Чёрный пёс (СИ)
Спрятав карту, я набросил на себя мантию-невидимку и полетел наверх. Колодец, через который мне удалось попасть в подземелья, имел множество рукавов, но заблудиться я не боялся, ведь нужный путь был самым широким. Достигнув женского туалета, я огляделся и убедился, что в мое отсутствие обстановка не изменилась. Только небо за окошком слегка посветлело, намекая на то, что рассвет близко. Погасив свой «люмос», я прошипел приказ на парселтанге, заставив тяжелый умывальник со скрежетом вернуться на положенное место.
В следующую секунду из стены напротив высунулась призрачная девичья голова в очках, огляделась, но меня на метле под мантией не заметила, задумчиво хмыкнула и скрылась обратно. Выждав пару минут, я как можно тише открыл дверь туалета и стремительно полетел в башню Гриффиндора. Сила из магического резерва Поттера быстро утекала, но я не экономил, понимая, что времени осталось совсем мало. О том, чтобы вылететь из ближайшего окна и достигнуть спальни по воздуху, не могло быть и речи. Следящие системы Основателей автоматически фиксировали учеников, которые покидали школу, а я не хотел, чтобы к крестнику возникли какие-либо вопросы.
Достигнув лестниц, я заметил завхоза с его кошкой, направляющихся куда-то в сторону кухни. Поднявшись на седьмой этаж и миновав несколько коридоров, я опустился перед пустым портретом, размышляя над дилеммой – резать или не резать? В первом случае я упрощу себе задачу, но порча ценного школьного имущества будет расследоваться особенно тщательно, и потерявший за ночь много сил Поттер однозначно привлечет внимание своим заморенным видом, запустив слухи об одержимости национального героя. Так что после недолгих колебаний я в который раз за сегодняшнюю ночь решил рискнуть.
Сняв мантию-невидимку, я спрятал ее в сумку вместе с метлой и попробовал отодвинуть портрет. Тот даже не шелохнулся. Иного и не ожидалось, но не проверить было бы глупо. Почистив «эванеско» одежду и обувь школьника, чтобы избавиться от характерного запаха сточной канавы, я приложил палочку к горлу и применил одну из модификаций «соноруса». Затем наклонился к самому портрету и громко сказал:
- Гермиона, проснись!
Из моего рта не вырвалось ни звука, но на грани слышимости мне удалось уловить звонкий голос Гарри, который донесся из заблокированного прохода. Надеюсь, Грейнджер все еще в гостиной, иначе придется действовать по первому варианту. Либо лететь сюда в основном теле, поднимая риск возможного обнаружения на небывалую высоту. Выждав паузу, чтобы Бобренок успела сбросить сонную одурь и смогла воспринимать информацию, я повторил фокус, освоенный всеми Мародерами в незапамятные времена, и тихо, но четко произнес:
- Гермиона, впусти меня!
Корень проблемы заключался в том, что в гостиной аналогично висели волшебные портреты, которые вполне могли проснуться вместе с девочкой. Но если приходится выбирать меньшее из зол, то безобидная прогулка после отбоя куда предпочтительнее зверского уничтожения старинного полотна.
С полминуты ничего не происходило. Я уже начал прикидывать, хватит ли магии в резерве крестника, чтобы аккуратно разобрать участок стены, но тут портрет самую чуточку сдвинулся в сторону, и тихий голос произнес:
- Гарри?
Полностью отодвинув дверь-картину со своей стороны, я увидел в проходе кудрявую голову Грейнждер и облегченно выдохнул:
- Герми, я так рад тебя видеть! – миновав преграду, с шорохом вставшую на место, я крепко обнял девочку и заявил: - Спасибо! Ты меня очень выручила.
- Гарри, ты снова гулял после отбоя?! – удивленно спросила Гермиона, едва я отпустил ее.
- Тише! – шепотом попросил я, поглядывая на стены. – Ты же не хочешь, чтобы разбуженные портреты позвали МакГонагалл?
- Профессора МакГонагалл! – поправила меня Бобренок, тоже перейдя на возмущенный шепот.
- Прости-прости! Конечно же, профессора, - отозвался я, не заметив движения на картинах-соглядатаях.
Но это немудрено – в гостиной было темно, тогда как зрение у крестника даже в очках было не стопроцентным. А девочка все не унималась, по всей видимости, подсознательно желая отомстить виновнику своей неожиданной побудки:
- Тебе было мало прошлого раза, когда нас едва не сожрал цербер?! И что вообще ты делал вне гостиной? Ходил в Запретный коридор?
- Успокойся, Герми, к трехголовой псине я и не думал соваться, - попытался я угомонить эту маленькую фурию.
А ведь вру и не краснею! Я же не так давно планировал проверить, сможет ли жизненная энергия Пушка повлиять на мою вторую форму. Начав жрать души, я быстро вывел тело грима на пик своего развития, но что, если цербер поможет мне выйти за эти рамки? А если нет, вполне возможно, в следующем году у Хагрида появится халявный маленький дракон, которого тоже хотелось бы «попробовать на зуб»…
- Тогда где ты шлялся всю ночь? – выдернула меня из сладких мечтаний не желающая сдаваться девочка.
Пылающая праведным гневом Грейнджер настолько удачно вошла в роль сварливой жены, что я не удержался и с улыбкой прошептал:
- Руки в бока упри.
- Чего? – вскинула бровки сбитая с толку Гермиона.
- Просто сейчас ты очень похожа на мою тетку Петунью, когда та бурчит на дядю, который позволил себе пропустить в баре с друзьями лишний бокал пива. Не хватает только решительно упертых в бока рук. Или скалки, чтобы приложить ею нерадивого муженька.
Из девочки словно вытянули невидимый стержень. Ее щечки заметно покраснели от смущения. Опустив взгляд и слегка сгорбившись, она тихо выдавила:
- Прости. Я не должна была на тебя… бурчать.
Ого! Что-то крупное сдохло в Запретном Лесу, если всезнайка Грейнджер признала свою неправоту. Значит, для нее еще не все потеряно. Если получится закрепить достигнутый результат, вполне возможно, из этой Гермионы вырастет нормальная девушка, а не та канонная стерва, для которой существовали лишь два мнения – ее собственное и неправильное.
- Рад, что ты это понимаешь. Теперь твой следующий шаг – осознать, что поддержание дисциплины и забота об успеваемости учеников являются задачами преподавателей Хогвартса. Им, знаешь ли, за это деньги платят! А обеспечивать школьникам мотивацию к учебе должны не более ответственные сокурсники, а родители. Это их прямая обязанность – воспитывать своих детей, наказывая за непослушание и отсутствие усердия. Ибо некоторым необразованным баранам вбить в голову знания можно исключительно через задницу. С помощью отцовского ремня или вымоченных в жгучем зелье розог. Вот осознаешь это, и все у тебя сразу станет хорошо. А сейчас, прости, мне хочется поспать хотя бы пару часиков. Еще раз, спасибо! И да, пусть эта встреча останется нашим маленьким секретом. Если что, знай – я буду все отрицать!
Широко улыбнувшись девочке, я направился к лестнице, но почувствовал, как цепкие пальчики схватили меня за руку.
- Гарри, я тебя не узнаю! – рывком притянув меня к себе, решительно прошептала Грейнджер. – Ты сегодня какой-то странный. Что ты делал ночью за пределами общежития? Неужели, ходил выяснять, что именно охраняет цербер? И почему от тебя пахнет болотом?
Тяжело вздохнув, я понял, что настырный Бобренок не отстанет. «Обливиэйт» мог бы легко решить проблему, но я не был точно уверен, что все находящиеся в комнате портреты спят. Кажется, вон тот дремлющий джентльмен в шляпе с пером шевельнул пальцами. Конечно, можно было стереть память и ему, но если соглядатай не один? У крестника магии не хватит, чтобы обработать всех. К тому же какая-нибудь крыса вполне может сбежать. Эх, и надо же мне было так подставиться!
- Герми, прошу, поумерь любопытство! – мягко пытаясь освободить свою конечность, прошептал я. – Я просто гулял. Ночной Хогвартс великолепен, и я решил не упускать возможность им полюбоваться. Только самую капельку увлекся и потерял счет времени. А когда вернулся, Полная Дама уже куда-то ушла. Я долго стоял в коридоре, ожидая ее появления, но вконец замерз и решил позвать тебя. Я же знаю, что ты частенько засиживаешься здесь допоздна. Вот и вся история! А сейчас…