Граффити любви (СИ)
Никита понимал, что со мной дела плохи и гнал так быстро, как только мог, уже не обращая внимания на отвратительные погодные условия.
«Черт, еще бы немного, и этот мерзавец изнасиловал бы девчонку. Он точно у меня сядет за такое, этот Славик» Никита был в ярости. Он думал, что достаточно повидал в этом мире, но сейчас учитель был шокирован тем, насколько легко люди могут сломить человека, искалечив его жизнь навсегда, и все ради чего, ради развлечения.
«Коралина и без того очень противоречивая девушка, а насилие ее бы сломало окончательно».
Вскоре серебристый БМВ въехал на территорию больницы, и Никита уверенно понес девушку в приемный покой. Он сделал все, чтобы ей оказали первую помощь, и объяснил ситуацию.
***
Долго или нет прошло времени я не знаю, но вот я, наконец, раскрыла глаза и осмотрелась. Я лежала на больничной кровати, а в руке у меня была капельница. Никого в палате не было, и я попыталась восстановить события ужасной вечеринки. Я почувствовала тяжесть в ноге и, стянув покрывало, поняла, что нога до колена загипсована.
«Славик — мерзавец, изнасиловать меня пытался» и от воспоминаний меня перекосило от отвращения. Запах перегара, и его какие-то липкие руки и холодные мокрые губы, напоминающие по ощущениям болотную жабу, вызывали чувство брезгливости.
«Господи, если бы не Никита, Славик бы меня изнасиловал» Я всхлипнула. Мне почему-то было так одиноко сейчас.
Где-то, через час ко мне зашел мужчина в белом халате, и его лицо просияло. Это был мой лечащий врач. На вид ему было лет сорок. Он был не высоким мужчиной в очках и с аккуратной прической. Его волосы были русыми, а глаза серыми.
— Ну, наконец-то, а мы уж и не надеялись, что ты снова придешь в себя. Мое имя — Петр Иванович. Я твой лечащий врач
— Почему это Вы не надеялись? Сколько я была без сознания? — тут же переспросила я.
— Ну как же, уже неделю, как ты впала в кому. Аллергическая реакция на инъекцию комбинированного наркотического синтетического препарата. Нам едва удалось тебя спасти. Твой учитель не отходил от твоей постели все это время. Он после работы сразу отправляется к тебе.
Я с трудом переваривала информацию, а половину сказанного так и вовсе пропускала мимо ушей.
— Когда меня выпишут?
— Не сегодня. Думаю, какое-то время ты еще пробудешь здесь. Нашумевшая история с похищением девушки. Теперь сын судьи получит срок, так же как и его два друга. Многие приходили к нашей больнице, чтобы поддержать тебя. Общественность поднялась, и люди не успокоились, пока этих парней не задержали.
— Как теперь в академию ходить, позор какой. Я всегда старалась держаться в тени, и теперь мое несостоявшееся изнасилование придали огласки.
— Нет, официальная версия другая. Тебя жестоко избили и вкололи наркотик, от чего ты чуть не умерла.
— Но и это не лучше.
— Так, все. Тебе волноваться нельзя, поэтому отдыхай, восстанавливайся, и все будет в порядке.
Доктор вышел, а я посмотрела на капельницу, она медленно уменьшалась, но, наверное, мне бы интереснее было наблюдать на то, как сохнет краска, чем на капельницу. Никита вовремя появился в моей жизни. Теперь он, как ангел хранитель защищает меня от неприятностей.
«Может и правда стоит стать его девушкой. Поцелуи Никиты мне понравились. Говорят же, в мире есть только один человек, который тебе идеально подходит. Может моя половинка — это он?» Лежать под капельницей жутко утомительно, но когда она закончилась, врач снова явился и сказал, что, используя ходунки, я могу ходить в туалет и передвигаться по комнате.
— Вы не знаете, где мой телефон? — спросила я только что вошедшую медсестру. Она была не молодой, но выглядела очень доброй. Светловолосая женщина с голубыми глазами все время улыбалась, и в ее обществе становилось так хорошо.
— Нет, не знаю.
— Вот же незадача. Куда же он делся? Скорее всего, он в доме Славика или по дороге туда потерялся.
С помощью медсестры я в первый раз поднялась и чувствовала себя сейчас очень неуверенно.
— Ты — умница, тебе надо больше ходить. Идем в коридор, погуляешь немного. Голова не кружится?
— Немного, — пожала плечами я.
— Ну, ничего, если что, я тебя поддержу, — и мы вышли в коридор, — я стала медленно двигаться, вдоль коридора, но очень быстро утомилась и просто встала на одной ноге, опираясь на ходунки. Я понимала, что обратно, наверное, не дойду и подошла к диванчикам, которые стояли вдоль просторного коридора и села. Все вокруг было в светло-бежевых тонах.
Когда я посмотрела в конец коридора, то увидела, как из лифта вышел он — мой Никита…
Глава 5. Пикассо, перезагрузка…
Сердце стало предательски стучать при его приближении, и его лицо изменилось, когда он увидел меня. Изначально его взгляд был потухшим, а теперь он словно избавился от тяжелого груза в сердце. Он подошел ближе и перевел взгляд с меня на медсестру.
— Учитель, это снова вы? А ваша подопечная уже пришла в себя и рвется в бой.
— Я вижу. Здравствуй, Коралина, а тебе не рано такие подвиги совершать? — спросил Никита, осмотрев меня с ног до головы, и улыбнулся.
— Видимо, рано, и теперь я не могу вернуться в палату, «батарейки сели» — отозвалась я.
— Ну, если ты уже шутить изволишь, то точно способна на подвиги, но раз я так вовремя, то готов отнести тебя в палату. Позволишь? — очень деликатно спросил учитель.
— Я тяжелая, — предупредила я Никиту.
— Ты меня недооцениваешь, — усмехнулся Никита и очень осторожно поднял меня на руки. Я была в бриджах свободного покроя и тунике. Мой костюм был светло-розового цвета. Такой пижамы у меня не было. Откуда у меня этот костюм? Уж явно не больница выделила.
— Ну и напугала же ты меня, Королек, — шепнул Никита мне на ухо. Да, виртуозно Никита изменил мое имя. Теперь я Королек. Еще скажи: «Птичка певчая». Только я рисующая. Но Королек — птичка рисующая, вообще сочетание ни к черту, честное слово. Лучше уж Пикассо.
— Никита, я … — слова как-то застыли. Я не могла про похищение говорить.
— Не нужно терзаться воспоминаниями. Ты должна это забыть, как страшный сон, девочка моя.
— Я не твоя, — тут же ответила я.
— Снова в ежика превратилась. Может не стоит? — учитель поставил меня на ноги в палате.
— Никита, я хотела сказать спасибо за то, что ты смог меня найти и спас меня от этого ужаса.
— Обращайся, но лучше не надо. Хочется верить, что такого больше никогда не повторится. Да, и ты теперь живешь не в общежитии. Я купил квартиру рядом с моей. Понимаю, тебе дорого твое личное пространство, и я переселил вас с Катей в эту квартиру. Да и Вы отправитесь со мной в Штаты. Это не обсуждается, а по поводу третьей кандидатуры, им будет совершенно другой человек. Мой друг Борис решил присоединиться к моей команде. Так что, я, конечно, дочитаю лекции и экзамены приму, но с собой в Штаты заберу только вас, а то в Брянске не ценят ваш талант и креативные способности, да и вообще я разочаровался в нынешней молодежи. Ведь были и другие гости на той вечеринке, но они почему-то сделали вид, что ничего не происходит. Их равнодушие зашкаливает.
— Мне страшно, Никита, в Штаты с тобой лететь.
— Не страшно. Ты чуть не умерла недавно, вот это страшно, а лететь в Штаты — это интересно. К тому же я всегда рядом буду. Ты не думай пока ни о чем, еще три недели до окончания обучения, а у тебя государственные экзамены, и защита дипломной работы. Кстати, я про диплом хотел спросить. Ты бралась за него? — боже, Никита явно переоценивает мои возможности. Столько информации в одночасье. Моя голова сейчас лопнет. Зачем было квартиру покупать на три недели, если он собирается забрать меня в Штаты? Я еще согласия не давала, а он уже бурную деятельность развел вокруг моей персоны.
— Никита, такое ощущение, что ты считаешь меня трудным подростком. Ты меня совсем не знаешь. Вот честное слово, — я пошатнулась, а он удержал меня, чтобы я не упала, а потом осмотрелся и, осторожно приподняв меня снова на руки, определил на кровать. Учитель придвинул кресло ближе и сел напротив.