хорошо. — Я ухмыльнулся, запечатлев легкий поцелуй на ее лбу, а затем повернулся, чтобы выйти.
Я быстро выключил свет и запер Квонсет. Я открыл дверцу ее машины, чтобы она забралась внутрь, затем запрыгнул в свой грузовик, чтобы отвезти ее обратно на главную дорогу. Съехав на обочину и помахав рукой, она посигналила, проносясь мимо меня в сторону города.
Я надеялся, что довольно скоро перестану следить за ее задними фарами.
Фелисити
Какой странный день.
Этим утром я думала, что несу ответственность за пристрастие моего бывшего парня к метамфетамину и что мужчина, которого я любила, хотел вычеркнуть меня из своей жизни.
Теперь был поздний вечер, и все было по-другому.
Повезло, что Сайлас оказался на ферме. Сколько еще лет я бы провела, цепляясь за свою собственную вину, если бы он не сказал мне правду о том, когда на самом деле Уэс начал употреблять?
Вечно.
Я бы носила чувство вины с собой вечно.
Теперь оно прошло, и я чувствовала себя легче, чем когда-либо за последние годы.
Я поехала с ранчо в город, миновала боковую улочку, которая вела к моему дому, и продолжила движение по шоссе обратно к ферме Драммондов.
Я надеялась, что Джек и Энни не будут возражать против моего возвращения, но мне нужно было сказать Уэсу последнее, и я не хотела ждать. Я должна была сделать это и, наконец, отпустить его.
Свернув с шоссе, я медленно ехала по гравийной дорожке мимо таблички «Драммонды» и вверх по склону к дубу.
В это время года солнце садилось рано, и температура упала. Я дрожала, когда шла к могиле Уэса, но то, что я должна была сделать, не займет много времени.
— Привет. Это снова я, — сказал я его надгробию. — Я была зла раньше и забыла сказать тебе одну вещь.
Я глубоко вздохнула и сказала:
— Спасибо тебе.
Когда навернулись слезы, я просто позволила им мягко скатиться по моим щекам.
— Спасибо тебе за то, что ты был у меня первыми. Спасибо тебе за то, что ты был первым мальчиком, которого я когда-либо любила. Ты был добр ко мне, Уэс. Мне жаль, что все так закончилось, и что мы с Сайласом причинили тебе боль, но я надеюсь, ты знаешь, что ты был особенным, и я никогда не забуду все то замечательное время, которое мы провели вместе.
 
Я поцеловала кончики пальцев и положила их на холодное гранитное надгробие.
— Покойся с миром.
Глава 10
— У тебя проблемы, — сказала я, отвечая на звонок Сабрины на медиа-панели моей машины.
— Я знаю. Извини. У меня такая история. Последние две недели я работала под прикрытием.
— Ты уже можешь рассказать мне об этом?
— Ответ отрицательный.
Я покачала головой.
— По крайней мере, ты в безопасности?
— Эм, смотря что для тебя значит «в безопасности».
— Не смешно, Сабрина. Я волнуюсь.
Она рассмеялась.
— Не волнуйся. Со мной все будет в порядке.
— Мхм, — проворчала я. — Что ты делаешь сегодня вечером?
Был канун Рождества, и одной из наших давних традиций было проводить его вместе. Последние пару лет я возвращалась в Прескотт на каникулы, и хотя я была счастлива быть со своей семьей, я также скучала по тому особенному времени со своей лучшей подругой. Наш типичный вечер всегда включал в себя выпивку и поедание нездоровой пищи, просмотр мюзиклов и подпевание во всю глотку.
— Мои планы на сочельник печальны, — сказала она. — Я буду пить в одиночестве. Наблюдать за Чикаго в одиночестве. Ужасно скучать по тебе. В одиночестве.
— Сумасшедшая идея. Садись в самолет и приезжай ко мне в гости. Есть ранний утренний рейс в Бозмен. Я подъеду и заберу тебя. У нас будет целый час езды, чтобы поговорить, а потом ты сможешь познакомиться с моей семьей за рождественским ужином.
Она вздохнула.
— Хотела бы я это сделать, на самом деле. Я бы даже смирилась с погодой, но мне нужно быть в Сиэтле. Я так близка к тому, чтобы прорваться к своему источнику, что не хотела бы пропустить это, потому что он решил проболтаться, пока я буду в Монтане.
Я надулась.
— Хорошо.
— Составишь мне компанию на некоторое время? Расскажи мне, что у тебя нового.
— Ну, я, э-э, уволилась…
— Черт! Фелисити, я должна идти. Мой источник звонит.
— Будь осторожна! — крикнула я, но она уже повесила трубку.
Мне это не понравилось. Ни капельки. У меня было плохое предчувствие по поводу этой ее истории.
Сабрина никогда раньше не оставляла меня в таком неведении. Обычно я получала маленькие лакомые кусочки или ее общую идею. Ее молчание по этому поводу, вероятно, означало, что она ввязалась во что-то опасное.
Я бросила свой телефон в подстаканник и продолжила ехать в сторону ранчо Сайласа. По наитию я решила доставить ему рождественский подарок.
Ранее сегодня вечером мы с мамой ужинали с Джессом, Джиджи и детьми. После того, как мы покинули фермерский дом, мы вдвоем обменялись подарками и выпили по бокалу вина, прежде чем она заснула, а я пошла домой. Но в ту секунду, когда я переступила порог своего темного и пустого дома, я схватила подарок Сайласа и развернулась обратно к своей машине.
Мы не виделись с тех пор, как он отвез меня в Квонсет два дня назад, и мой неожиданный визит был рискованным. Мои нервы трепетали, как волшебные прыгающие бобы, но я действительно хотела его увидеть. Нет, мне нужно было его увидеть.
Я воспроизводила его слова, сказанные на днях, и чрезмерно обдумывала их, как он и предсказывал. Мы встречались? Мы держали это в секрете? Что это была за штука? Я понятия не имела. Проведя немного времени вместе, возможно, я смогла бы лучше понять наши отношения. Текстовые сообщения, которыми мы обменивались, просто не подходили для меня.
И даже если бы сегодня вечером все пошло наперекосяк, у меня, по крайней мере, была бы возможность насладиться пейзажем. Луна и звезды были яркими, а свежий снег, который выпал ранее, искрился на равнинах, как сказочные огни. Это было похоже на прохождение сцены из фильма.
Я любила Монтану.
Въезжая в арку входа на ранчо, мои нервы были на пределе, но улыбка тронула мои губы. Учитывая все, что изменилось за эти годы, было приятно видеть, что вывеска не изменилась. Все было также, как я помнила.
Два огромных бревна возвышались на своих каменных основаниях. Поперек них лежало другое бревно, такого же размера, с выбитым в центре Ранчо «Счастливое сердце». С балки свисала металлическая вывеска, раскачивающаяся на двух толстых цепях, на которой был изображен бренд ранчо: простое сердце.