"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Богдан осторожно потрогал ее пальцем – монетка, а точнее, то, что от неё осталось, была очень горячая. Верхний сегмент был срезан как ножом и, видимо, просто испарился.
Непроизвольно, будучи, некоторым образом, учёным по своей работе и по образованию, Богдан задумался над принципом действия этого оружия. Он ещё пару раз выстрелил в небо и принюхался. Озоном не пахло, значит, луч не ионизировал воздух, во всяком случае – сильно. Пистолет явно не мог быть широко известным лазером более совершенной конструкции, чем могли себе сейчас представить на Земле.
Во-первых, у лазера вряд ли мог быть настолько яркий луч, даже в воздухе, а во-вторых, если считать, что это всё-таки миниатюрный лазер огромной мощности, то поскольку свет не что иное, как банальное электромагнитное излучение, энергия слишком мощного светового луча просто ушла бы в электрический пробой воздуха сразу же при выходе из ствола пистолета. Ну вроде как в случае с молнией. Значит, на конце этого ствола образовалась бы плазма, много плазмы. Так ведь и себя можно было бы кокнуть.
А тут ничего подобного не было, даже озона в заметных количествах не было. Кроме того, при определённой мощности Ингвар Янович не ожог ему устроил, а удар по руке, как дубинкой. Это, конечно, лучемёт, но тут явно что-то иное, иные лучи, какой-то неизвестный земной науке принцип – и Богдан с уважением похлопал рукой по стволу пистолета.
Свет желтого неба тем временем почти угас, и спустились густые сумерки. Богдан ещё раз прошёлся вдоль парапета, оглядывая окрестности. Вокруг было темно, не было видно ни одного огонька.
Но вдруг огни начали зажигаться. Они вспыхивали тут, то там разные по интенсивности, просвечивая сквозь листву деревьев, отражаясь в воде прудов и каналов, высвечивая разнообразные конструкции, бежали змейками вдаль.
С той высоты, на которой находился Богдан, было видно, что освещённые участки тянутся на большие расстояния, но, повернувшись кругом, он понял, что освещенной является только определенная площадь, на глаз образующая окружность с центром примерно в том месте, где располагалась ступенчатая пирамида, на вершине которой он сейчас и стоял.
На самой площадке тоже сделалось довольно светло: начал светиться материал пола и парапета. Свет был мягкий, какой-то зеленовато-желтый, цвета полузрелого лимона, но достаточно яркий, чтобы можно было читать газету, например.
Двигаясь вдоль парапета и любуясь фантастическим зрелищем, открывавшимся с высоты, Богдан вдруг споткнулся. Это был незакрепленный полукруг, доставивший его в этот мир. Богдан взял полукруг и, чтобы тот не лежал на дороге, положил в промежуток между неподвижной частью и краем парапета срезанной стороной вплотную к самой стенке.
Он не успел ещё отнять руки от полукруга, как раздался мелодичный короткий звук, будто кто-то вновь несильно ударил по камертону, часть парапета раскрылась, и полукруг уехал в образовавшийся проём. Богдан чертыхнулся.
Внимательно осмотрев стенку рядом с тем местом, где исчез полукруг, Богдан обнаружил малозаметные на первый взгляд полосы, идущие несколько выше проема, в котором исчез полукруг.
Богдан приложил палец к полосе, находившейся там, где спрятался «его» полукруг. Ничего не произошло. Тогда он потрогал полосу в разных местах и тоже ничего не добился. Он подумал и провел пальцем по полоске, которая на ощупь была более гладкой, чем материал стены. Вновь прозвучал камертонный звук, но несколько иной тональности, в стене открылся проём, и уже старый знакомый вновь лежал перед ним.
Богдан вскочил и осмотрел участки стенки парапета у других полукругов. Везде напротив неподвижных полукругов располагались такие же полосы. Когда у ближайшего полукруга справа Богдан провёл пальцем по соответствующей полоске, из стены выдвинулся подвижный дублёр.
Богдан не стал составлять эти два полукруга, но, прикинув полное изображение в центре, он видел, что там изображен куб с узором линий и какими-то надписями.
«Что может означать куб?» – подумал Богдан. На «его» круге сейчас имелось изображение Земли, перед этим было изображение какого-то гранёного цилиндра. Что это значит?
 
Все это предстояло выяснить, но пока он не имел ни малейшего представления о том, хотя бы как выбраться с этой площадки, и если эта проблема не разрешится, то выбор остаётся небольшой: отправиться назад на Землю или скакнуть наугад через какой-то другой круг в иной мир, или куда-то ещё?
Был, правда, ещё вариант: сидеть и ждать, что кто-то появится и поможет ему, но кто знает, сколько придётся ждать? Богдану уже сейчас хотелось есть – выпитый в квартире коньяк действовал как аперитив, да и жажда тоже ощущалась.
Он снова посмотрел на блестящий круг в центре площадки. Как-то же сюда попадают те, кто построил эти сооружения? Богдан считал маловероятным, что площадка служила только местом, куда приходят из других миров и откуда сразу же уходят неизвестно куда. «Хотя, – сказал он себе, – что я знаю о замыслах этих неизвестных строителей?»
Богдан подошёл к блестящему кругу и осторожно потрогал его стволом пистолета. Ничего не произошло. Тогда он положил на круг руку. На ощупь круг оказался неожиданно шероховатым, хотя, глядя на него, в это было трудно поверить – поверхность выглядела словно полированный металл. Однако только теперь Богдан сообразил, что хотя круг и казался блестящим, он ничего не отражал.
Вдруг Богдану пришла в голову немного неожиданная, но вполне логичная мысль: если круг не скользкий, значит, на нём легко стоять, и он встал прямо в центр.
Примерно секунду-другую ничего не происходило, а затем раздался певучий звук, и круг начал сначала медленно, а потом, когда голова Богдана оказалась ниже уровня пола площадки, всё быстрее опускаться.
Никакого ускорения не чувствовалось, хотя стена шахты двигалась мимо весьма быстро. Богдан успел подумать, что, судя по диаметру круга и, соответственно, шахты, двоим людям стоять на нём уже не совсем удобно. Это могло означать, что данный лифт – Богдан не сомневался, что это именно лифт – рассчитан на подъём одного человека нормальных размеров, или же он предназначен для существ, которые поменьше людей.
Обдумать все возможные варианты времени не хватило – лифт остановился. Богдан посмотрел вверх: высоко над ним слабо светилось отверстие шахты.
На стене примерно на уровне его лица загорелись прямоугольник размером с почтовую марку и две стрелки – одна направленная вниз, другая вверх, очень похожие на знакомую мнемонику в земных лифтах.
Как показалось Богдану, он правильно понял значение этих символов. С замиранием сердца он поднял руку и приложил палец к прямоугольнику. Последовал уже привычный мелодичный сигнал, и стена шахты разошлась, открывая вход в освещённое помещение.
Осторожно, с пистолетом наготове, юноша вышел из лифта. Помещение, где он оказался, судя по кольцевой форме, могло располагаться внутри колонны, поддерживавшей верхнюю площадку. В центре проходила шахта лифта, а так как радиус комнаты был не более шести-семи метров, то это, по-видимому, означало, что стены самой колонны имели громадную толщину.
Свет лился с не слишком высокого потолка – метра три, не больше. Вдоль искривляющейся стены, выполненной из материала, похожего на материал площадки, стояли какие-то большие и малые шкафы, столики, кресла, пара нешироких кушеток, а в одном месте находилось нечто очень похожее на большой диван.
Но самое главное – тут был пульт управления!
Во всяком случае, Богдан сразу решил, что это пульт, хотя, как и всё вокруг, он был довольно странный, вроде даже какой-то бутафорский: то, что, скорее всего, являлось кнопками и переключателями, имело не совсем привычный, как бы нарисованный вид. В центре консоли имелась клавиатура, чем-то похожая на клавиатуру персональных ЭВМ, которыми недавно начали комплектовать лаборатории института, где работал Богдан. Перед пультом располагалось удобное кресло вполне человеческих размеров.
Перед пультом логично было бы увидеть и экран, но здесь не было ничего похожего, просто высилась серо-салатная гладкая стена, такая же, как и все остальные.