Ранчо "Счастливое сердце" (ЛП)

— В конце концов, он это переживет, — сказал Сайлас.
— А как насчет армии?
— Я не записывался в армию. Могу остаться.
— Я не хочу, чтобы ты отказывался от нее ради меня. Тебе следует записаться на службу. И я тоже хочу уехать из Прескотта. Может быть, поживу какое-то время в городе.
Он отпустил мою руку и провел ею по своим волосам.
— О чем ты говоришь, Лис?
— Я просто не хочу, чтобы ты сожалел о том, что останешься здесь из-за меня.
— Я бы не пожалел об этом. Если ты хочешь уехать в колледж, жить в городе, тогда я подожду. Или пойду с тобой. Я не знаю. Нам действительно нужно во всем этом разбираться прямо сейчас?
— Нет. — Да.
Через неделю у меня будет выпускной. Я хотела начать жить своей собственной жизнью. Неужели я только что перескочила от одних серьезных отношений к другим? Неужели я становлюсь одной из тех жалких девчонок, полностью зависящих от парня?
Мурашки пробежали у меня по спине. Нет. Я бы не превращусь в свою мать. Я должна была сделать это одна. Я не была готова зависеть от Сайласа или кого-либо еще, чтобы быть счастливой.
Я должна была сделать это сама, а это означало, что история с Сайласом не могла продолжаться. Я должна была остановить все это, пока не причинила боль нам обоим, я должна была его отпустить. Сайлас мог увидеть мир. Я могла бы сбежать из Прескотта.
И я должна была сделать это одна.
— Когда вернулся Джесс? — спросил Сайлас, отрывая меня от моих мыслей, когда припарковался перед моим домом.
— Хм? — я подняла глаза и увидела Джесса, стоящего за входной дверью. Я выпрыгнула из грузовика и бросилась прямо в объятия брата.
— Привет, — сказал он.
— Я скучала по тебе.
Последние два года Джесс учился в местном колледже, а затем в полицейской академии и не часто приезжал домой, чтобы навестить нас. Для этой поездки не могло быть лучшего времени.
— Я тоже по тебе скучал. — Он заключил меня в крепкие объятия. — Уэс заходил час назад, искал тебя. У него было сильно опухшее лицо.
— Да, я знаю. Он нашел меня.
— Не хочешь рассказать мне, что происходит?
Я покачала головой и обняла его крепче.
— С возвращением, — сказал Сайлас позади меня.
Я отпустила Джесса, чтобы он мог пожать Сайласу руку.
— Рад вернуться.
— Как надолго ты останешься? — спросила я.
— На неделю. Я уеду после твоей выпускной церемонии. Потом еще пара недель, и я вернусь навсегда. Решил, что на этой неделе я улажу все бумажные дела в участке, чтобы получить назначение заместителем и приступить к работе, как только вернусь домой.
— Будет хорошо, если ты вернешься, — сказал ему Сайлас.
— Джесс? — позвала мама изнутри.
— Давайте наверстаем упущенное позже на этой неделе. — Джесс помахал Сайласу, прежде чем оставить нас одних.
— Позвонишь мне позже? — спросил Сайлас.
Я кивнула.
— Хорошо.
— Пока. — Он помахал рукой и пошел обратно к грузовику.
— Сайлас? — я побежала за ним трусцой. Он повернулся как раз вовремя, чтобы поймать меня, когда я бросилась в его объятия. — Пока, — прошептала я, мое сердце разрывалось от слова из четырех букв.
Он наклонился, чтобы поцеловать меня в макушку.
— Увидимся позже.
Нет, не увидимся.
В течение недели я игнорировала все звонки Сайласа. Когда он пришел на церемонию вручения дипломов старшей школы, я сбежала через секунду после того, как сошла со сцены. Затем, на следующий день, я взяла свою машину и поехала в Сиэтл.
И проплакала всю поездку.
Время ни в малейшей степени не притупило это воспоминание.
Мое испуганное восемнадцатилетнее «я» позволило страху отогнать ее от Сайласа. Я так боялась зависеть от него, что сбежала. Бегство не было решением, но я была слишком молода, чтобы знать это. Я вела себя как мой отец, трус, полностью сосредоточенный на своих собственных чувствах.
Я даже никогда не говорила Сайласу почему.
Захочет ли он моих объяснений сейчас? За те несколько раз, что мы провели вместе после похорон Уэса, он ни разу не спросил, почему я ушла, но даже если он не хотел слышать мои оправдания, меньшее, что я могла сделать, это извиниться.
 
Я не извинилась перед Уэсом за ту ночь и теперь никогда не смогу.
Но я не собиралась упускать свой шанс искупить вину перед Сайласом.
Глава 6
Понедельник. Я ненавидела понедельники. Последние десять лет я проводила все понедельники, кроме нескольких, в непрерывных конференц-звонках, поэтому, когда мой телефон зазвонил во время пятнадцатиминутного обеденного перерыва, мне действительно не хотелось отвечать на него. Но мелькнуло имя Джиджи, и я подняла трубку.
— Алло? — Я отправила в рот картофельный чипс и изо всех сил постаралась приглушить хруст.
— Привет. Ты можешь приехать в больницу? Твоя мама здесь. Она довольно сильно порезалась.
Я вскочила со своего рабочего стула и бросилась искать какую-нибудь обувь.
— Я сейчас буду.
Мой пульс колотился со скоростью три маха в секунду к тому времени, как я пробежала через двери отделения неотложной помощи. Стерильный запах ударил мне в нос, и я подавилась.
Я ненавидела эту больницу. В юности я провела здесь слишком много дней, сидя рядом с мамой и наблюдая, как ее лечат от бесчисленных ожогов, порезов и растяжений связок. К тому времени, когда мне исполнилось десять, я стала экспертом по сортировке ее травм и определению того, какие из них нуждались в неотложной помощи.
— Как мама? — спросила я Джиджи. Она была медсестрой в больнице «Джеймисон-Вэлли» и ждала меня, когда я подошла к стойке скорой помощи.
— С ней все будет в порядке. Доктор спустится через несколько минут и наложит ей швы. Сайлас сейчас с ней. Он остался, чтобы я могла выйти и позвонить тебе и Джессу.
— Сайлас? — спросила я. — Что он здесь делает?
— Он был в хозяйственном магазине, когда она поранилась. Он привез ее сюда.
— Хозяйственный магазин? Как она там порезалась?
— Не знаю. Она многого не помнит.
Я вздохнула.
— Ладно. Когда Джесс приедет сюда, мы сможем поговорить с Сайласом и узнать, знает ли он, что произошло. Какая палата?
— Третья. Я подожду Джесса, и тогда мы придем.
Я кивнула и поспешила по блестящему линолеуму в мамину палату. Дважды постучав, я медленно приоткрыла дверь.
Мама приподнялась на кровати. Ее джинсы были забрызганы кровью, а левое предплечье обмотано толстой белой повязкой. Сайлас сидел на стуле у ее ног. Его серая рубашка хенли с длинными рукавами тоже была испачкана кровью.
Мое сердце сжалось, но я заставила себя улыбнуться.
— Привет, мам. Как ты себя чувствуешь?
— Мне жаль, — прошептала она, качая головой.
Я вошла и села на край ее кровати, нежно взяв за кисть ее неповрежденной руки.
— Тут не за что извиняться. Несчастные случаи случаются.
Она кивнула, но ее глаза наполнились слезами. Я всегда поощряла ее не смущаться, но эти эпизоды вызывали у нее чувство стыда, и ей требовались дни, чтобы избавиться от него.
— Привет, — сказала я Сайласу, крепче сжимая мамину руку и давая ей время собраться с мыслями.
— Привет.
— Спасибо, — одними губами произнесла я, и он кивнул в ответ.
Я не была уверена, по какой причине он все еще был здесь, я была просто рада, что он был. Маме всегда было комфортно рядом с Сайласом, вероятно, потому, что он был одним из лучших друзей Джесса целую вечность. Это, и то, что это был просто он. Он был мастером оказывать поддержку и одалживать свою силу.
Мы все сидели тихо, пока Джесс не просунул голову в комнату.
— Привет, ма.
При виде своего сына мама всем телом расслабилась в кровати. В отличии от меня, Джесс всегда умел утешить маму.
Джиджи втолкнула Джесса в комнату, и доктор вошел следом за ними. По крайней мере, я предположила, что он доктор, основываясь на перчатках и стерильном пакете в его руке. Он больше походил на модель нижнего белья Calvin Klein. Его каштановые волосы были собраны сзади в мужской пучок, и у него была дьявольская ухмылка.