Идеальный мир для Химеролога (СИ)

— Здравствуйте, — сказал парень, заметив их. Голос у него был ровный и спокойный, может, даже слишком. — Кажется, это ваша собака. Я нашёл на ошейнике адрес.
Аркадий и Игнат молчали, пытаясь переварить увиденное. Этот парень… он выглядел простым и наивным, с пустым взглядом. Как он смог усмирить Громилу?
И тут в голове у Игната снова щёлкнуло.
Вот же он. Идеальный кандидат!
  
— Молодой человек! — Игнат бросился к нему, изображая на лице безмерную благодарность. — Вы не представляете, как вы нас выручили! Мы так переживали! Это наше животное, да! Спасибо вам огромное!
— Да не за что, — пожал плечами парень.
— Мы должны вас отблагодарить! — не унимался Игнат. — Мы просто обязаны! Подождите секунду!
Он убежал в подсобку, быстро распечатал там бланки и схватил ручку. Отец, мгновенно поняв его замысел, подыграл.
— Конечно-конечно! Вы спасли не только нашего питомца, но и репутацию нашей клиники! Вот, примите от нас скромное вознаграждение. Двести рублей!
Он вытащил из кармана мятые купюры. Парень посмотрел на деньги, потом на них.
— Но, чтобы мы отчитались за выплату, нужно подписать пару бумаг, — торопливо добавил Игнат, подсовывая ему под нос документы. — Чистая формальность. Акт о спасении животного и получении награды.
Это была ложь. Он предлагал полный пакет документов: акт дарения, передача прав собственности на клинику и отказ от любых претензий.
Парень посмотрел на бумаги. Игнат затаил дыхание.
— Тут… много букв.
— Просто подпишите здесь, здесь и вот здесь, — затараторил Игнат, тыча пальцем в нужные места.
Парень нахмурился.
— Подпись кровью ставить?
— Что? — не понял Игнат.
— Ну, или частичкой души?
Отец и сын переглянулись. Точно, дебил!
— Нет-нет, что вы! — замахал руками Игнат. — Обычными чернилами!
— Кеша хочет кушать! — вдруг раздался с плеча парня скрипучий голос.
— Да подожди ты, — отмахнулся парень и взял ручку.
Он пробежал глазами по документу.
— Акт о дарении… Ну, господа, если это какая-то мошенническая схема и вы хотите забрать моё имущество, то я вас расстрою. У меня ничего нет. Я даже живу на работе… то есть, жил. Её больше нет.
С этими словами он быстро расписался во всех трёх местах.
— Отлично! — выдохнул Игнат. — Сейчас мы сделаем копию и…
— И денег дайте! Кеша хочет жрать! — снова встрял попугай.
Аркадий сунул парню двести рублей.
— Вот!
Игнат, не теряя ни секунды, метнулся к старенькому копировальному аппарату в углу приёмной. Его пальцы дрожали, пока он заправлял документы в лоток. Машина зажужжала, выплёвывая копии с характерным скрипом. Он схватил тёплые ещё листы, бегло проверил подписи — всё на месте. Затем, с деланой улыбкой, он вернулся к парню и протянул ему копии.
— Вот, держите, — сказал Игнат, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Это для вас, на память. И ещё раз огромное спасибо за пёсика! А теперь нам нужно срочно бежать! У нас… э-э-э… вызов на дом! К очень больному хомячку! Всего доброго!
Вместе с отцом они выскочили из-за стойки и бросились к чёрному ходу, убегая так быстро, как только могли.
— Уходим! — бросил отец сыну, когда они уже были на улице.
— Блин, пап, ты видел⁈ — задыхаясь от восторга, говорил Игнат. — Я гений! Я просто гений! Мы не просто избавились от проблемы, мы ещё и всё легально сделали! Он сам всё подписал!
— Ты дебил, — устало ответил Аркадий, запихивая сына в машину. — Но сегодня тебе повезло.
Он завёл мотор.
— Но в следующий раз, Игнат… Научись, наконец, закрывать клетки!
Аркадий вдавил педаль газа в пол. В зеркале заднего вида таяла ветеринарная клиника, которая теперь принадлежала не им.
  
Глава 6
 
Я стоял посреди приёмной, уставившись на дверь, за которой только что скрылись два типа в белых халатах.
Не знаю, в какой именно момент до меня начало доходить, что здесь что-то не так. Может, когда эти двое убегали так, будто за ними гналась вся имперская гвардия. А может, когда я понял, что стою тут уже битый час, как истукан.
Мой взгляд упал на стены приёмной, где среди облупившейся краски висели выцветшие плакаты. Один из них, с нарисованным грифоном, гласил:
«Уважаемые владельцы! Не забывайте подстригать когти вашим питомцам во избежание порчи городского имущества! Штраф — 500 рублей!».
Я хмыкнул. Грифон нарисован отвратительно. Анатомия на уровне детского рисунка. Крылья приделаны к лопаткам так, что при взмахе они бы просто вырвали позвоночник. А костяк задних лап, как у льва, совершенно не рассчитан на то, чтобы выдержать приземление такой туши.
Этот грифон, если бы существовал, сломал бы себе всё при первой же попытке взлететь. Позор, а не химера. Художника следовало бы отдать на съедение настоящему грифону. За профнепригодность.
И ведь это не просто плохой рисунок. Это — наглядная картина местного подхода к химерологии — без малейшего понимания биомеханики. Они видят только внешнюю форму, набор крутых атрибутов, которые можно «слепить» вместе, как ребёнок лепит снеговика.
«О, голова орла и тело льва — круто!»
А как эта конструкция будет жить, двигаться и питаться — всем плевать. Это оскорбительно. Я потратил сотни лет, чтобы довести это искусство до совершенства, а они превратили его в цирк уродцев, где каждая химера — это просто набор случайных заплаток, не способных даже существовать, чтобы не развалиться по швам.
С другой стороны… ну, на фоне таких «мастеров» даже моя самая простенькая работа будет выглядеть как божественное откровение. Что ж, в любой ситуации есть свои плюсы.
Я простоял так ещё какое-то время. Просто смотрел в одну точку и думал.
Для обычного человека это, наверное, странно. Но для меня — привычное состояние. Я могу и два дня простоять на одном месте, размышляя о своих магических формулах, о смешении генотипов, о последствиях скрещивания болотной гидры с горной гарпией…
Просчитывание планов на будущее — это тоже работа. Так что на этих двух сбежавших клоунов я даже не обиделся. Они подарили мне целых полтора часа на размышления.
А подумать было о чём.
Этот новый атрибут «Прочности», который я интегрировал в костную ткань, до сих пор ведёт себя нестабильно. Требовалась корректировка на клеточном уровне. Возможно, нужно будет добавить связующий элемент на основе кремния, чтобы укрепить кристаллическую решётку.
Но где взять кремний в чистом виде? И как его обработать без нормальной лаборатории?
А ещё этот змей из канализации с тремя истинными атрибутами среднего ранга. Если я смогу его заполучить, это станет огромным скачком в моём развитии. Но как к нему подобраться с нынешними силами?
Слишком много переменных. Слишком мало данных. Нужно больше информации. И определённо больше энергии.
Входная дверь клиники с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель от мощного пинка.
На пороге возник мужик. Огромный, как шкаф, в кожаной куртке, больше похожий на тех, кого в этом мире называли «байкерами», чем на рядового посетителя ветеринарной клиники.
За ним, тяжело дыша и поскуливая, плелась собака. Тоже огромная, похожая на помесь волка с броневиком. Она тяжело дышала, а её живот ходил ходуном.
— Девочка моя рожает! — прорычал он в пустоту приёмной. — Я же всё проплатил ещё в прошлый раз! Какого хрена вы не отвечаете на звонки⁈
Он обвёл приёмную взглядом и уставился на меня.
— А ты ещё кто такой? И где эти два ушлёпка?
— Ушли, — спокойно ответил я.
— А что ты тогда тут делаешь?
— Ничего, просто жду, — пожал я плечами. — Я им животное вернул, которое сбежало. Они мне награду дали и сказали подписать акт о получении.
  
Мужик прищурился.
— Акт получения… в занюханной ветеринарке… Парень, ты хоть понимаешь, что у них даже лицензии нет? Какие тут могут быть документы⁈ Геннадий Петрович Столыпин, юрист, — представился он, протягивая мне широкую, как лопата, ладонь. — Давай сюда свои бумажки, парень. Посмотрим, во что ты вляпался.