Проект "Триада" (СИ)

Ничего съедобного для людей на борту чистильщика не было, только вода. И та, мутная, затхлая и тёплая, от которой у Билла вновь и вновь выворачивало желудок наружу. Радек держался лучше, смачивая губы мерзкой, но спасительной влагой. Захваченный пилот пил и ел только по его приказу, самовольно отказываясь от воды и пищи. И вообще, был в любой момент готов сковырнуть себе хитиновый щиток в области шеи, чтобы наконец закончить свой плен. Радек периодически отрубал его сознание и отдыхал, устроившись на Билле — по теням под глазами, по бледности кожи было ясно, что эмпат действует на пределе своих возможностей. Но помощи напарника он больше не просил.
Неизвестно, добрались бы они до станции «Оушен», если бы не патрульная триада, которая встретилась им через сорок часов после прыжка. И тут до Билла дошла злая ирония их ситуации — передать в штаб ценнейшие сведения, выбраться живыми из чрева пожирателя, угнав вражеский корабль, чтобы… погибнуть от человеческих орудий! Биокорабль с ходу выдал заряд — металлический корпус более крупного чистильщика содрогнулся, на долю секунды пропала гравитация.
— Я попробую позвать их, — Радек, зажмурив глаза, видимо, попытался обратиться к нейронной сети триад, но ничего не произошло, и корабль, развернувшись, скрылся.
Зато ситуацией воспользовался риттаи — его Радек успел отпустить, сосредоточившись на ментальных сигналах, — и таки совершил самоубийство: из раны на шее вытекала вонючая жёлтая жижа.
— Блядь! — выругался Билл, который от отчаяния и из последних сил долбанул кулаком в металлическую переборку, разбив костяшки в кровь. — Теперь мы и перемещаться не сможем, курс слетел после атаки!
Радек молча придвинулся и положил ему голову на плечо. Оставалось только ждать. Не было даже сил, чтобы убрать труп риттаи, — они были выжаты до предела. Билл поймал себя на мысли, что рвотных позывов у него не было уже довольно долго — привык и к смраду, и к вонючей воде, и к виду мерзкой крови инорасника, которая неспешно растекалась по загаженному полу.
Их было пять — стандартная боевая группа триад. Радек встрепенулся и, сжимая до побелевших костяшек ладони Билла, пытался войти с ними в контакт. К чести пилотов, они не начали атаковать дрейфующего чистильщика, хотя ни Билл, ни даже Радек не могли понять, слышат ли их. Знают ли, что на борту свои…
Дальше всё было как во сне — люк корабля вскрыли, запуская свежий прохладный воздух. От кислорода голова начала кружиться сильнее, и Билл провалился в темноту, чувствуя, как его пальцы расцепляют с пальцами Радека. Вопреки отрывистым размышлениям Билла, они оказались в доках крейсера, а не в открытом космосе — когда успели только?
Прохладное нутро медкапсулы обволокло, инъекции седативного он уже не почувствовал. А потом, при каждом вдохе, когда сознание выныривало на поверхность, Билл слышал один и тот же вопрос: можно ли сканировать? Он мысленно соглашался, вновь проваливаясь в забытье. Казалось бы, его мозг был раскурочен бесконечными чтениями: кто-то из менталистов действовал аккуратно, а кто-то — разгребал массивы воспоминаний, не заботясь об ощущениях их владельца.
Наконец Билл понял, что их доставили глубоко в тыл, — на планетарную станцию «Ривер». Только перед стыковкой с орбитальным лифтом его с Радеком выпустили из медкапсул. Оба больше не напоминали живые трупы, но Радек выглядел болезненно — Билл сочувственно потрепал его по плечу. Видимо, напарника сканировали более тщательно.
— Ты как? — в присутствии конвоя говорить о чём-то конкретном не представлялось возможным.
— Пойдёт, — тряхнул головой Радек.
— Лодж, Камински! Генерал Раш вас ожидает, — женщина в форме с лейтенантскими нашивками ждала их возле шлюзового коридора крейсера.
 
Военная база находилась на терраформированной планете — после спуска на лифте на поверхность, пилотов «Лисы» посадили в аэрокар и доставили к огромному зданию, в котором, как выяснилось, располагался штаб земных сил.
— Орлы! — встретил их генерал. — Того, что вы с собой привезли, хватит на мешок медалей. Что удивительно, в вашем случае — не посмертно!
— А остальные триады группы? — спросил Билл.
— «Тигр-2» вернулся на «Цунами», а «Выдра-6» — нет.
— Они встретили пятого пожирателя? — сделал вывод Радек.
— Именно так, — Раш разглядывал пилотов, а потом начал свою речь: — Поскольку «Лиса» погибла в бою, то нужно определиться с вашим будущим. Лодж, предлагаю тебе место инструктора на «Вортекс». Заодно и боевой дух ребят поднимем. Дай мне пару дней оформить перевод, — Билл кивнул. — Камински, думаю, твой воинский долг полностью погашен. Можешь отправляться домой на Старую Землю. Наградные приказы отправим туда, заслужил.
— А что с проектом «Оушен»? — решился на вопрос Радек.
— Не вашего и не нашего ума дело, — отрезал генерал.
Лейтенант проводила их до служебных комнат в жилых блоках, где каждый прошёл в свою дверь. Биллу не хотелось расставаться с Радеком ни на минуту, но он понимал, что это конец. Теперь уже ничего не связывало отчаявшегося в прошлом пилота и сильного менталиста, которому меньше, чем через месяц, исполнится двадцать два. Всё-таки исполнится! И встретит он свой день рождения в кругу семьи и любимой девушки, постепенно забывая месяцы службы, как страшный сон.
В душе Билл пытался смыть с себя не только гель медкапсулы и уже въевшуюся под кожу вонь дохлых риттаи, но и свою боль. Получится ли забыть всё то, что было? Вряд ли. Может, и не стоит забывать, а наоборот, хранить те моменты, когда пилигрим путешествовал с попутным ветром?
Радек постучался к нему где-то через полчаса. Зашёл молча, без спроса присел на узкую, застеленную землистого цвета покрывалом кровать и посмотрел серо-голубыми в естественном свете глазами. В них была грусть и благодарность. Умиротворение.
— Лайнер через час, проводишь? — наконец сказал он.
— Конечно, — выдавил из себя улыбку Билл.
В космопорту не было людно, видимо, здесь, на «Ривер», ещё не просочились вести о наступлении риттаи. Радек старался не смотреть на Билла, а тот, наоборот, не спускал с него глаз: пытался запечатлеть в памяти его образ. Слишком многое хотелось сказать, но ведь Радек и так его услышит. Слушает прямо сейчас. Билл сглотнул ком, сдавливающий горло, в глазах щипало. Но ему не было больно — неожиданно в душе поселилась тихая грусть.
Хотелось поцеловать Радека на прощание, но Билл решился только коснуться ладонью его свежевыбритой щеки. Тот мягко улыбнулся и потёрся о руку.
— Удачи тебе, Пилигрим, — глаза, казалось, стали светло-голубыми — в них отражалось полуденное небо.
— И тебе, Ветер, — Билл кивнул, провожая направляющегося к терминалам Радека.
Крикнуть вслед? Зачем? Всё кончено! Нет, не так — всё у Радека только начинается. Теперь Билл был уверен, что жизнь его мальчика сложится хорошо: даже если после случившегося второй раз войти в реку с девушкой не выйдет, то он обязательно найдёт себе другого человека. И полюбит. Сам. По своей воле. И любовь будет взаимной. К тому времени, даст космос, война завершится. А значит, Радека ждёт долгая и счастливая жизнь… Билл настолько увлёкся размышлениями, что не заметил, как Радек вернулся и, буквально снося его с ног, крепко обнял.