Академия аномалий. Факультет паранормальной журналистики (СИ)
Что там говорил Демид? Активировать второй энергетический центр? Ситуация как раз подходящая, ведь наряду со страхом я испытываю и сильное возбуждение, которое должно подстегивать энергетический центр. Это возбуждение сейчас к эротике имело мало отношения. Дикий коктейль из гормонов стресса ускорил реакции до максимума.
Вспомнились уроки психологии и объяснение реакции на стресс. Бей, замри или беги. Что ж, бежать — не для меня. Еще год назад я бы «замерла», растерялась и пустила дело на самотек. Но сейчас, после всего пережитого за несколько месяцев, реакции кардинально поменялись. И я решила дать отпор обстоятельствам.
На краю сознания билась мысль, что происходящее слишком похоже на дешевый мистический триллер, а я в нем — главная героиня. Как водится, у главных героинь второсортных киношек все получается просто потому, что они главные героини. И без них сюжета не будет. А значит — они не умрут, выживут, а в конце со злорадной улыбкой бросят на могилу главного злодея вопиюще алый цветок. Или самостоятельно этого злодея прикопают с каким-нибудь пафосным прощальным словом. А лучше молча. Молча — это даже эффектнее.
Стоп-кадр финала фильма с моим участием, где на камеру падает ком сырой земли, и все сопутствующие мысли пронеслись вспышкой в мозгу, пока неадекватный Демид самозабвенно валял меня по полу. С каким-то безбашенным весельем, в диком азарте просто схватила парня за виски с единственным ментальным посылом — очнуться!
В следующий момент я лежала уже на под активным сходящим с ума от разгула гормонов мужчиной, а под бесчувственным телом. Весьма тяжелым, надо сказать.
— Дем! — Толкнула его, пытаясь выползти из-под тяжести. — Дем, очнись!
И он очнулся!
Да ладно?
Это все больше и больше похоже даже не на сценарий, а на черновик сценария плохого фильма. Так просто не бывает. Но я не в обиде!
Куратор медленно поднялся, пошатываясь и тряся головой.
— Что произошло? — осипший голос был растерянным, а парень выглядел дезориентированным.
Тем лучше! Он не будет сильно сопротивляться моему плану, пока не пришел в себя окончательно.
— Нормально себя чувствуешь? — уточнила для проформы.
Выбора ведь все равно нет — придется бежать.
— Воде, да. Но ты… Это ты со мной сделала? Последнее, что я помню, — это разговор с твоим астральным двойником и мой приказ не лезть сюда.
— Мы не в армии, чтобы я исполняла твои приказы, Дем! И я даже не стажер на практике. Я всего лишь глупая студентка, и это дает ряд преимуществ. А теперь пойдем?
— Куда?
— Туда, — я указала на окно. — Там лес, можно затеряться. Под нами крыша крыльца, спустимся по ней. Территория точно не охраняется.
— И это странно, — притормозил Демид мой энтузиазм. — Нарышкин не дурак.
— А может, дурак? Или псих? Он точно ненормальный! Может, не смог найти единомышленников или нет денег нанять такую охрану, которая будет выполнять работу без разговоров.
Демид слушал мои предположения и кивал, затем добавил:
— А может, просто не успел никого нанять. Судя по всему, наше похищение было спонтанным. — Он еще минуту подумал и решительно кивнул. — Ладно, пойдем! Хуже точно не будет.
Спуститься вниз не составило труда, как ни странно. Крыша пристройки оказалась на близком расстоянии, мы оба легко спустились на нее. Затем пришлось карабкаться вниз по хлипкой водосточной трубе. И вот мы уже на земле.
Внезапно свет в окне над нами вспыхнул. Кажется, это моя комната. Раздались невнятные ругательства, осветилось соседнее окно. Двор огласил истеричный вопль:
— Сбежали!
Нам не оставалось ничего другого, как ломануться к забору на всех парах. Подсадив меня, Дем сам ловко залез на вершину, спрыгнул и помог спуститься мне. Мы бежали без оглядки, но меня не отпускало чувство преследования.
— Мы не одни, — подтвердил Дем мои опасения.
Но что мы могли сделать против неизвестного преследователя? Оружия не было. Хорошо, что хоть одежду маньяк нам оставил.
Слух улавливал среди нашего шумного дыхания и топота ног чужую легкую быструю поступь и хруст сломанных веток. Будто через чащу продирался волк или другой дикий зверь.
Мы бежали, слыша преследователя все ближе и ближе. Казалось, что нам дышат в спину и в следующий миг набросятся и повалят наземь, раздирая на клочки.
Последнее, что я увидела, оглянувшись перед тем, как мы вылетели из чащи к обрыву, — это страшные, искореженные тела полулюдей-полуволков. Длинные конечности с острыми когтями, неестественно выгнутые дугой тела с выступающим позвоночником, человеческие лица со звериным оскалом.
Это и были наши преследователи. Пропавшие студенты.
Мысль возникла и потухла, затерявшись в моем собственном вопле, когда Демид, не давая шанса на размышления, подтолкнул, и мы рухнули в реку с высоты метров в пять.
Ледяная вода мгновенно пропитала одежду, проникла в рот и нос. Прыгая, я успела лишь зажмуриться, но не задержать дыхание, и теперь изо всех сил пыталась не сделать рефлекторный вдох.
Казалось, прошла вечность, но на самом деле уже через десяток секунд меня за шиворот ухватили мужские руки и дернули наверх. Демид сориентировался намного быстрее меня и уверенными гребками приближался к берегу. Река, к счастью, была не полноводной. Это я поняла, когда отплевываясь и тяжело дыша, выползла на берег. Утонуть мне не грозило, но дезориентация и паника даже в мелкой воде может стоить жизни.
— Где они? — прохрипела, когда стала способна говорить.
Дем оглянулся:
— Недалеко. Бежим.
— Что? Опять?! — Теперь оглянулась и я.
В реке и правда бултыхались два мутанта в попытках подгрести к берегу. Похоже, нашему забегу суждено продолжиться, а у меня уже второе дыхание не только открылось, но и успело иссякнуть.
Никакие тренировки не смогли сделать из обычной девушки профессионального спринтера за пару месяцев.
— Осталось немного. Терпи. — Голос куратора был сухим и жестким.
Ни намека на прежние нежные нотки, которые покорили меня во время недавнего разговора на кухне о наших предполагаемых отношениях.
Стало обидно, хотя для этого чувства было не время. Я же не пятикурсница с факультета ловцов, и не обязана быть настолько же сильной и выносливой, как они. Как ни странно, обида придала сил. Вот выберемся из этой передряги, и он еще попляшет, вымаливая прощение за свою жесткость.
Вот именно это чувство предвкушения сладкой женской мести стало катализатором очередного выброса энергии. Я бежала, Демид страховал меня со спины, вынужденно замедляясь. Волколаки-мутанты настигали. Все ближе и ближе. Я уже слышала хруст ветвей под их лапами. Или это мои косточки хрустят от перенапряжения?
Тяжелая мокрая одежда замедляла и без того не быстрый бег, остывала на осеннем ветру и доставляла сильнейший дискомфорт. Злости и обиды уже явно не хватало для подпитки моих сил.
Сколько времени мы бежали? Час? Два?
Скорее, пару минут, потому что со способностями оборотней нам вряд ли удалось бы так долго бежать. Куда вообще мы бежали? Зачем? Ответов не было, оставалось только доверие и надежда на опыт Демида.
Неожиданно слух уловил нечто странное. Позади уже не раздавалось учащенное мужское дыхание и звуки погони. Резко, словно врезавшись в невидимую стену, я остановилась и обернулась, увидев, как метрах в двухстах от меня Демид один на один сражается с мутантами. Точнее сказать — один на двоих, потому что резкие выверенные и почти неуловимые движения парня не давали преследователям пройти дальше. Не знаю, какую технику он использовал, мы такого точно не изучали. Он двигался молниеносно, иногда пропадая из поля зрения, возникая то тут, то там, нанося удары по мордам мутантов. Как он делал это? Может, нырял в подпространство или еще какую-нибудь неведомую фигню. Мне было все равно. Рефлекторно дернулась к нему, но тут же услышала яростное:
— Твою ж… Настя! Беги, беги! Это приказ, чтоб тебя!
Меня парализовало. Рациональная часть меня понимала, что надо подчиниться, потому что это спасет мне жизнь. Возможно. И вот это самое «возможно» запускало реакцию торможения. А если нет? Если мне не удастся убежать все равно? Какой смысл бежать?