Идеальный мир для Химеролога (СИ)

Я посмотрел на его руку, потом на него. Юрист? Выглядел он… ну, как какой-нибудь громила из банды, но уж точно не служитель закона. Впрочем, мой внутренний инфо-архив, любезно залитый Вестфалем, тут же выдал справку. Юрист в этом мире — это не обязательно человек в дорогом костюме. Это мог быть кто угодно, кто сдал экзамен и получил лицензию.
— Дай мужику доки, он шарит! — каркнул Кеша мне на ухо.
  
Я вздохнул и протянул Геннадию свой экземпляр договора. Он взял его, пробежал глазами. Его брови поползли на лоб.
— Понятно… Найду уродов — прибью!
Он сжал кулак и легонько, будто невзначай, стукнул в стену рядом со стойкой. Штукатурка посыпалась, а по стене пошла тонкая трещина.
Интересно… В его ударе не было и следа магии. Чистая кинетическая энергия — результат тренированных мышц и высокой плотности костной ткани. Возможно, в его генотипе присутствуют следы горных троллей или орков. Стоило бы взять образец его клеток для анализа.
А ещё я смотрел на него и думал. В мирах, где я бывал, люди его профессии — юристы выглядели иначе. Мантии, парики, строгие костюмы… А тут — кожанка, борода и кулаки, которыми можно стены крошить. Дикий мир — дикие правила.
— Так, — Геннадий потёр переносицу. — Ситуация хреновая. Советую тебе, как юрист, найти какого-нибудь бедолагу и быстро переписать это всё на него.
— Это же вроде как незаконно.
— А то, что с тобой сделали — законно? — усмехнулся он.
Я промолчал. Есть хотелось неимоверно. Последние манипуляции с собственным телом — вживление брони и укрепление костей — требовали огромного количества энергии. Мой организм сжигал калории, как доменная печь.
Я подошёл к автомату с едой, который стоял в углу. Засунул мятую десятку, нажал на кнопки. В лоток упал батончик и пачка чипсов.
Я вскрыл упаковку с чипсами. Резкий химический запах ударил в нос. Заглянул в состав на этикетке: углеводы — 65%, жиры (преимущественно трансжиры) — 30%, белки — 5%. А ещё тонна красителей, усилителей вкуса и прочей бесполезной химии. Неоптимальное топливо для организма, прошедшего недавнюю модификацию, но выбирать не приходилось. Мой разогнанный метаболизм сжигал энергию и требовал «дров». Даже таких, некачественных.
— Да, кстати, — продолжил Геннадий, наблюдая за мной. — На этом месте, скорее всего, висит куча долгов. Или какой-нибудь косяк. Может, они тут пуделя-добермана какого-нибудь графа случайно угробили. И этот граф сейчас на своём броневике примчится и снесёт тут всё к чертям, вместе с новым хозяином.
Я доел чипсы, скомкал пачку и посмотрел на переполненную мусорку рядом с автоматом. Фантики вываливались наружу. Меня аж передёрнуло. Ненавижу беспорядок. В моей лаборатории всегда царила стерильная чистота. Если бы моя воля, я бы тут всё вымыл лично. Хоть зубной щёткой.
— Видишь? — Геннадий показал мне бумаги. — «С условиями дополнительного соглашения, изложенного в Приложении №1, ознакомлен и полностью согласен».
— А где это Приложение №1? — устало спросил я.
Геннадий выругался и, не говоря ни слова, рванул за стойку администратора. Он начал рыться в бумагах, что-то бормоча себе под нос.
Пока он копался в бумажном хламе, я прикидывал варианты.
Переписать клинику на другого? Заманчиво. Простой и быстрый выход. Но… неэффективный. Я снова окажусь на улице, без крыши над головой и без базы. А эта дыра, при всей её убогости, — идеальная отправная точка. У меня будет помещение. Будет постоянный поток «биоматериала» в виде пациентов.
И, самое главное, будет официальное прикрытие — я ветеринар, а не какой-то подозрительный тип, «колдующий» в подвале.
А долги? Проблемы с законом? Это всё решаемо. В любом мире есть лазейки, нужно просто их найти. Эти двое думали, что повесили на меня гирю. Они даже не представляют, что подарили мне ключ к этому миру.
— Так, компьютер… А где тут у них принтер? Ага! — Геннадий нажал пару кнопок.
Принтер недовольно крякнул и выплюнул один-единственный лист. Геннадий схватил его.
— Вот оно, твоё «Приложение №1», — он протянул мне бумагу. — Читай.
Я взял лист. Вверху красовался заголовок: «Договор дарения». А дальше шёл текст, из которого следовало, что некий Аркадий безвозмездно передаёт в полную собственность мне, Виктору Химерову, всё своё имущество, а именно — ветеринарную клинику «Добрый Доктор» со всеми её активами, долгами и обязательствами.
— Но я не подписывал…
— Ты подписал первую часть договора. А в ней есть пункт, что ты ознакомлен с дополнением. А дополнение — вот оно.
Он ткнул пальцем в бумаги.
— Но я его не видел.
— Это неважно. Оно существует и уже зарегистрировано на государственном сайте. Вот печать. Значит, по закону, ты с ним ознакомлен. Теоретически, они могли показать тебе его на экране монитора. Тут ты ничего не докажешь.
Я вздохнул.
— Лет шесть назад, — буднично начал Геннадий, присаживаясь на корточки рядом со своей собакой и поглаживая её по голове, — у нас тут один пороховой завод взорвался. Целый цех. Погибло больше восьмидесяти человек. Расследование показало, что там была куча нарушений, техника безопасности на нуле, всё держалось на соплях. И знаешь, что сделали владельцы?
Я молча жевал батончик, слушая его.
— Они быстро вывезли всё самое дорогое оборудование. Оставили одну древнюю линию, чтобы завод по бумагам числился рабочим. А потом нашли какого-то бомжа, напоили его, дали денег и переписали на него весь завод. Когда пришла полиция, виноватым оказался он. Что с ним стало, я не знаю. Но владельцы вышли сухими из воды.
Он поднял на меня тяжёлый взгляд.
— Улавливаешь? Это не просто мошенничество. Это система. Так здесь решают проблемы.
— Но это же бред, — задумчиво сказал я. — Таким образом можно найти на улице любого бездомного. Сломать ему восемь пальцев из десяти…
— Почему восемь? — не понял Геннадий.
— Чтобы двумя оставшимися он мог держать ручку. И заставить подписать всё, что угодно.
Геннадий посмотрел на меня с каким-то новым, странным выражением.
— А ты, парень, соображаешь, — протянул он.
Я доел батончик. Всё было предельно ясно. Меня просто сделали козлом отпущения.
— Значит, у меня проблемы?
— Насчёт проблем не знаю, — усмехнулся Геннадий. — Но совершенно точно у тебя теперь свой бизнес. И первый клиент.
Он кивнул на свою скулящую собаку.
И у меня просто в голове сейчас не складывались многие вещи. Он ведь понимает что я человек с улицы? Так какого… он доверяет мне свое животное?
С другой стороны, раз я теперь владелец этого балагана, придётся работать. Да и разве деньги бывают лишними? А клиенты так вообще вещь полезная, если они могут стать постоянными.
— Ладно, идём. Посмотрим твою животину.
— Не бойся, моя хорошая… — Геннадий подхватил собаку на руки. — Не бойся, моя Принцесса!
Операционная оказалась под стать всей клинике. Только стол, лампы, какие-то скальпели и ампулы в шкафчике. Никакой сложной техники, никаких магических анализаторов. Каменный век.
Когда он уложил собаку на стол, мой взгляд скользнул по инструментам, разбросанным на соседнем лотке. Скальпели лежали вперемешку с зажимами, пинцеты валялись рядом с какими-то грязными стекляшками. Хаос — неэффективный и нелогичный.
Мои пальцы сами собой потянулись к лотку. Не говоря ни слова, я взял и аккуратно разложил инструменты по размеру и назначению: скальпели к скальпелям, зажимы к зажимам…
— Эй, парень, ты чего? — недоумённо спросил Геннадий, наблюдая за моими манипуляциями. — У меня собака рожает, а ты тут инвентаризацию устроил!
Я проигнорировал его. Порядок успокаивал. Он был необходим для ясной мысли и точной работы.
  
— А ты не хочешь уточнить, умею ли я вообще хоть что-то? — спросил я.
— Мне неважно, парень! — отрезал он. — Я понимаю, что это единственное рабочее место в этом районе, которое я могу себе позволить. У меня всё оплачено. Так что давай, работай. А если не сможешь, я тебе сначала нос сломаю, потом челюсть. А возможно, ещё и пару пальцев. И мне станет легче. Принимай роды!