Лавка зелий «Вам здесь не рады» (СИ)

Я машинально взяла ключ, застыла в нерешительности.
— Иди, Иллария. Если мне суждено умереть, я не хочу, чтобы между нами остались какие-то секреты.
Я поднялась, на ватных ногах прошла к двери. Оглянулась на Алиаса. Он лежал на подушке с закрытыми глазами. Грудь его слабо поднималась. Я вышла из его спальни. Спустилась вниз, на первый этаж. Открыла дверь в подвал и совершила еще один спуск. Помню, как мне было страшно идти сюда впервые, но я больше я не боялась. До этого дня.
  
Я подошла к дверце, которую приметила еще в первый день, но ни разу даже не спросила о ней. Выдохнув, я вставила ключ в замочную скважину и повернула.
В нос ударил запах гнили.
  
40
 
Внутри было темно, я не могла ничего толком увидеть, но все мое тело ощущало чье-то присутствие в этом помещении. Медленно, словно боясь спугнуть кого-то в темноте, я протянула руку к полке, на которой специально когда-то оставила свечу и спички. Я зажгла свечку, осторожно поднесла ее к проходу.
Из темноты, ощерив жуткую пасть и дыхнув гнилью, на меня бросилась нежить. Я отпрянула назад, вскрикнула, но тут же взяла себя в руки, когда поняла, что чудище сидит в клетке. Уродливое, страшное создание металось, цеплялось лапами за прутья, пытаясь вырваться на свободу, но клетка была крепкой.
Я захлопнула быстро дверь, трясущимися пальцами провернула ключ, запирая замок. Мгновенно стало тихо, не было слышно ни звука того, как рычит и шипит нежить. Видимо, дверь была хорошо оббита, а может Алиас наложил на нее какое-то заклинание. Но зачем он держит нежить здесь, когда это может быть опасно? Ответ я знала и без всяких вопросов.
Я поднялась наверх, вошла в комнату Алиаса и застыла на пороге. Магиар почувствовал мое присутствие: он открыл глаза, чуть повернул голову на бок, слабо улыбнулся.
— Тебе лучше уехать, Иллария. Ты же видишь теперь, кто я.
— Вижу.
Я подошла к постели, села на край.
— Презираешь меня?
— Нет, — мотнула я головой. — За что?
— Я таскаю в дом нежить. Из-за этого ее тянет сюда, в деревню, когда открывается разлом. Они чувствуют, когда их собратья у меня в заточении. От меня все беды. Быть может, не держи я постоянно кого-то в подвале, нежить не так часто приходила бы сюда.
Я коснулась руки больного.
— Я никуда не уйду, Алиас. Я знаю, почему ты это делаешь, сразу поняла. Эти твари нужны тебе для экспериментов, ведь так?
Он кивнул, соглашаясь, поморщился.
— Всё верно. Я решил, что противоядие от отравления нежитью можно получить только, если исследовать эту нежить. Я начала заниматься этим еще дома. Ноэль узнал… Он сказал тогда родителям, потом друзьям. Пошли первые слухи. Всё это наложилось на то, что говорили обо мне родители Итана.
Я нахмурилась:
— А что они говорили?
Алиас горько усмехнулся.
— Они считают, что я виновен в смерти их сына, у нас даже был суд. Меня оправдали, признали это просто неудачным стечением обстоятельств. Но семья Морено возненавидели меня и поклялись отомстить. С их подачи пошли истории о том, что я убийца и некромант. Слухи липли друг к другу, разрушая и мою репутацию, и репутацию семьи.
Мне было жаль Алиаса. Из-за несчастного случая он лишился всего, стал изгоем.
— Мне очень жаль.
Магиар покачнул головой, задумчиво, тихо сказал:
— Родители потребовали, чтобы я бросил свою работу, восстановил репутацию семьи. Но я отказался. Как я мог? Я должен был найти лекарство, спасти тех, кто может еще пострадать. Мне пришлось отказаться от наследства, от титула. Всё перешло Ноэлю.
Он вдруг закашлялся, стал задыхаться. Я помогла ему приподняться в постели, придержала его, пока приступ не прошел.
— Ты еще все сможешь, все успеешь, — подбадривала его. — Вот поправишься, и я помогу тебе. Мы вместе найдем нужное сочетание, подберем состав. Я не оставлю тебя, слышишь?
Горло сжалось от непролитых слез, глаза защипало. Алиас прикрыл веки, медленно выдохнул.
— Тебе нужно поспать, — шепнула я, видя, что он совсем истощен. — Отдохни.
Я поправила на нем одеяло, шагнула к двери. За спиной Алиас вдруг хрипло прошептал:
— Я люблю тебя, Илли.
Я обернулась, улыбнулась:
— Я тоже тебя люблю, Алиас.
Но он уже не слышал — тяжело дыша, он спал, изможденный и уставший.
Я вышла, прикрыла тихонько дверь. С каждым днем все хуже и хуже, болезнь сжирает его. Больше нет времени на попытки отпоить его, вылечить. Ему нужна более серьезная помощь. Нужно отправиться в имение семьи Алтоир и просить помощи у них. Я думала, что Милора приедет с Ноэлем или без него, как и всегда, и я смогу передать весточку семье. Но почему-то именно в эти дни никто не появлялся.
Первым делом я заглянула к Туне, попросила ее приглядеть за больным. Она не могла, но отправила свою дочь Гарту.
— За то, что магиар Алиас лицо её очистил, я её и на неделю тебе отдам, — улыбнулась соседка.
Я поблагодарила её, дала Гарте указания по уходу, а сама отправилась переодеться. Я надела платье с цветами, что подарил мне Алиас, чтобы выглядеть поприличнее, на голову — соломенную шляпку от летнего яркого солнца.
Путь был неблизкий, я шагала несколько часов, покрылась дорожной пылью и потом. Уже ближе к Истрику меня подобрал добрый старичок на повозке и высадил у самых ворот имения Алтоир.
Дом был величественный, богатый. Я шла по засыпанной щебенкой дорожке и то и дело крутила головой, рассматривая ухоженные газоны, подстриженные кусты. Все казалось идеальным, как в сказке. И от всего этого Алиас отказался в пользу своего желания помочь людям.
Но уже оказавшись на крыльце имения, я поняла, что идеально далеко не всё — внутри разразился нешуточный скандал.
* * *
Входная дверь резко распахнулась, чуть не сбив меня, и на крыльцо выскочил запыхавшийся и злой Ноэль.
— Это ложь! — прокричал он куда-то внутрь дома. — Это подлая ложь!
Резко повернувшись, он увидел меня и застыл растерявшись.
— Добрый день, Ноэль, — приветствовала его я.
— Здравствуй, — ответил он как-то испуганно. — Что ты здесь делаешь?
— Ноэль, с Алиасом…
Я не успела договорить. Из дверей, окутав нас резким запахом духов, выбежала Милора. Она рыдала и утирала платком слезы, что обильно катились по её лицу.
— Подлец! — закричала она с надрывом. — Я всё изложу отцу в письме! Напишу сегодня же!
Увидев меня, она осеклась, застыла на мгновение, позабыв о слезах. Но уже через секунду девушка опомнилась, взвыла и расплакалась снова. Она кинулась мне на шею, чуть не придушив при этом:
— Ах, Иллария! Знала бы ты… Подлец! Что он сделал со мной!
Следом из дома вышли мужчина и женщина лет пятидесяти. Судя по чертам лица, это были родители братьев Алтоир. Глаза отца были такими же золотистыми, как у Ноэля и Алиаса, а мать передала им свой ровный и прямой нос.
— Ноэль, неужели ты мог поступить так? — тихо, но строго сказала мать. — Мы не так воспитывали тебя.
— Ох, магиара Аннадия, я растоптана! — Милора отпустила меня, повернулась к женщине, пуская ещё больше слез. — Я втоптана в грязь ногами вашего сына, уничтожена им! Бесчестье!
Я абсолютно не понимала, что здесь происходит, поэтому спросила:
— Что случилось?
Все взгляды разом обратились ко мне. Отец Ноэля прищурился, отчего стал ужасно похож на Алиаса, и спросил:
— А вы, милочка, кто?
Его взгляд прошелся по моему платью, которое хоть и было достойным магиары, но сейчас жутко испачкалось и помялось. Но меня это ни капли не смущало. Я подняла голову и уверенно и твердо ответила, не отводя глаз:
— Меня зовут магиара Иллария Уортер, я помощница вашего сына.
  
Глаза матушки округлились:
— Помощница? Сына? И чем вы помогаете ему? — протянула она испуганно, а затем повернулась к Ноэлю. — Мой дорогой, ты и эту девушку сбил с пути? Какой позор…
Она покачала головой, прикрыла ладонью лицо.
— Мама! — воскликнул Ноэль. — Я никого не сбивал с пути, не бесчестил, не совращал! Я с этой… — он повернулся к Милоре, которая закатывала мокрые глаза. — … никаких дел не имел, тем более отношений!