"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Оля только сейчас поняла, что речь шла о полном излечении синянки! Она даже ойкнула.
Очкарик посмотрел на неё. У девушки всё сжалось в груди. Она вдруг осознала, что её лицо уродливо и ужасно, живот пересекает кошмарный шрам, сама она растерзана судьбой и любовью. Очкарик вмиг вырвал на поверхность всю боль несчастной!
Однако внешне Оля осталась бесстрастна: её хорошо подготовил учитель. Очкарик усмехнулся.
– Это большое достижение, Даратас, – продолжил он. – Но вирус слишком силен, чтобы сдаться. Он будет точить выстроенные заслоны и искать уязвимости. Рано или поздно он найдёт их. Средствами системы мы можем выигрывать только время.
– Мне это хорошо известно, – не стал спорить Даратас.
– Сейчас важно правильно подготовить город к осаде. Строгонов, думаю, Сенат передаст тебе права главнокомандующего. Теперь под твоим началом будет двадцать тысяч испытанных воинов и не мене десяти тысяч ополченцев. Пока враг не придёт, используй их совокупную трудовую силу на подготовку укреплений, а также расширение Верхнего города. Нижний город надо превратить в сущий кошмар для врага.
– Хорошо бы это назначение произошло как можно скорее, – потёр руки неунывающий Строгонов.
Всё произошло ещё быстрее, чем он хотел. Когда первые корабли причалили в порт, представители Сената встречали Строгонова, как главнокомандующего.
Затем последовали бурная суета с высадкой, переход по ужасной дороге, заваленной незахороненными трупами, и жуткая толкотня и теснота в городе.
Стоит отметить, что на вновь прибывших граждане Республики смотрели с плохо скрываемой злобой и недоверием. Не прошло и часа, как начались первые стычки, поножовщина и смерть.
Как странно: то, что человек страшно боится и старается избежать, всегда присутствует рядом с ним, вокруг него, в нём самом.
Опустошённую Олю, от мук воспоминаний недавно пережитого отвлекала Герда. Драконица катала девушку на себе, показывая невероятные пейзажи окружавших город территорий, виды с верхней точки горы Умрад, дарила красивые сладкие видения.
Но глаза и страшные действия бывшего возлюбленного не покидали мыслей девушки. Там же надёжно поселился и Дожо. Его крепкие объятия были слишком памятны.
Слёзы текли, промачивая ткань на лице: девушка обмотала голову плотной чёрной тканью, что были видны только глаза. Она не смела снимать её на людях, она превратилась в уродку.
Герда не соглашалась с таким подходом, видениями обещала девушке скорое восстановление.
Однако Оля понимала, что это ей не нужно. Утвердилась она в этом мнении в тот самый момент, когда Герда показала ей чёрную пелену, вознёсшуюся от земли к небу, скрывшись в недосягаемой высоте – это была черта, до которой дошёл враг и унёс всё живое за собой.
Рядом с этой чертой драконица, поддавшись на устойчивые уговоры Оли, приземлилась, ссадив девушку на землю.
Там неподалёку журчали два маленьких ручья, бравших начало где-то в лесной чаще. Оба узких русла, некоторое время виляли среди камней и кустов, затем соединились в один, уходящий за непроглядную чёрную пелену.
Оля задержала взгляд на них, задумалась.
Очнулась от дум девушка только в момент, когда Герда уткнулась мордой Оле в плечо. Нужно улетать: рядом с чертой небезопасно.
В тот самый день изуродованная, избитая жизнью, исполосованная любовью девушка поняла, что она должна делать в эти туманные призрачные дни.
Главный час не за горами, нужно готовиться.
***
Ромунд стоял на крыльце Фебовской академии. Облокотившись на высокие каменные перила, юноша заворожённо разглядывал огни и тени города Умрад, притаившийся в вечерних сумерках. На улицах было тихо, несмотря на шедшие полных ходом приготовления к осаде. Люди нутром чуяли приближение беды и старались производить как можно меньше шума. А вдруг пронесёт? Не заметят?
На душе молодого мага царило спокойствие. Спустя год тяжёлых скитаний, полных всевозможных ужасов и лишений, он вернулся домой. Раньше он часто проводил вечера здесь, на крыльце, обдумывал услышанное на лекциях, прочитанное в книгах, увиденное на улицах и тавернах. Здесь ругался на треклятого магистра алхимии, предметом которого овладеть был не в силах. Здесь впервые он поцеловал девушку.
 
И вот он снова здесь. Ничего не изменилось, с момента его последнего визита в Академию, если не считать сажи на полу, одного из последствий недавней гражданской войны. Всё как прежде: тихо, спокойно, задумчиво. Энергетика своя, родная.
А ведь раньше он тосковал в этом месте по приключениям и событиям. Сетовал на однообразную, предсказуемую жизнь. Может, если теперь здесь же пожаловаться на чрезмерность происходящего, мир и спокойствие вернутся?
Вряд ли. Даже мыслимая реальность состоит из желаний и действий такого множества сознаний, что. Как бы Ромунду не хотелось, он сможет действовать только в рамках представленного коридора событий. Не более.
Возникшая из ниоткуда Эмми обняла Ромунда за талию, прижалась к плечу. Так они и стояли неподвижно, любуясь огнями. Как недолго осталось этой гармонии. Как недолог миг.
Ромунд развернул Эмми к себе, прильнул к её губам. Объятия девушки сначала стали крепче, затем руки заскользили по спине юноши. Огонь желания вмиг охватил молодые души.
Молодой маг подхватил девушку, усадил на перила. Простое заклинание потока создало за её спиной надёжную защиту из уплотнившегося воздуха – упасть с крыльца стало невозможно.
Отстранившись от губ Эмми, Ромунд внимательно посмотрел ей в глаза, затем нежно погладил по щеке, шее. На Эмми была тёмно-синяя рубашка: первые две пуговицы расстёгнуты, волнующее декольте приковывает взгляд. Нескольким лёгкими движениями Ромунд расстегнул оставшиеся пуговицы, раздвинул полы рубашки, оголяя красивую грудь с напряжёнными розовыми сосками.
Снова поцелуи. Долгие, страстные!
Лёгкий ветер развевает черные, как смоль, волосы!
В какой-то миг Ромунд понял, что ловкие руки девушки развязали тесёмки на его штанах. Напряжённый инструмент страсти упёрся во что-то горячее.
Девушка рассмеялась, взяла его в руку, аккуратно направила в себя, принялась активно двигать бёдрами, отвечая на сначала медленные, но затем всё более энергичные движения Ромунда.
Где-то вдалеке раздались звуки колокола, загавкали и зарычали собаки, забряцало железо. По команде один за другим зажглись сигнальные огни сначала на внешнем кольце крепостных стен, затем на внутреннем.
Но молодые люди не собирались останавливаться, сила любви жгла сильнее, наперекор обстоятельствам, войне, страху.
Несколько минут оба не могли отдышаться. По телу волнами расходились потоки экстаза. Ромунд не сразу понял, что всё время они были на крыльце.
Город наполнился шумом, на стенах полыхали сигнальные огни, а колокола церквей и административных зданий без остановки били тревогу.
Началось.
Неожиданно на щеку Ромунда упало что-то ничтожно маленькое, но холодное. Юноша недоуменно посмотрел вверх, затем выглянул из-под навеса, выставил руку с раскрытой ладонью. На неё упали две маленькие белые пушинки.
– Это снег, – пояснила Эмми.
– Такое я видел только в других мирах, – заворожённо пробормотал Ромунд. – Но здесь снега не должно быть, никогда не было.
– Многого не должно быть, милый. Но оно свершается, – сказала девушка, и, подойдя к юноше, снова обняла его за талию, прижалась к груди.
Ромунд поцеловал Эмми в макушку, крепче стиснул её и затем посмотрел вдаль. .Вокруг города собиралась тьма.
***
Всё получилось не так, как ожидал Даратас. Вернее, не в той форме, не в тот час, не с теми красками, не в гамме.
Его с утра мучил желудок. Кажется, съел чего-то не того в спешке приготовлений. Заклинания и порошки лишь на время прекращали рези. Странно, ни один недуг долго не держался. А тут… Может, не было времени заняться этой напастью всерьёз? Может.