Ведьма поневоле

– Окей, еще один сюрприз, и я ухожу, – сказала она, будто Алек был ребенком, который настаивал на том, чтобы еще раз поиграть в мяч.
Он подошел к плите на краю террасы. По очереди он поднял одну, потом две плиты. Под ними не было фундамента. Асия разглядела несколько ступеней, спускающихся в глубь скалы…
– Когда я собирался купить дом, – объяснил Алек, – я наткнулся на это. Владелец просил за него очень высокую цену, несмотря на то что дом расположен так опасно близко к океану. Тогда я уже занимался бизнесом и понимал, что это неспроста. Когда я попросил снизить цену, он ухмыльнулся и сказал: «Поверьте мне, он того стоит». Я не настаивал – у некоторых владельцев нет ощущения реальности – и хотел проигнорировать это. Потом, побывав во многих городских квартирах, современных, светлых, дуплексах и других домах с садами, понял, что думаю только о нем. Дом все еще стоял на продаже, поэтому я наконец признался себе, что хочу жить только здесь.
– И что? Хозяин согласился снизить цену?
– Он сказал, что считает меня забавным малым, и немного снизил цену, но все равно дом стоил слишком дорого для меня. Я занял денег у отца и семьи и только тогда смог купить его. В день, когда владелец дал мне ключ, он сказал, что я пойму, почему дом стоит своей цены. И он повел меня сюда.
Алек указал на ступени, которые пропадали в темноте.
– Не хотите посмотреть, Асия?
Она заставила себя кивнуть, хотя не очень любила темные места. Однако она не позволит страху победить.
Вытащив из кармана телефон, Асия активировала функцию фонарика и увидела всю лестницу. Она заставила себя сойти первой, хотя руки внезапно вспотели. Асия пыталась рационализировать страх перед темнотой, уверяя себя, что он появился, потому что семья бросила ее в неизвестности.
Но факт оставался фактом: она боялась темноты. Асия бы никогда не призналась в этом Алеку, но продолжала задаваться вопросом, не разрядится ли вдруг телефон – и что она будет делать, если разрядится?
Она спустилась на дюжину ступенек, судорожно сжимая телефон. Шаги Алека позади успокоили ее. Казалось, что они прошли по крайней мере ступеней тридцать, прежде чем увидели тусклый свет впереди.
Еще десять шагов, и у Асии перехватило дыхание. Она замерла, словно оглушенная. Теперь она знала секрет дома Алека: овальная пещера выходила к небольшой, спрятанной в скале лагуне…
– Скалы, которые вы видите, не позволяют лодкам заходить, а из открытого моря вы тоже никак не заметите этот пляж. Поскольку пещера выступает из хребта, сверху он тоже скрыт, – сказал Алек, присоединяясь, когда Асия спустилась к кромке воды.
Она некоторое время рассматривала свои босые ноги в кристально чистой воде, пытаясь осмыслить широту возможностей, которые открывало такое расположение.
Уставшие, чистые и сытые, они расстелили полотенца на теплом песке, чтобы в тишине и в купальных костюмах насладиться теплом последних лучей. Асия, опираясь на локоть, наконец набралась смелости повернуться к Алеку.
– Это был идеальный день.
Он улыбнулся. Глаза его оставались закрытыми, но Алек покачал головой:
– Я не разделяю вашего мнения.
– Нет?
Асия задумалась. Она прокрутила весь день в голове и не смогла ни к чему придраться. Алек оказался замечательным проводником и организатором. Может, она разочаровала его как гостья?
Асия придвинулась, чтобы перебить шум океана. Она должна знать.
– Как вы думаете, чего недостает этому дню?
– Разрешите мне показать, – сказал Алек.
И все же он не двигался. Асия нахмурилась. О чем он говорил, в конце концов? Она положила руку на полотенце Алека, чтобы выпрямиться, и, нависая над ним, спросила:
– Показать мне что? Алек…
Асия не смогла договорить. Алек посмотрел на нее – его иссиня-черные глаза мерцали – и сел на полотенце.
Все мысли словно погрузились в вакуум. Он целовал ее. Скользнув рукой по затылку, Алек аккуратно приблизил ее к себе, осторожно опустил обратно на песок и теперь медленно целовал в губы. Асия подумала, что это действительно все, что нужно, чтобы сделать день идеальным.
 
Шум волн усиливал гипноз от поцелуев. Усталость дня раскололась, как скорлупа, освобождая Асию. Она ответила на поцелуй, и этого вдруг оказалось недостаточно.
Асия поцеловала его в губы, в щеки, покрытые едва заметной щетиной, и с новым пылом вновь прильнула к губам. Она чувствовала, что Алек был кислородом, которого ей не хватало так много лет. Слишком долго. Всю жизнь она провела без возможности дышать.
Ее язык коснулся языка Алека и скользнул обратно к губам. Вдруг ей почему-то захотелось укусить его за подбородок. Смех Алека щекотал уши. Асия спустилась на землю.
Она просто выставляла себя дурой. Алек смеялся, потому что ему нравилось то, что она делала, или потому, что думал, что она делает это совсем как ребенок? Тихий голос в голове шепнул, что второй ответ правильный.
Асия резко отстранилась от Алека, скинула полотенце на землю и, преодолев расстояние до кромки воды за пару шагов, поплыла. Позади она услышала голос Алека, зовущего ее по имени. Асия не ожидала, что тело захочет продолжить поцелуй. Оно заставляло ее дорого платить за бездумное решение. Волны неудовлетворенного желания захлестнули. Асия попыталась не обращать внимания на дискомфорт, чтобы прояснить голову.
Алек, возможно, хотел подразнить ее, поцеловав. Она вспомнила озорной блеск в его глазах. Это не означало, что он хотел большего, чем просто поцелуй. Но с Асией все иначе. Ей хотелось бы пойти… гораздо дальше.
Повернувшись лицом к морю, она вздрогнула. Асия вдруг почувствовала себя такой уязвимой и такой крошечной! С годами, живя с осознанием своей брошенности, она стала более жесткой, повзрослев быстрее, чем девушки ее возраста, которые в девятнадцать лет думали только о том, как написать контрольную на отлично и что надеть на вечеринку.
Но Асия просто не привыкла чувствовать себя так хорошо. Она не могла припомнить ни одного беззаботного дня за всю свою жизнь.
Алек, вероятно, хотел закончить день дружеским поцелуем. И она, увлекшись необыкновенной радостью, опьянившей ее, как крепкий алкоголь, разрушила их шанс на дружбу. Потому что Асия не могла представить, что Алек станет дружить с девушкой, которая вцепилась в него изо всех сил.
Ей стоило только закрыть глаза, чтобы снова увидеть рыжеволосую Элору, ее обиженный и презрительный взгляд, когда Алек сказал, что он солгал ей только потому, что не мог ни на мгновение вырваться из ее лап.
Она направилась к берегу.
– Асия?
Голос Алека раздался совсем рядом, и она закусила губу, чтобы подавить желание заплакать. Два больших вдоха, и она будет в порядке.
– Я напугал тебя?
Асия нахмурилась. Алеку не стоило этого говорить. Ему пришлось извиниться за то, что он позволил ей подумать, что хочет пойти дальше. Он должен был сказать, что поцеловал ее только для того, чтобы красиво завершить день. Это прощальный поцелуй, а она приняла его за приглашение начать что-то новое.
Вот что должен был сказать Алек, а не «Я напугал тебя?». Тем более он стоял так близко, что Асия чувствовала его тепло. «Слишком близко, – подумала Асия, и у нее пересохло во рту, – для того, кто хотел извиниться за двусмысленность своих действий».
Его рука мягко легла на щеку Асии, скользнула вниз, чтобы приподнять подбородок.
«Он хочет посмотреть в глаза», – в панике подумала Асия, чье желание плакать еще не полностью исчезло.
Поэтому она закрыла глаза. Асия дрожала с головы до ног, и холод здесь ни при чем. Она все еще пыталась придумать, как выйти из этой ситуации, как сохранить то, что осталось от ее достоинства, когда ее окружило тепло. Алек обнял ее и крепко прижал к себе. Что-то очень мягкое легло ей на веки. Асия поняла, что он целует ее, и именно это стало последней каплей. Слезы потекли по щекам.
Руки Алека сжались вокруг нее, как будто он обещал ей никогда не уходить. Это фальшиво, конечно, но заманчиво. Асия догадалась, что дальше он начнет успокаивать ее, и знала, что если дойдет до этого момента, то она никогда больше не сможет уважать себя.