Чёрный пёс (СИ)

Странно. Помнится, в школьные годы подобного эффекта не наблюдалось. Старый Сириус на уроках зельеварения не раз измельчал купленные в аптеке рога, но ничего похожего не испытывал. Может, все дело в свежести «ингредиента»? Если ученикам Хога продавали лежалые рога, возможно даже, сброшенные самостоятельно, то я крайне удачно затеял свою охоту в сезон спаривания единорогов, когда жизненная сила в их телах находится на пике, вот и случайно открыл необычный побочный эффект. Временный, если моя гипотеза верна.
  
Попробовав наколдовать помощью трофея банальное «агуаменти», я создал мощный фонтан, в мгновение ока смахнувший желтоватую листву с веток ближайшего куста. Малость охренев от полученного результата, я закончил с экспериментами. От своей идеи подобрать качественную замену стандартным волшебным палочкам, которая сможет выдержать мою силу, я отказываться не собирался, однако выяснение, насколько долго спиленный рог будет сохранять свои полезные свойства, явно следовало отложить. Так что я отправил витой кол в сумку и направился к соседнему жеребцу.
Далее начался самый натуральный конвейер. Четко и быстро я сцеживал волшебную кровь, стриг волосы и спиливал рога волшебным созданиям. Для полного комплекта можно было еще сбривать серебряную шерстку, но я же не живодер какой-то! Зима не за горами – замерзнут бедные животинки! Это потом, ближе к лету можно совершить повторный вояж, а сейчас лучше поумерить аппетиты. По той же причине я не трогал жеребят – у меня не было твердой уверенности, что они благополучно перенесут обильное кровопускание, а тратить драгоценное время ради жалкой сотни миллилитров я посчитал нерациональным.
Несмотря на отсутствие помех в работе, дело продвигалось очень медленно. За час я успел обработать всего полтора десятка единорогов. Понимая, что такими темпами до утра не управлюсь, я решил оптимизировать процесс, снабжая бутылки лейками, которые избавили меня от необходимости постоянного контроля. Процесс пошел веселее, однако появились ошибки. У одной кобылы, которой перепало не так много яблок, кровотечение оказалось чуть сильнее, чем у прочих, и бутылка переполнилась слишком быстро, другой жеребец во сне и вовсе лягнул ногой, сбив тару. В общем, где-то с литр драгоценной крови бессмысленно пролился на траву.
Вдобавок я ощутил, что мой магический резерв, изрядно сокращенный еще на этапе подготовки начал истощаться. Пришлось снять амулеты маскировки, а чуть позже и мантию-невидимку, потреблявшую мою силу слишком уж активно. Положившись на бдительность Кричера, я сосредоточился на сборе ингредиентов, периодически отмахиваясь от навязчивой мысли попробовать какого-нибудь единорога на вкус. Сначала дело, а все эксперименты - потом!
Даже при условии автоматизации, на то, чтобы обработать весь табун, мне потребовалось еще два часа, включая минутку, потраченную на «пис-паузу». Вожака я оставил напоследок, выкачав с него сразу три литра и завладев шикарным тридцатисантиметровым рогом с необычайно острым кончиком и идеальными завитушками. Трофей казался настолько великолепным, что мне очень не хотелось выпускать его из рук. Я поглаживал его и вертел в пальцах, наслаждаясь ощущениями исходящей от рога силы. Интересно, Дамблдор испытывает сходные чувства, прикасаясь к Старшей Палочке?
С трудом заставив себя засунуть этот фигурный кол в сумку, я задумался. Программа-минимум была выполнена, можно приступать к финальному этапу – поению лошадей рябиновым отваром. Разумеется, со временем они и сами скинут вызванное зельем сонное оцепенение, но нельзя забывать про опасности Запретного Леса! В нем водится довольно много разнообразной хищной живности, и бросать единорогов в беспомощном состоянии было бы откровенным живодерством. Та же мантикора, случайно забредя на полянку, не раздумывая, перережет весь табун. Да и стаи шастающих неподалеку волков наверняка оценят щедрый подарок судьбы.
Короче, как ни крути, а единорогов нужно было будить. Однако в моем резерве остались жалкие крохи магии, вынуждая меня ненадолго отложить процедуру детоксикации копытных и приступить к проверке собственных идей. Решив начать с простого, я налил в трансфигурированный стаканчик сотню грамм свежедобытой крови, плеснул туда немного рябинового отвара, который должен был нейтрализовать Напиток Живой Смерти, хорошенько перемешал этот изысканный коктейль кончиком волшебной палочки и в несколько больших глотков переправил в себя.
Серебряная жидкость, оставив на моем языке кисловатое послевкусие, мягко скользнула по горлу, одарив его живительным теплом, ухнула в желудок и стала источать приятный жар, который принялся волнами расходиться по моему телу. Я ощутил, как медленно отступает холод ноябрьской ночи, как исчезает боль в натруженной спине, как уходит из сознания усталость. Казалось, я выпил не кровь, а чарку армянского коньяка. Только не обычного, а коллекционного – из тех, что нереально встретить на полках магазинов, а можно достать исключительно по блату.
Подтверждая данное сравнение, в моем разуме возникла необычайная легкость. Опустошенный резерв начал постепенно наполняться силой, от чего мои губы сами собой расплылись в счастливой улыбке, а сознание затянуло поволокой эйфории. Забыв обо всем, я погрузился в необычайно приятные ощущения, которые порождало это маленькое теплое солнышко в моем желудке. Я растворялся во всепоглощающем счастье, которому не было видно конца…
- Хозяин Сириус! – выдернул меня из рая встревоженный голос домовика.
Ощутив подергивание рукава, я встряхнулся и спросил:
- Что слу…
В следующий миг в мое брюхо со всего размаху вонзился длинный раскаленный штырь, не позволив закончить фразу. От мощного удара меня откинуло назад. Спиной рухнув на землю, я увидел толстое черное древко длинной стрелы, торчавшей из моего живота и, судя по непередаваемым ощущениям, пробившей меня насквозь. Жуткая боль мгновенно очистила разум от остатков эйфории. Выхватив волшебную палочку, я заметил на краю поляны пару кентавров с луками. Один из них тянулся рукой к колчану за спиной, а второй как раз послал в мою сторону очередную стрелу.
Взмахнув палочкой, я выставил перед собой мощный магический щит, однако выпущенное обитателем Запретного Леса стрела-копье не заметило преграды, пробив мою грудь в области правого легкого.
- Хозяин!!! – пронзительно заверещал домовик.
Этот вопль в сочетании с новой ослепительно яркой вспышкой боли окончательно привели меня в чувство. Изнутри поднялась волна холодной ярости, а разум привычно потянулся к собачьему телу. Неприятные чувства моментально исчезли. Рывком поднявшись на лапы, я черной молнией полетел к кентаврам.
- Грим! – успел воскликнуть первый, прежде чем я впился в его горло клыками.
Мой язык ощутил вкус горячей крови, но я не позволил себе насладиться им, а привычно потянул на себя энергетику врага. Сила хлынула в меня широким потоком, наполняя пустой магический резерв, даря ощущение небывалого восторга и довольства сытной добычей. Всего пара секунд потребовалась мне, чтобы осушить массивное, облаченное в теплую куртку из чьей-то пятнистой шкуры тело, заставив его усохнуть и грузно осесть на землю. Второй кентавр за это время только и успел, что наложить на тетиву новую стрелу и натянуть лук.
Оценив распахнутые в ужасе глаза получеловека, я ловко прыгнул в сторону, уворачиваясь от просвистевшего над ухом снаряда. Благодаря совершенным рефлексам грима это примитивное оружие не представляло для меня ровным счетом никакой угрозы. Я и в своем человеческом теле наверняка сумел бы избежать появления новых дырок в организме, если бы не уподобился наркоману, словившему нереально сильный «приход». Но кто же знал, что кровь единорога – это мощный наркотик, которая по эффекту опьянения намного превосходит алкоголь? Теперь понятно, почему Квирреллу в каноне пришлось позорно ретироваться. В подобном состоянии его даже школьники завалили бы!
  
Промелькнувшие в разуме догадки не помешали мне кинуться на врага. Кентавр попытался заслониться руками, но лишь продлил свою агонию на три лишних секунды. Вцепившись в подставленную конечность и повиснув на ней всей своей массой, я принялся извлекать энергию из полуконя, осушая его без остатка. Халявная сила лилась в мое бездонное нутро, насыщая, восполняя магические потери, развивая. Когда же второй кентавр рухнул на покрытую опавшими листьями землю, я разжал челюсти и стремительно понесся в сторону Хогвартса, откуда слышался частый топот копыт.