Непокорная для тирана (СИ)

Мстительная часть меня решает оторваться по полной. Раз нам дали полный карт-бланш и смысла доказывать свою независимость нет, то нужно обанкротить фетишиста-любителя. Поэтому я выбираю самые дорогие комплекты, даже не смотрю фасоны, только на ценник. Валиев тоже прогуливается по магазину, словно хозяин положения. Оценивающим взглядом разглядывает бельё. И привлекает внимание не только продавщиц, но и покупательниц. Мы оба в итоге встречаемся возле примерочной с горой ненужного белья.
— Господи, тут комплектов двадцать, не меньше, — вздыхаю я, осматривая две кучки в наших руках.
— Заходи, — приказывает, подбородком указывая на бархатную ширму, за которой скрыта примерочная.
Натянуто улыбаюсь ждущему меня консультанту. Девушка распахивает для меня ширму, и я ныряю внутрь. Саид, естественно, вламывается вместе со мной. Садится на пуфик, ноги вытягивает.
Спорить с ним бесполезно. Поэтому я просто отворачиваюсь к нему спиной и примеряю первый комплект. Совершенно не стараюсь выглядеть красиво и эстетично. Но вздрагиваю от легких прикосновений к позвоночнику и вскидываю голову. Саид за спиной возвышается, перехватывает застёжку бюстгальтера и помогает.
Мы смотрим друг на друга в отражении зеркала. И у меня сердце трепещет в груди от взгляда тёмных глаз, что с жадностью разглядывают меня. Ладони смещаются и обхватывают грудь, закованную в кружево.
— Смотри, куколка, какая ты красивая, — урчит довольно и смещает руки вниз, к джинсам.
Он же не собирается прямо тут? Мы когда-нибудь до нормальной кровати доберемся⁈
— Смотри на себя, — шепчет в ухо Саид. — И не закрывай глаза.
Губы смещаются ещё ниже. Он убирает волосы на другое плечо и прижимается к шее. Лизнув, слегка прикусывает. Чёрт, я завожусь с первых прикосновений. От взгляда, от голоса, от его запаха. Это ненормально. Ненормально хотеть человека, стоит ему приблизиться, ворваться в моё личное пространство.
Откинув голову набок, прикрываю глаза, отдаваясь незамысловатой ласке. Саид целует шею, одной рукой ласкает грудь. Пальцем очерчивает ареолу едва-едва, заставляя сгорать в ожидании грубых прикосновений. Второй рукой расстёгивает мои джинсы и протискивается под них.
— Ммм, ты всегда готова для меня, и это дико заводит, куколка, — урчит, прикусывая мочку уха и проезжаясь пальцами по влаге. — Глаза, Крис. Не закрывай. Смотри.
Распахиваю веки, смотря на наше отражение. Саид дёргает джинсы вниз вместе с бельём. Тихо вскрикиваю от неожиданности и прикусываю губу. Он помогает снять их полностью, присев на пуфик.
— Не кричи. Ты же не хочешь, чтобы к нам кто-нибудь зашёл?
Киваю, а потом мотаю головой. Мужчина прикусывает ягодицу и, хлопнув по второй, поднимается. Оставляет цепочку поцелуев по позвоночнику. Ласкает языком, заставляя дрожать всем телом. Его пальцы давят на клитор, заводят сильнее. Кусаю щёку с внутренней стороны. Упираюсь ладонями в зеркальную раму.
— Ноги шире, — новое требование. — На носочки, Крис.
Выполняю. Фольга за спиной шуршит, а я дрожу. Смотрю на себя. И поверить не могу, что это я. Развратная нимфоманка, сгорающая от желания. Изнывающая и ожидающая. Покорно исполняющая мужскую прихоть. Прогнулась в прямом и переносном смысле.
— Ах! — всё-таки вырывается стон с губ, когда он плавно толкается в меня членом.
— Как в тебе тесно, детка, — шипит Саид, тормозя себя и сминая бока. — Просто идеальная, куколка.
Хочется огрызнуться, съязвить. Но всё слова сгорают в стоне. Валиев двигается медленно, почти полностью выходит, чтобы с оттяжкой ворваться.
Я смотрю в зеркало на наши отражения и только от этого сильнее возбуждаюсь. Не смея громко кричать, хватаю воздух ртом и задыхаюсь от каждого толчка. Мужчина собирает волосы за спиной. Наматывает на кулак и тянет, заставляя прогнуться сильнее. Почти на кончики пальцев встать. У меня всё внутри сводит, натягивается и звенит тугой спиралью.
Он наращивает темп, врывается с оттяжкой. Сильнее, быстрее. Двигается мощно. Я почти вперед заваливаюсь и до крови кусаю внутреннюю сторону щёк. Стоит закрыть глаза, ягодицу обжигает шлепок.
  
— Саид! — всё-таки вскрикиваю и меня накрывает, ноги подкашиваются. Всё напрочь сметает волной бешеного удовольствия.
Валиев перехватывает меня под грудью, чтобы я точно не свалилась. На себя тянет, продолжая двигаться. Я же просто теряю все органы чувств, полностью растворяясь в ярких красках оргазма.
В себя прихожу сидящей на коленях Саида и крепко прижатой к его груди. Отрываю голову от плеча, поднимаю глаза.
— Слишком для тебя? — спрашивает, убирая с лица волосы и смотря с некой тревогой.
— Нет, всё хорошо, — сиплю, возвращая голову обратно на плечо.
Мы ещё пару минут просто сидим на пуфике, восстанавливаемся. Во всяком случае, я. Не представляю, как я продолжу мерить валяющиеся в стороне набранные комплекты. И, к слову, бюстгальтер, тот, что на мне, Валиев порвал! Дикарь!
Саид, конечно же, решает вопрос кардинально. Пока я привожу себя в порядок, сгребает товар и, бросив короткое: «Берем всё!», выходит из гардеробной.
Закатываю глаза, натягиваю блузку, волосы по новой в хвост затягиваю. И, сделав дыхательное упражнение, иду к кассе. Очень стараюсь не смотреть на продавщиц. Прекрасно понимаю, что они знают, чем мы там занимались. Как бы мы ни старались, тихими точно не были. Там сам Валиев несколько раз довольно громко матерился.
Следующий пункт нашего похода по магазинам превращается просто в пытку. Отдав бразды правления мужчине, я почти сразу же жалею об этом. Он выбирает одежду, которую я бы никогда не надела. Потому что мне, чёрт возьми, не сорок лет! Потому что я свободная молодая девушка, в конце концов! И потому что я не скована чужими традициями, устоями, религией!
— Ты вроде бы современный мужчина, — ворчу, рассматривая очередной наряд, что принесли консультанты по приказу деспотичного Валиева. — Расширь свой кругозор уже!
— Не подходит! — рявкает мужчина и ко мне разворачивается. — Насколько расширить? Что красивого в том, чтоб оголять грудь и жопу? Чтобы такие, как Лютый, тебя зажимали в подворотнях?
— Думаешь, если я буду в закрытой одежде, он бы не зажал? — огрызаюсь, вскакивая. — Разочарую тебя, Валиев. Но Лютому не помешала ни моя простуда, ни грязная всклокоченная голова, ни домашний спортивный костюм. Если бы не его напарник, он бы меня прямо в моей комнате трахнул! Так что дело не в одежде, а в человеке! В данном случае — в мужчинах!
Я замечаю, как Саид закипает с каждым моим словом. Его глаза наполняются бешеной яростью, кулаки сжимаются до побелевших костяшек. Вздувшаяся вена на виске пульсирует, и, честно говоря, мне страшно становится. Замолкаю и плюхаюсь обратно на софу.
— Тот случай возле машины не единичный? — зловеще тихо цедит. Киваю, сглатывая. — Убью.
И вот даже непонятно, кого именно. Меня? Или Лютого? Надеюсь, второй вариант.
— Давай сменим тему или домой поедем, — миролюбиво бормочу. — Или вон бери вон то платье, я буду его носить. Тебе всё равно ничего не нравится.
Тычу в чёрное платье в пол с длинными рукавами на резинке и наглухо закрытым воротом.
— Не передёргивай, Кристина! — опять рявкает Саид.
Шоппинг с категоричным и деспотичным мужчиной превращается в адовый ад. И, чёрт, можно мы снова белье выберем? Мне больше понравилось, когда он ничего не запрещал. И не рычал. Наоборот, выбирал самое развратное, открытое и пошлое.
Но, слава богу, эта вакханалия наконец заканчивается. Саид скупает несколько платьев, два брючных классических костюма и сворачивает нашу прогулку. Я выжата как лимон. Ноги болят. И не только ноги. Хочется упасть лицом в подушку и отключиться примерно на неделю.
— Ты как? Всё нормально? — спрашивает Валиев, видя моё состояние. Перекладывает многочисленные пакеты в одну руку и второй к себе притягивает.
— Да. Просто поехали в гостиницу, — вздыхаю, охотно прильнув к боку.
— Есть не хочешь?
— Хочу, но лучше доставку, — жалобно поднимаю голову. На рестораны да кафе просто нет сил.