Чудесное снадобье

Кристофер грозно нахмурился, и Сьюзан почти пожалела несчастного журналиста, не имевшего представления о том, с кем он связывается.
— Полагаю, вы объяснили ему, что он не совсем прав, — сказала она с полуусмешкой.
— Более чем внятно. Я ему сказал, куда ему следует идти и где я видел его репортажи. Терпеть не могу наглецов, а тем более когда они не понимают нормального английского языка. Я с дороги, не завтракал, не выпил даже чашечки кофе, а ко мне еще будут приставать какие-то молокососы!.. В общем, он вылетел как ошпаренный.
— Значит, мы его вряд ли увидим здесь, — засмеялась Сьюзан. — Правильно ли я поняла, что вы еще не пили кофе?
— Да. К тому времени, когда мне удалось отвязаться от него, пора было просматривать картотеку — мне нужно было уточнить кое-какие результаты обследований моих больных.
— Ах, да, я и забыла, что у вас сегодня дежурство в больнице. — Сьюзан быстро приготовила в электрокофеварке кофе и разлила его по двум чашкам. Кристофер, рассеянно кивнув, взял чашку.
Сьюзан негромко поинтересовалась:
— Какой-то серьезный случай?
— А? — Он отодвинул от себя список и поднял глаза на Сьюзан. — Серьезный? Нет, не совсем так. Вывих бедра у ребенка. Нужна операция. Не так-то просто ставить перед подобным фактом родителей.
Только теперь Сьюзан поняла, почему Кристофер был так напряжен и взвинчен, когда она вошла в комнату. Получалось, что не одна она страдала от тяжелых обязанностей, которые накладывает профессия врача.
Взяв кофе, Кристофер направился к двери.
— Пожалуй, я начну, иначе застряну здесь до ленча.
— Вы же, кажется, не работаете в больнице по утрам?
— Не работаю. Просто там временно изменили график. Проблема с кадрами: мы открыли новое крыло, и пока что приходится вести прием с десяти тридцати. В общем, дела, дела, дела…
Работа как наркотик, подумала Сьюзан. Лишь бы быть чем-то занятым — вот в чем все дело. Кристофер у самой двери остановился, а потом повернулся к ней.
— Вы сказали, что вам приходится решать сразу несколько проблем. Что вы имели в виду? Максимилиана или отца?
— Обоих, — со вздохом сказала Сьюзан. — Я считала, что до мельчайших деталей продумала воспитание сына, оказалось, это заблуждение. Няня, которую я наняла для ребенка, переметнулась на новое место. Она только-только начала находить с ним общий язык, и я так этому радовалась, но… Видимо, и ее терпению пришел конец. А может быть, ей просто захотелось повидать мир: она нашла новую работу в Швейцарии.
— Кому-то повезло, — сухо подытожил Кристофер.
— Кому-то, но не мне. Мать все хлопоты взяла на себя, но отец в больнице, и иметь на руках ребенка — это слишком обременительно для нее. — Сьюзан обреченно вздохнула и растерянно посмотрела на Кристофера.
— Попробуйте поговорить с женой Джеймса, не возьмется ли она присмотреть за Максимилианом. Она жаловалась, что, когда оба ее мальчугана уходят на занятия, ей совершенно нечем заняться. Думаю, она с радостью ухватится за ваше предложение. Максимилиан отлично ладит с Алексом и Джорджем, так что в выигрыше окажутся все.
Сьюзан задумалась над его предложением.
— Но Шарон собиралась вернуться в Центр на должность медсестры. Захочет ли она связываться с какой-то новой работой?
— Насколько я понял со слов Джеймса, она совершенно не торопится с возвращением на прежнюю службу. А потом, я всего лишь предлагаю спросить у нее.
— Да, над этим стоит подумать, — сказала Сьюзан задумчиво, но тут же со вздохом продолжила: — Нет, ничего не получится. Максимилиан слишком беспокойный ребенок, чтобы взваливать заботу о нем на знакомых. За последнее время у него было слишком много перемен в жизни, он стал вспыльчив, то и дело перечит…
— И все же спросите, — сказал Кристофер. — Зачем раньше времени придумывать себе трудности?
Он взялся за дверную ручку.
— Вы собираетесь к отцу в больницу? — спросил он.
— Да. Я специально договорилась об изменении графика, чтобы иметь такую возможность, — ответила Сьюзан.
Кристофер кивнул. Нахмурившись, он произнес:
 
— Скоро вы будете знать, что именно вам подбросила судьба.
Он распахнул дверь и быстро вышел из комнаты. Секундой позже раздался звонок, и дежурная медсестра объявила о начале приема. Сьюзан со вздохом занялась своими бумагами.
— Слава Богу, он сегодня в более-менее приличном настроении, — вполголоса заметила медсестра. — Мы тут вздохнуть боимся в его присутствии. Раньше я его боялась как огня, но постепенно привыкла. Какое счастье, что он хотя бы не женат. Нужно быть ангелом, чтобы сносить такой характер.
Медсестра на секунду задумалась.
— А впрочем, может быть, женитьба повлияла бы на него положительно. Кто знает?..
— Не думаю, чтобы в ближайшем будущем произошло что-либо подобное, — рассеянно ответила Сьюзан, набрасывая на листке из блокнота адрес.
— Вероятно, вы правы. После неудачной помолвки он всячески остерегается, чтобы не влипнуть в новое недоразумение. — Девица хихикнула. — Он слишком быстро делает ноги, чтобы его можно было охомутать.
Сьюзан изобразила улыбку. По сути дела, медсестра выразила словами то, о чем она сама думала.
Снова обращаясь к работе, она спросила:
— Вы не могли бы связаться со службой помощи престарелым и с «Обществом вечнозеленых»? У меня есть одна пациентка. — Сьюзан вкратце объяснила ситуацию с миссис Бенсон. Медсестра тут же записала поручение. — Да, еще было бы неплохо, если бы вы связались с передвижной библиотекой.
— Все сделаю, — заверила медсестра. — Она очаровательная старушенция, эта миссис Бенсон. Только тихая очень, слишком замкнутая. Не беспокойтесь, я позабочусь о том, чтобы все было хорошо.
— Спасибо вам.
Сверив наручные часы с висящими на стене, Сьюзан двинулась в кабинет, где Кэтрин Маркхэм должна была второй раз за утро сдавать кровь на анализ.
Будущая мама вместо того, чтобы сидеть в кресле перед столом, лежала на кушетке. Напротив, на доске объявлений были развешаны яркие детские рисунки на тему «Дракулы», они изображали человека с кровожадной ухмылкой и длиннющими зубами.
— Все нормально? Все в порядке? — с беспокойством спросила Сьюзан.
— Чуть тошнит, — сказала Кэтрин. — Пришлось прилечь.
Сьюзан оглянулась на медсестру, спешно наливавшую пациентке чашку чая.
— Это у нее при виде иглы, — пояснила пожилая женщина, свирепо сверкая глазами. — Прямо-таки позеленела и чуть в обморок не упала.
— Да еще от того отвратительного пойла, которое вы мне дали, — парировала Кэтрин. — Там один сахар — уж очень приторно. А потом они из меня всю кровь выдавили в свои пробирки — до последней капли. Боже, я до сих пор не могу прийти в себя.
— Ну, моя хорошая, — терпеливо сказала сестра, — вторую пробу вы сдали, так что можете позволить себе чашечку чая. Еще один анализ, и вы сможете пойти домой. Ну как, вам уже лучше?
— Немного. Спасибо. — Кэтрин осторожно села и взяла из рук медсестры чашку. — Очень кстати.
— Полежите еще немножко, — сказала Сьюзан. — На всякий случай, для страховки. На неделе мы получим результаты анализов, и когда вы придете на очередной прием, мы с вами все обсудим.
Сьюзан вышла из комнаты и в коридоре остановилась возле полочки с медицинскими брошюрами, потом бросила взгляд на вывешенные тут же плакатики с информацией о преимуществах гормональной терапии. Напротив располагался кабинет Кристофера, и когда из двери вышел очередной пациент, Сьюзан робко заглянула в комнату.
— Можно вас на пару слов, прежде чем придет следующий больной? — спросила она.
— Пара слов? О чем? Мне нужно взять новые плакаты в кабинете Джона.
Казалось, Кристофер без всякого энтузиазма воспринял мысль о беседе, но Сьюзан уже начала разговор и отступать не собиралась.
— Я как раз по этому поводу. Речь идет о пациентках с задержкой месячных. Я уже говорила, что меня буквально засыпают вопросами о гормональной терапии, и я убеждена, что пришла пора просветить женщин в этой области более основательно.