Ком-5 (СИ)

Элечку Юсупову папаша, во избежание, из университета забрал. Ходили слухи, что он, вроде бы, хотел спешно выдать её замуж, но что-то там расстроилось. Мне это неинтересно было, если совсем-то честно.
Больше меня радовало заверение Ивана, что моему дому назначена охрана, и её невидимость лишь свидетельствует о том, что дело своё ребята выполняют хорошо.
СВЯТКИ
Потихоньку подошло к концу первое учебное полугодие, вторая половина декабря была, как положено в высшем учебном заведении, наполнена экзаменами и зачётами, которые я частью сдавал, а частью принимал.
  
Торжественно встретили Рождество. Наши иркутские практически полным составом на праздники в Кайеркан поехали, а я подумал, что для женщины, беременной двойней, тяжеловатое это будет испытание, и в Новосибирске остался. Так что мы с Симушкой встречали праздники в большом дружеском кругу.
Свадьба Петра и Сонечки была назначена сразу после Святок. Девочки нынче планировали посидеть тихо-мирно, почти по-домашнему, поскольку Маша ещё сильно к ребёнку привязана, а Даша с Серафимой не особо легки на подъём.
Но это ведь не значило, что мужская часть компании тоже будет сидеть на попе ровно? К тому же рождественские каникулы оставляли нам некоторое пространство для манёвра. Времени — навалом. Можно и подурить.
СОБРАНИЕ
— Господа, я созвал вас на торжественное собрание, посвящённое предстоящему проведению моего мальчишника. — Витгенштейн был взволнован и одухотворён. Короче, его несло.
— Петя, ты что — по папиной просьбе в канцелярских комитетах пересидел? — заботливо приобняв его, спросил Серго.
— В смысле?
— В коромысле, как говорит наш друг Илья! Ты чего такими длинными и… э-э… приглаженными фразами вдруг разговаривать стал?
— Не знаю. Может, боюсь я? Вам — хорошо, отстрелялись уже, а мне ясно-понятно намекнули, что если повторится хоть что-то их ваших мальчишников… — Петя горько вздохнул, — ушлют куда-нибудь на Аляску, золотодобытчикам лопаты продавать и чеснок учитывать.
— Почему чеснок? — не выдержал Михаил.
Князь Дашков как-то незаметно и органично влился в нашу шайку-лейку, разбавив своей огненной непосредственностью уже привычный круг.
— Цинга там у них — постоянное явление. А чеснок и лук — первое средство от цинги, — пояснил Петя. — Туда его аж кораблями везут, и всё равно в прибыли остаются.
— Поня-ятно, — протянул Дашков. — А почему на месте не выращивают?
— Да я-то откуда знаю? Я что — агроном, сын агронома?
— Просто интересно человеку, чего ты дёргаешься? — Иван отпил кофе. — Ты давай от главной цели не увиливай. Итак, у тебя планируется мальчишник. Поскольку две основные темы мы для такого случая уже исчерпали, а повторяться — моветон, остаётся ещё одна нераскрытая тема. Но, боюсь, нам за неё головы пооткручивают. Мне — так точно.
— Это какие ещё темы? — не выдержал Дашков. — Мне же тоже предстоит, хм… Я надеюсь…
— О! У вас с Есей?.. — оживился Пётр.
— У нас всё нормально, — сразу отбрил его Михаил, — но сейчас пока рано о чём-то говорить. Ты вот о своих планах ещё не рассказал, а Иван про три этих темы недоговорил.
— Ну с темами всё предельно понятно. Традиционные моменты мальчишника — это пьянка, — Сокол ткнул пальцем в себя, — разгульная драка, — палец ткнулся в Багратиона, — осталось последнее, чего не было ни на одном из перечисленных мальчишников: легкодоступные девицы. Была одна стриптизёрша, так её Серго зарезал, пока торт делил…
— Да ну! Обалдеть! — выпучил глаза Дашков.
— Не было там никого! — возмутился Серго.
И, что характерно, кричали одновременно.
— Ладно-ладно, не горячись, Серго, не было — так не было! — Иван примирительно поднял ладони. — Забыли!
— Ваня, ты дошутишься! — сердито рыкнул Багратион.
— Всё, всё, извини. Но, возвращаясь к мальчишнику — господа, я категорически не согласен применить последний из оставшихся вариантов. Мне моя жизнь дорога. Погибнуть за Россию — пожалуйста, а вот быть замороженным женой из ревности? Я отказываюсь. Совсем не геройская смерть, вы не находите?
— Ты абсолютно прав, дорогой! — мудро согласился Серго и чему-то мечтательно улыбнулся.
— Итак, возвращаемся к нашей теме. Вопрос: как нам провести прощание князя Витгенштейна с холостяцкой жизнью, при этом не оконфузившись банальным повторением и не навлекая на себя гнев?.. — Сокол кивнул вверх.
— У меня есть идея — как, в принципе, соблюсти все эти ограничения и главное, господа, главное — ничего не разрушить! Я собирался вам её представить, пока меня не перебили! — Пётр, оглядел нас и выжидающе замолчал.
— Давай уже, не тяни кота за…
— Господа, мы полетим в нашу дальнюю провинцию. На Гавайи! — он торжественно предъявил рекламный туристический проспект. — Тёплое море, солнце — что из наших снегов уже выглядит завлекательно. Вулканы! А какие там национальные костюмы, особенно у девушек — м-м-м-м!
— Какие? — не выдержал Дашков.
— Травяная такая юбка и венок из цветов на шее, — со знанием дела пояснил Иван.
— И всё?
— И всё, — лекторским тоном подтвердил Витгенштейн. — Там ещё всякие браслеты, ожерелья, но в нашем случае это же совершенно не мешает! На шестой странице можете посмотреть.
Дашков с любопытством принялся листать книжечку.
— Но мы же не будем?.. — с сомнение протянул Сокол, кося в сторону ярких картинок одним глазом.
— Именно! — уверил Петя. — Я тоже жить хочу. Мы ничего не будем! Кроме как смотреть!
— Если только так, — Иван с неугасающим сомнением потёр подбородок. — А то с наших девочек станется превратить нас в тройку с ледяными бубенцами. Будем оправдываться, побрякивая.
— Вах! — оценил этакую мысленную картинку Серго и непроизвольно сел прямее, поджав ноги.
— Да успокойтесь вы! Там же не дикое место, организованный курорт, всё достаточно прилично. — Витгенштейн предпринял последнюю попытку уговорить сомневающегося Сокола, зайдя с козырей. — В прошлую зиму туда деда с бабушкой летали. Экзотика же — из зимы в лето. Так даже бабуле понравилось, хотя она у нас старушка весьма суровых нравов, ты же её знаешь! Уж если Анна Николаевна одобрила, то уж остальные вообще заткнутся!
— Ну если Анна Николаевна… — протянул Иван.
— Вот именно, если сама, то к нам никаких претензий быть не может! Море, пляжи, кокосы эти…
— Хватит агитировать! — Серго слегка расслабился. — Давайте прикинем лучше, что с собой прихватить, чтоб никуда не метаться?
— Вот у меня уже есть предварительные прикидки, чего и сколько надо. — Петя помахал листочком. — Из расчёта на то, что полетим на Имперском скором.
— Это что по времени? — уточнил Дашков.
— Сутки плюс-минус три часа в один край. Потом день там — за глаза хватит — и домой. А?
Сокол оценил список еды и выпивки:
— Идея нормальная. Жизнеспособная идея, но тратить три-четыре дня на мальчишник — не жирно?
— Так, собственно, сам мальчишник же только день — остальное-то дорога. И самое главное, мы ничего тут не разрушим, не поломаем, не напугаем… Там есть совершенно пустынные места! А какие там вулканы! Тебе полезно будет, — Пётр ткнул пальцем в Дашкова, — самая твоя энергия, прям в сыром виде. На одном острове аж целых пять штук!
— Здорово! Я только на камчатских был, но там холодно.
— Нормально там, — не согласился я. — Ты севернее не был! Там, где сейчас мост строят, вот там холодно!
Короче говоря, не особо мы препирались, больше трепались, сбиваясь на всякие попутные темы. А самое забавное началось, когда Иван вдруг предложил взять пару-тройку шагоходов.
Петя вытаращил на него глаза:
— Сокол, ты в своём уме? Зачем⁈
  
— Гонки устроим по пустынной пересечённой местности! Чем развлекаться-то, раз уж баб того-этого нельзя?
А мне эта идея понравилась!
— Правда, Петь! К вулканам собрались — дорог-то там, поди, нету. Пешком по тропиночкам ноги бить будешь? Так-то всего один день запланирован.
— Правильно, — горячо поддержал нас Дашков. — На шагоходах быстро обернёмся! Я, может, подольше на эти экзотичекские танцы посмотреть хочу? Пока свободен и вообще. И рыбу эту огромную поесть. Как она? Тумец?