Ведьма поневоле

И он наклонил лицо, чтобы поцеловать ее. Не ласковый или нежный поцелуй, нет. Алек все еще был в ярости, все еще обижен на обвинения. Однако страх Асии исчез. Алек не причинял ей боли, хоть это и самый отчаянный поцелуй на свете.
Если это самое худшее, что он мог сделать в гневе, то ей нечего бояться. Не думая дальше, Асия обхватила ногами бедра Алека и заняла более удобное положение. Она ответила на поцелуй с таким же отчаянием.
Алек отшатнулся, как будто она ударила его. Он выглядел таким ошеломленным, что в другой ситуации Асия бы рассмеялась. Он пробормотал:
– Ты не должна так реагировать. Ты не должна…
– Не говори, что мне следует делать, а чего не следует, Алек Дивалло-Форсайт, – пробормотала она, расстроенная, что не может поцеловать его, потому что Алек отстранился.
– Не говорить? – сказал он нерешительно.
Алек ослабил хватку, но Асия не спускалась. Она вздохнула и сказала:
– Я не понимаю тебя, Алек. Действительно. Ты привязался ко мне вопреки здравому смыслу.
– И ты тоже, – сказал он с намеком на улыбку. – Сын соперничающей семьи на «Лексусе», чей дядя постоянно пытается ограбить твой дом? Не самое здравое решение.
Асия не смогла сдержать взрыв смеха, подражая Алеку. Они посмотрели друг на друга, на этот раз напуганные всем, что только что сказали, всем, что тяготило их отношения и с чем им постоянно приходилось бороться.
– Поцелуй меня, – сказала Асия.
На этот раз Алек не протестовал.
Травяной чай дымился в чашке Асии, сидящей на скамейке напротив Алека. Она смотрела, как поднимается ленивый пар, слишком уставшая от всех этих откровений, чтобы о чем-то думать.
Напротив нее Алек был поглощен тем же созерцанием.
– Думаешь, мы найдем в себе силы подняться по лестнице, чтобы лечь спать? – спросила она.
Он украдкой улыбнулся, потом лицо его снова стало серьезным:
– Нам нужно поговорить.
– Опять! А я думала, что мы провели за этим занятием полвечера!
Алек наклонил голову, как делал, когда не совсем разделял ее мнение:
– Нам нужно разобраться с этим наемником. Я ни за что не позволю тебе разгуливать с такой угрозой над головой.
Асия приподняла бровь, и он поспешил поправить:
– Конечно, ты можешь ходить где хочешь. Но эта история тебя беспокоит, не так ли? Ты думаешь, дядя заплатил, чтобы тот мужчина украл твои ключи. К сожалению, полагаю, он действительно на такое способен. Единственный способ докопаться до сути – спросить его. Завтра в полдень у нас будет поздний завтрак с семьей, как и каждое воскресенье. Стань невидимой и пройди со мной. Я поговорю с дядей, и посмотрим, что он ответит…
Асия поднесла чашку к губам и сделала глоток. Идеальная температура. Она бы добавила туда что-нибудь покрепче, но Алеку не нравился алкоголь. В его шкафчиках стояли банки с кофе и травяными чаями – и то только потому, что Асия работала в чайной: ни одну упаковку он не вскрыл. Алек не любил чай, но купил на случай, если Асия придет.
Она позволила себе немного поликовать, прежде чем указать на изъян в логике его плана:
– Твой дядя доверится тебе, хотя ты отказался помочь ему заполучить мой дом?
– Я согласен, от меня это прозвучало бы странно. Но я могу поговорить с Саймоном, хотя обычно мы стараемся избегать друг друга. Я могу сказать ему, что кто-то на улице видел, как на тебя напали, и мне интересно, кто этот человек. Саймон будет рад сообщить обо всем этом дяде. А с кем Гюстав может об этом говорить, если не с Саймоном? Придя со мной, ты сможешь наблюдать за их разговором. Мне даже не придется присутствовать там. Будет лучше, если ты сможешь услышать их, а они не поймут, что я имею к этому какое-то отношение.
Асия вздохнула, накрывая руку Алека своей на столе.
– Завтра я работаю…
– Позвони боссу и скажи, что у тебя ужасно болит рука, – это недалеко от истины. Он найдет кого-то, кто выйдет на замену.
К счастью, Мартин сам предлагал Асие поработать за нее на следующий день после аварии.
 
Алек высвободил руку, чтобы достать из кармана какой-то предмет, и протянул ей. Его телефон. Асия посмотрела на него пустым взглядом.
– Возьми, чтобы ты знала, что я не расскажу об этом дяде или двоюродному брату между сегодняшним вечером и завтрашним днем. Там же мой компьютер. Тебе просто нужно отключить его.
– Нет, Алек, я не хочу…
– И наконец, – продолжал он не слушая, – можешь хоть заковать меня на ночь: запереть в ванной или привязать к дивану. Так ты будешь уверена, что я ничего им не скажу.
– Я не буду, – сказала Асия, вставая со скамейки. – Это нелепо.
– На мой взгляд, твоя безопасность – это не нелепо.
– Алек, я верю тебе, когда ты говоришь, что твоя семья не имеет к нам никакого отношения. Почему ты ведешь себя так, будто я должна сомневаться в твоих словах?
– Потому что, – сказал он, взвешивая слова, – ты уже слишком много пережила из-за меня. Из-за моей семьи. Я не хочу, чтобы это продолжалось. Я не хочу, чтобы в твоей голове оставались сомнения, любая неуверенность в моих чувствах к тебе. Итак, сегодня вечером ты свяжешь меня. Или запрешь в кладовой, как хочешь.
Алек встал, и по тому, как он расправил плечи, Асия поняла, что вопрос не подлежит обсуждению. Это очень раздражало, но и трогало – иметь кого-то, кто относился к ее безопасности даже более щепетильно, чем она сама.
Лежа в постели Алека, Асия смотрела, как на стене тикают часы. Сон не шел уже два часа. Она снова перевернулась на бок, решительно закрыв глаза, и попыталась уснуть.
Напрасные усилия.
Мысли вернулись к Алеку, запертому в ванной и обреченному провести ночь на узком походном матрасе. Спальню заливал лунный свет, и Асия могла видеть, как ключ, запиравший ее парня, поблескивал в другом конце комнаты, словно насмехаясь над ней.
Если она хочет спокойствия, то больше ночевать здесь не будет. Во всяком случае, если планирует заснуть. Одетая в футболку Алека, которая доходила до бедер, Асия прошла через спальню к ванной.
Она прижалась к двери: за ней ни звука. Рука легла на ключ, не решаясь повернуть. Что, если она разбудит Алека?
Ему тоже нужно немного поспать после разговора, что они только что пережили.
Асия глубоко вздохнула и решила войти. Она как можно тише повернула ключ в замке, открыла дверь и заперла ее изнутри. Здесь было темнее, чем в спальне, ванная освещалась только двумя маленькими световыми люками над раковиной.
Асия дала себе время привыкнуть к темноте, затем сосредоточилась на ключе.
– Асия? Что происходит?
Голос Алека звучал сонно. Черт возьми, она его разбудила.
Асия заметила матрас перед собой и опустилась на колени.
– Я не могу заснуть.
После груды одеял на кровати на кафельном полу в короткой одежде сидеть оказалось зябко. Алек вздохнул.
– Цель всех этих ухищрений – удержать меня. Если ты закрыла комнату изнутри, ключ бесполезен…
– Вот именно, – сказала Асия, сдерживая стук зубов. – Я заколдовала ключ, он невидим. И я спрятала его здесь. Значит, тебе все равно не выбраться. – Повисла ошарашенная тишина, а потом Алек усмехнулся. Он похлопал по крайне маленькому пространству на матрасе рядом с собой.
– Я считаю себя упрямым, но тут я точно побежден.
С облегчением Асия легла на импровизированную постель. Присутствие Алека сразу же окружило ее теплом. Она закрыла глаза:
– Обещаю постараться сильно не вертеться.
Он не ответил, но, отведя ее волосы в сторону, поцеловал в затылок.
– Будешь ворочаться – свяжу тебя.
– И тогда тебе будет трудно найти ключ, – сказала Асия, прижимаясь ближе.
– Что ж, видимо, ты победила.
Алек обнял ее, и она схватила его за руку и переплела их пальцы.
– Теперь нужно заснуть – прошептал он. – Утро вечера мудренее.
  
Глава 13
 
Отражается или не отражается, вот в чем вопрос
 
Асия открыла дверцу машины и села. Этот тривиальный поступок заставил Алека нахмуриться.