Разбитая надежда (ЛП)

Это дошло до Логана. Со скрежетом зубов и сжатыми кулаками он сделал шаг назад.
Я развернулась к Джексону и ткнула пальцем ему в лицо.
— Никогда больше не целуй меня.
Болезненный вздох эхом разнесся по крыльцу. Я опустила взгляд вниз по лестнице, как раз вовремя, чтобы увидеть, как побледнело лицо Уиллы. Светлые волосы развевались позади нее, когда она убегала.
Черт возьми.
Все в радиусе сорока километров от Ларк-Коув знали, что Уилла Дун была влюблена в Джексона Пейджа.
Все, кроме Джексона.
Уилла была такой же милой и застенчивой, как и он. Около года назад она набралась смелости спросить меня, было ли что-то между мной и Джексоном. Я заверила ее, что наша любовь была чисто платонической. Так было всегда и всегда будет.
Но если бы она уловила только конец этого обмена репликами, она бы не поняла, что Джексон поцеловал меня только для того, чтобы вывести из себя Логана.
— Черт возьми, Джексон.
— Что он сделал? — спросила Хейзел, выходя на крыльцо.
— Он поцеловал меня, чтобы затеять драку с этим, — я ткнула большим пальцем в Логана, — и Уилла увидела.
Лицо Хейзел посуровело.
— Черт возьми, Джексон. — Прежде чем он смог ответить, она отвела руку назад и быстро и сильно ударила его по затылку.
— Эй! — Он поморщился, потирая затылок. — Больно.
Она ткнула указательным пальцем ему в лицо.
— Ты это заслужил.
— Бабушка, почему ты ударила дядю Джексона?
Все мы повернули головы к маленькой девочке, вылезающей из своего джипа у подножия лестницы.
— Иногда твоему дяде нужна хорошая взбучка, — заявила Хейзел, затем повернулась к Джексону. — Все миски на кухне нужно убрать на столы. Займись этим.
Его тело сжалось.
— Да, мэм.
Может, нам и за тридцать, но никто из нас никогда не шел против этого тона в ее голосе.
— Покажи мне это джип. — Хейзел оставила нас с Логаном на крыльце, в то время как Джексон исчез в доме.
Мы с ним разберемся позже. На данный момент я была просто рада, что Чарли пропустила весь эпизод с поцелуями, и ее счастливый день рождения не был под угрозой.
— Ты в порядке? — Логан подошел ко мне сзади и положил руки мне на плечи.
Я кивнула и повернулась, готовая извиниться и объяснить, но меня прервали, когда двое товарищей Чарли по футбольной команде выбежали из-за дома, сопровождаемые их родителями.
С моими объяснениями придется подождать.
Это было время вечеринки.
***
— Вот, — я протянула Логану стакан бурбона со льдом, — это не Макаллан, но должно сойти.
— Спасибо. — Он взял стакан, поставив его на колено, когда я села на диван рядом с ним.
У меня была водка в руке, но сегодня она была в стакане, со льдом и с лимоном.
— Спасибо. За сегодня.
Он протянул руку, чтобы сжать мое колено.
— Всегда пожалуйста.
Логан был великолепен на вечеринке. Он весь день был рядом со мной, знакомясь с другими родителями и очаровывая их. Я узнала некоторых других родителей лучше, чем когда-либо прежде, настолько, что пара из них настояли, чтобы я посидела с ними на следующем футбольном матче.
Из-за него не было никаких неловких пауз или разделенных групп. Он собрал нас всех вместе с самого начала, и никто, особенно я, не хотел покидать его.
Вдобавок ко всему, он был невероятен с Чарли. Он с гордостью наблюдал, как Чарли загадала желание и задула свечи. Он волновался из-за всех подарков, которые она получила от своих друзей. Когда он не стоял рядом со мной, он был у нее на побегушках, приносил ей еще один напиток, или еще закуски, или еще один кусок торта.
День и вечер пролетели как один миг, и Чарли заснула с улыбкой на лице.
Впервые и мать, и отец уложили ее в постель в день ее рождения.
— Это был веселый день. — Логан вздохнул. — За исключением той части, где он пытался поцеловать тебя.
— Ревнуешь?
— Да.
Я улыбнулась, радуясь, что он не пытался это отрицать.
— Между мной и Джексоном ничего нет. Он просто пытался вывести тебя из себя.
Мы с Джексоном поговорим завтра, хотя он уже знал, что облажался. Сегодня он держался на расстоянии, наблюдая за происходящим из толпы. Каждый раз, когда я встречала его взгляд, он был полон извинений.
 
— Мне все равно это не нравится. — Логан поставил свой стакан на кофейный столик, затем потянулся через диван. Он запустил палец в тканевый пояс моего платья, потянув его.
Я не сопротивлялась этому. Я придвинулась ближе, так что мы оказались плечом к плечу. Мне нужно было во многом разобраться, когда дело касалось Логана, но сегодня я слишком устала, чтобы сопротивляться желанию прижаться к нему, когда он положил руку на спинку дивана.
— Ей шесть. — Его голос был пропитан сожалением. — Я так много пропустил.
Мое сердце разбилось.
— Мне так жаль. Я бы хотела…
— Эй. — Он поднял руку, чтобы обхватить мою щеку. — Не надо.
— Хорошо.
Его рука упала, когда он прижался щекой к моим волосам. Я еще ближе прижалась к нему.
— Расскажи на что были похожи ее другие дни рождения.
— Они были гораздо менее захватывающими. В основном только я и Хейзел, суетящиеся вокруг нее. На самом деле, — я оттолкнулась, чтобы встать с дивана, — я могу показать тебе.
Я поставила свой напиток, затем подошла к шкафу в коридоре, достала пластиковую папку, полную альбомов с вырезками, которые сделала для Чарли.
Я отнесла папку в гостиную, улыбаясь, поставив ее на кофейный столик. Затем сняла крышку, едва сдерживая волнение, когда нашла нужный альбом и передала его.
— Начни с этого. Это ее детский альбом.
Логан отставил свой стакан в сторону, сидя на краешке стула с розовым альбомом для вырезок, разложенным на коленях. Он погладил край первой фотографии, запоминая картинку. Ту, на которой Чарли спит у меня на груди, пока я дремлю на своей больничной койке.
Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы перевернуть страницу. Я не торопила его. Вместо этого я вернулась на свое место и наблюдала, как он медленно изучал каждую деталь в пяти альбомах с вырезками.
Я потратила часы и часы на эти альбомы. Размещение фотографий. Добавление дизайнов. Отмечая важные моменты. Я составляла его каждый год после ее дня рождения. В основном я делала это для себя, чтобы мне было на что оглянуться, когда Чарли вырастет. Требовалось несколько дней, чтобы выбрать одну из сотен фотографий. Каждый год, когда я заканчивала, я говорила себе, что расслаблюсь со следующим альбомом.
Выражение чистого благоговения и радости на лице Логана заставило меня поблагодарить, что я никогда не расслаблялась.
Может, в глубине души я собирала их не для себя, а в надежде, что однажды смогу подарить их Логану.
Он изучал каждую фотографию и сувенир, прикасаясь к тем, которые, казалось, понравились больше всего. Альбом за альбомом, я сидела рядом с ним и наблюдала, как он впитывает все это.
Я рассказывала ему маленькие истории, например, о том, как, когда Чарли было два года, она ела, только если я давала ей кетчуп, который она называла «соус». Все обмакивалось. Мясо. Овощи. Фрукты. Затем я рассказала о Рождестве и Пасхе. Про ее первую стрижку и первый день в детском саду.
Несколько часов спустя, когда он дошел до последней страницы, в наших глазах стояли слезы.
— Спасибо. — Он сделал глубокий вдох, затем переплел свои пальцы с моими. — Не похоже, что я пропустил все это сейчас.
— Я рада. — Я протянула руку, чтобы обхватить его щеку, как он делал раньше, и провела большим пальцем по щетине на его подбородке.
— Черт, жаль, что я не вернулся в тот бар отеля раньше.
Раньше? Я застыла.
— Ты возвращался? Когда? Почему?
— Должно быть, прошла неделя или около того после того, как ты уволилась. Через шесть месяцев после того, как мы встретились. Я вернулся, чтобы пригласить тебя на настоящее свидание, но мне сказали, что ты уже уехала. Я должен был найти тебя.
Я опустила руку, когда у меня закружилась голова.