Вий (СИ)

— И правда, — Александра хихикнула. — Сию секунду, господин Давыдов! Извольте обождать.
Она упорхнула. Евгения предложила мне сесть, позвала слугу и приказала принести кофе. Наклонившись ко мне, доверительно сообщила:
— В Сашеньку безумно влюблен господин Ползунов.
— Да что вы? До сих пор мне казалось, что предмет любви у господина Ползунова единственный, и он не одушевлённый.
— Да-да! Это совершенно точно. В последнем письме он ей и так и написал.
— Что безумно влюблён?
— Ах, ну нет, конечно! Кто же об этом напишет напрямую?
— Н-ну… — я посмотрел в зеркало, висящее в простенке.
— Никто! — категорически объявила Евгения. — Ни один воспитанный человек!
— Н-да. Повезло мне, что не воспитанный… А Ползунов как написал?
— «Дражайшая Александра Дмитриевна». Не «уважаемая», а «дражайшая»! Понимаете?
— О, да. Теперь понимаю. Ясный день, безумно влюблён.
— Вот! А я что говорю?
Александра прискакала уже минут через десять. В новом платье, шляпке, даже волосы уложены по-другому.
— Восхитительна! — одобрила Евгения. — Он падёт к твоим ногам сей же миг! Не забудь подписать у него банковские бумаги. Вот, я приготовила, — она протянула сестре кожаную папку.
— За кого ты меня принимаешь, — обиделась Александра. Открыла папку, быстро пролистнула. — Да, всё на месте! Благодарю, Женечка, не скучай. Владимир Всеволодович, я готова.
— Вашу бы готовность, Александра Дмитриевна, да некоторым главам охотничьих орденов, — проворчал я.
Обнял Александру за талию. В следующий миг мы оказались в доме Ползунова.
* * *
Комната была заперта, из замка торчал ключ. Я отпер дверь. Мы вышли в коридор.
— … да это просто несусветная глупость! — прогрохотал от кабинета Ползунова его голос.
— Ах, несусветная⁈ — взвизгнул некроинженер. — А вы читали о последних исследованиях британских учёных?
— Я вижу то, что видят мои глаза! Вы хотите сказать, что это будет работать⁈
— Я абсолютно убежден, что это будет работать!
— Нет!
— Да!
За дверью кабинета что-то оглушительно грохнуло. Судя по всему, об эту самую дверь и разбилось.
От двери отпрянули лакей и кухарка.
— Что за шум? — спросил я.
— Ох, господин Давыдов! — лакей бросился ко мне. — Как хорошо, что вы прибыли. Изволите ли видеть — с ночи друг на друга орут! А мы и заглянуть боимся, не то что завтрак подавать.
— Пэпэльнитсу раскол-лотили, — грустно добавила кухарка.
— Может, барышню фарфоровую? — предположил лакей. — С каминной полки.
— Н-нэт. Пэпэльнитсу…
— Разберёмся, — пообещал я.
Распахнул дверь. Крайне удачно — мне в лоб летела фарфоровая статуэтка. Видимо, та самая барышня. Пришлось поймать.
Ничего такая барышня, фигуристая. Из одежды — золотые сандалики и веночек на голове. Хороший стиль, мне нравится.
— Красивое, — похвалил я.
Поставил барышню на каминную полку. Обвёл взглядом кабинет Ползунова. Битва тут шла не на жизнь, а на смерть.
Стол, пол, подоконники — всё завалено бумагами и деталями механизмов. Школьная доска в углу исчеркана мелом, а накурено так, что хоть топор вешай.
Я прошёл к окнам, открыл.
— Доброго дня, господа, — вежливо сказала Александра. — Надеюсь, мы вам не помешали?
Присела на корточки и принялась собирать бумаги.
 Глава 19 
— Ах, ну что вы, — Ползунов бросился к ней. — Право же, не стоит беспокойства! Здравствуй, Владимир. Прошу извинить. Мы с Юлианом Юсуповичем немного повздорили.
— Да ну, брось, — я поднял с пола перевернутое кресло. Стряхнул с него клочки разорванных в ярости бумаг. — Это разве повздорили? Вот друг мой Харисим на днях повздорил. С пятерыми. Так кабатчик после печника вызывал, печку перекладывать. И окна заново вставлял. А у вас тут — так. Рабочие вопросы.
— Да-да! — кивнул Ползунов. — Именно, что рабочие!
— Так-то мы, Владимир Всеволодович, ладим, — вмешался некроинженер, — не сомневайтесь! Иной раз бывают, конечно, небольшие разногласия…
— Но совершенно не большие, — поспешно подтвердил Ползунов. — Можно сказать, никаких разногласий нет.
  
Они переглянулись. Выглядели оба, как провинившиеся школьники.
— Но у нас уже есть, чем похвастаться! Вот, взгляните!
Ползунов указал в угол. Я подошёл. Обалдело проговорил:
— Э-э-э.
То, что стояло в углу, больше всего напоминало огромного паука. Металлического, на восьми ногах. Две передние конечности подняты, каждая сжимает по двустволке.
— В отличие от предыдущей модели, способен с очень приличной скоростью подниматься по любым поверхностям, — сказал Ползунов. — Стреляет одновременно в двух противоположных направлениях. Скорострельность также увеличена. А самое главное — сырьё! Нам удалось создать аналог того, что использовал Троекуров. Всё, что требуется образцу для работы — амулет.
— Мощный амулет! — поднял палец некроинженер.
Ползунов вздохнул.
— Увы, да. Мощный и весьма громоздкий… И сейчас мы как раз решаем эту проблему.
— Круто! — оценил я. Потом подумал ещё немного и задал вопрос, который буквально напрашивался: — Так, а материал-то какой?
Легко можно было забыть, что мой-то терминатор создан из переработанных костей охотников. Я, конечно, не мог даже предположить, что Ползунов хотя бы подумает в сторону производства из того же самого сырья. Может, он и наглухо отбитый изобретатель, но в первую очередь производил впечатление нормального человека, который не станет мараться в подобных предприятиях. Впрочем, что я знаю об отбитости изобретателей…
— Сплав стали и костей, — сказал Юлиан Юсупович.
Твою ж мать…
— Про кости немного подробнее, — попросил я, понимая, что день, вполне возможно, придётся напрочь перепланировать. Потому что есть вероятность, что сейчас мне придётся снести голову гражданскому человеку. А потом долго-долго объяснять свой поступок всяческим официальным лицам. Начиная с Авроса. Хотя нет, стоп. Я ж ушёл из Ордена Падающей Звезды. И даже до сих пор не зарегистрировался в качестве самозанятого охотника. Значит, судить меня будут как гражданского, а это — совсем задница.
Хороший, кстати, вопрос: а если накосячит глава зарегистрированного ордена — он перед кем отчитывается?..
— Кости — они и есть кости, чего о них разговаривать, — отмахнулся некроинженер. — Главное, что вы должны понять…
— Главное, что мне нужно понять — что это за кости, — перебил я.
— Ну уж явно не обычные, коли уж мы говорим о сплаве!
Правая рука у меня начала подёргиваться. Может быть, Ползунов это заметил, а может, просто решил внести свою лепту в разговор. Скорее второе. Вряд ли после целой ночи напряжённых обсуждений у него так уж хорошо работает наблюдалка.
— Мы заключили договор с МОДом.
— С кем⁈
— МОД — это Министерство Охотничьих Дел, — пояснила Александра, наконец, сумевшая оторвать взгляд от монструозной конструкции.
— Вы совершенно правы, — кивнул Ползунов. — Согласно договору, мы разово получили необходимое количество сырья. Собственно, это были даже не кости, их уже переплавили в слитки. Такие вещи решаются достаточно быстро, когда ты управляешь предприятием государственного значения.
Я выдохнул и расслабил руку. Ну, значит, не совсем они поехавшие — эти изобретатели. Просто я привык в первую очередь на всякий пожарный случай думать о человеке плохо. Чтобы потом не было мучительно больно разочаровываться.
— Осознал. Ну, так и что я там должен был понять?
— Техническим заданием было следующее, — твёрдо взял презентацию в свои мозолистые руки Ползунов. — Первое: полностью управляемый конструкт, способный вести бой с тварями. Второе: добытые им родии должны перенаправляться хозяину конструкта. Первая часть задания оказалась самой простой, дело лишь за амулетом, но тут нам, вероятно, необходима консультация специалиста.
— Это обеспечу. А по второй части?