Рыжий сводник для убежденного холостяка (СИ)

Пивоварова, девушка захлопнула дверь, едва не прищемив рыжий хвост.
К счастью, Филя был шустрее, и пока в замке проворачивался ключ, он успел спрятался под кровать.
Грабовский только поднял бровь, наблюдая за рыжей молнией, но вновь смолчал. Слишком непростая это
была история, чтобы вмешиваться, да и спасать пока никто никого не просил. Он медленно открыл свой
блокнот и что-то начал писать.
По понурому виду выходящего из подъезда мужчины трое друзей поняли - общение не удалось. Эта
Василиса портила все их планы. Еще два дня назад казалось: пара спелась. Впереди виделись частые свидания, торжественная роспись в ЗАГСе и переезд друга в Минск. Обиднее всего было то, что Кир даже не изменял
девушке и порвал с прежней фантастической красоткой!
Димка от злости стукнул по капоту, Лешка по колесу, а Гоша в ужасе наблюдал, как друзья избивают его
любимую машину.
- Ну что, Ромео, Джульетта все еще в состоянии аффекта? - спросил Гошка, когда Кир подошел ближе.
- Эх, чего ж ты не взял фикус... - рассматривая побитого друга, посочувствовал Лешка. - Она бы ту кадку
даже не подняла... Столько бабла угробил...
- Хватит думать о моих деньгах! - прекратил все дебаты Кир. - Я с ней даже поговорить не смог. Ничего
сказать не успел.
- Ну, так иди назад! - хором отозвались трое.
- Вам легко сказать. Она дверь больше не откроет. Как я до нее дозовусь? - потом посмотрел по сторонам и
добавил. - Филька тоже пробовал. Не вышло. Надо бы его найти...
Димон, все это время не участвовавший в беседе, полез за мобильным в карман куртки. Он долго искал
какой-то номер телефона в мудреной адресной книжке и, наконец, принялся звонить.
- Эта мадам от нас так просто не скроется! - заверил он друга. - Сейчас все будет!
Димон отошел в сторонку и стал о чем-то переговариваться. Трое оставшихся поняли, что имел ввиду
товарищ, только через пятнадцать минут, когда, гудя сиреной, во двор въехала машина МЧС с
телескопическим подъемником.
От неожиданного поворота событий Гоша с Лешей присвистнули.
- Вот все-таки хорошо иметь друга пожарного! - восхищенно заметил последний.
- Короче, Кир. У тебя двадцать минут, - инструктировал Дима. - Полезай в люльку, до Васькиного окна на
четвертом ребята тебя вмиг подбросят. Там уж как-нибудь сам. Главное не теряйся, времени мало, машине еще
на пожар ехать.
- Ты сдурел? - ошалело спросил Кир.
- Я - нет, а вот тебя мы сейчас втроем к этой кабинке привяжем, если по доброй воле быстро не полезешь!
Мужчина с сомнением осмотрел хлипкую на вид конструкцию с проржавевшим креплением, но делать
было нечего. В следующую минуту опытный водитель под руководством Лешки уже направлял подъемник к
окошку с веселенькими занавесками на четвертом этаже. Именно там находилась спальня Василисы.
Девушка чуть не грохнулась в обморок, когда в стекло вежливо постучали. Мелкими шажками она
направилась к плотным занавескам. В голове крутилась только одна гипотеза, но она была совершенно
фантастической.
Когда улыбающееся лицо Кира показалось за окном, Василиса поняла: в жизни есть место и для
фантастики!
Это был он. Боль и отчаяние полоснули по сердцу. Это еще недавно любимое лицо, красивые глаза, губы -
весь он превратился в неиссякаемый источник боли, тоски по несбыточному. И вот вновь рядом.
Как он смеет на нее так смотреть? Стоит за окном, такой родной, желанный, но слишком опасный. Сколько
еще вынесет ее сердце? Оно и так рвется на части от желания простить и ненависти за предательство. Нет, в
это болото она второй раз не полезет.
46 
Мужчина что-то говорил, но двойной новенький стеклопакет превращал его речь в несуразную
пантомиму. Пришлось открыть окно. Занятая делом, Василиса даже не заметила, как в это время в спальню
просунулись две любопытные головы. Ни Вика, ни Грабовский не могли пропустить шоу!
- Вот до чего ты упрямый осел! - уже кричала Василиса. - Я ведь четко сказала, что не желаю тебя видеть и
 
слышать!
- Милая, ну хотя бы одну речь я могу произнести. Даже закоренелому преступнику полагается звонок
адвокату, - он в молитвенном жесте сложил руки и заморгал длинными ресницами. - Я тебя очень прошу.
- Пивоваров, ну ты подонок! Ты мне и так уже сердце разбил. Добавки захотелось?
Василиса осмотрелась по сторонам, думая, чем же в него запустить. Первым под руку попались
собственные тапочки. Не целясь, она швырнула их прямо в голову Кира и только на сантиметр промахнулась.
Пивоваров, ожидавший такую реакцию, крепко схватился за ледяной металлический поручень. От каждого
его движения кабинка устрашающе качалась.
Девушка снова обратила свой взор в комнату. Если он не понимает, так, значит - пора кидать что-то
потяжелее!
Руки сами схватили большой керамический горшок с диффенбахией. Заметив это, Вика мигом ворвалась
внутрь и, отобрав любимый цветок, сунула в руки безумной подруге скромный кактус.
Василиса уже не разбирала. Кактус пулей полетел следом за тапочками.
В этот раз Киру не так повезло. Острые колючки впились в куртку, а земля комьями посыпалась по одежде.
- Василиса, ну пожалуйста, дай хоть слово сказать. Я тебя не понимаю... - отчаянно попросил он.
- Пивоваров! Я от тебя устала, - хрипло простонала Василиса, захлебываясь внезапными слезами. - Все. На
этом наш короткий роман закончен. Давай больше не будем. Ни тебе радости, ни мне покоя.
Она со стуком закрыла окно и вышла в другую комнату.
Кир постоял еще немного. Ему было непонятно, почему она так себя странно ведет. Что-то крылось за
такой острой реакцией. Что-то нехорошее, но вот что?..
Водитель пожарной машины понял, что дело дрянь, и медленно опустил подъемник к земле. За всем этим, кроме друзей снизу, внимательно наблюдал и Александр Грабовский. Он видел собственными глазами
отчаяние на лице мужчины, видел его настойчивость. Нет, определенно этот случай кардинально отличался от
предыдущего. Он снова открыл блокнот и вписал еще одну строчку.
Кир возвратился в свою квартиру уже вечером. Думать ни о чем не хотелось. За окнами было темно, как и в
душе. Таких отпоров жизнь ему еще не давала. Как-то глупо, бездумно и болезненно. А ведь это была его
милая, простая девочка! Вот ведь у нее как: и в страсть, как в омут, и в ярость, как в пекло.
Он чуть не полез, сломя голову, в то окно, когда увидел ее, обомлевшую от удивления. Хотелось влезть, закрыть все двери и долго, мучительно сладко доказывать, как она ему дорога. Чтобы стонала под ним, извивалась и никогда, никогда даже не подумывала гнать от себя. И эта чертова майка на ней! Ну, разве можно
выгонять мужчину в одной майке?
В довершение эффекта слова ее: «Я ведь, как дура, влюбилась...». Самое невероятное признание в любви, и
с какой страстью оно было сказано! Мысли снова поскакали не в ту степь.
«Напиться, что ли?» - с тоской подумал Кир.
Через часик в гости заглянул Лешка. На лбу у него красовалась здоровенная ссадина. Он, не разуваясь, достал из-за пазухи Филю. Рыжий котенок так согрелся возле могучей груди, что мурлыкал.
- Кир, возвращаю питомца, - друг аккуратно поставил Филю на пол, пригладил шерстку и добавил. -
Девчонки слезно попросили вернуть.
- Сапоги или провода? - хмыкнув, спросил хозяин пушистого монстра. Он совершенно забыл о котенке.
- Да, как тебе сказать: ни то и не другое. Он Василисе в кровать такую лужу надул. Ей сейчас спать негде.
Кир закашлялся. Вот чего-чего, а луж в постелях Филя еще не делал.
 
- Может, у девчонок погрызть нечего было? – поинтересовался.
Лешка почесал затылок.
- Вряд ли. И... Я твоей, конечно, намекнул, что у тебя одна комната пустует...
- Так это она тебя так огрела? – хохотнул Кир. - Хорошая царапина.