Непокорная для тирана (СИ)

  
Непокорная для тирана
   
Глава 1
 
Кристина
 
Я ненавижу гостей. Особенно незваных. Особенно в воскресный вечер. Поэтому с чистой совестью игнорирую громкую трель дверного звонка и листаю социальные сети, прихлёбывая молоко с капелькой мёда и сливочного масла. Кстати, да, ещё ненавижу болеть и пресекаю любые симптомы подкрадывающегося гриппа всевозможными народными средствами.
«Я знаю, ты дома. Открывай, Криси», — прилетает смска от старшего брата.
Глаза закатываю и со стоном поднимаюсь. Некоторым людям повезло не иметь вообще родственников. Например, моей лучшей подруге. Вот она круглая сирота и всю жизнь мне завидовала, каждый раз восхищаясь наличию в моей жизни брата. Я же завидовала ей, потому что этот чирей на пятой точке всю мою жизнь приносил только проблемы.
Шаркая тапочками, добираюсь до входной двери и ещё пару секунд оттягиваю момент перед неизбежным. Меж тем Кирилл насилует мой звонок в сто пятый раз. Он аж хрипеть начинает, подавая мне сигналы прекратить этот акт вандализма.
— Палец сотрёшь! — рявкаю я, распахивая железную дверь.
— Чего так долго? — тоже не остаётся в долгу родственник и, морща нос, окидывает меня неприязненным взглядом. — Выглядишь отвратительно.
— Вот и вали, откуда пришёл, — не остаюсь в долгу и, фыркнув, ухожу в комнату.
Кирилл заходит следом, разувается и, шурша пакетами, идёт прямиком на кухню. Я же плюхаюсь обратно на кровать, кутаюсь в тёплый плед и включаю очередную документалку про маньяков, каннибалов, убийц. Вот ничего не могу с собой поделать, обожаю смотреть «Тру-крайм»* истории.
— Пожрать ничего нет, — информирует брат, останавливаясь у порога.
— Я гостей не ждала, хочешь есть — приготовь, — шмыгаю носом и тянусь за салфетками. — Ты вообще зачем приехал-то? Опять Наташка выгнала и нужно отсидеться где-то?
— Мы с Наташкой расстались полгода назад вообще-то, — бурчит Кирилл и, пройдя в комнату, садится на кровать. Долго смотрит на меня, выглядит крайне напряжённо. — Но мне вправду нужно отсидеться у тебя. Ты же не прогонишь?
— Что ты натворил? — я сразу думаю о самом плохом. Обычно мой брат редко бывает таким серьёзным. Осматриваю его внимательнее, замечая неестественную бледность. И одежда не первой свежести.
— Ничего такого, — отмахивается Кир, поглядывая в телек. — Пиццу закажу, ты какую будешь?
— Ты мне тему не переводи! — резковато сажусь и перехватываю за рукав мастерки. — Куда ты вляпался⁈
— Да никуда, всё решаемо, но нужно время. Не волнуйся, пара дней и свалю от тебя, — ворчит брат и, вырывая конечность, сбегает обратно в кухню.
Кир заказывает себе пиццу, перемывает гору посуды в раковине. Даже мне заваривает шиповник. В общем, очень старается быть полезным, и я сдаюсь. Будто у самой проблем никаких нет. Вон температура 37.7, я сейчас не в состоянии решать чужие проблемы. Особенно проблемы старшего брата. Потому что он тот ещё балбес и вляпываться в неприятности — это его суперспособность.
Ночь проходит ужасно. Температура не падает, и приходится ставить укол, чтобы её сбить. Утром решаю всё же не идти на работу и звоню начальнице. Та выслушивает без особой радости и сквозь зубы желает скорейшего выздоровления.
Весь день я валяюсь в позе умирающего тюленя, пью травяные чаи и прошу Кирилла сходить в аптеку за нормальными лекарствами и антибиотиками.
— Сходи сама, заодно в поликлинику зайдёшь, тебе же больничный открыть надо, — открещивается от помощи близкий родственник. Явно не хочет никуда выходить. Ленивая задница!
— Я по телефону уже открыла, сходи хотя бы парацетамол купи мне, — сиплю, голос совсем пропал.
— Скорую вызовем, давай? — предлагает он.
— Ой, всё, сиди дальше, протирай диван, — разозлившись, скидываю с себя одеяло и встаю.
Поверх пижамы надеваю джинсы. Накидываю куртку и, схватив кошелек, выхожу сама. Что ещё от мужика ожидать? Я уже привыкла полагаться только на себя, потому что в нынешних реалиях не осталось нормальных мужчин. Либо инфантильные рукожопные маменькины сыночки. Либо быдло, накачанное тестостероном, считающее себя альфа-самцом.
  
Выскочив из подъезда, хлопаю со всей силы железную дверь, выражая тем самым всё своё отношение ко всем мужчинам. От грохота вздрагивают сидящие в машине двое представителей этого прекрасного в кавычках пола. И смотрят на меня злобно-перекошенными моськами.
Фыркнув, прохожу мимо них и заруливаю в аптеку. Оставив приличную сумму и набрав целый пакет пилюль, решаю ещё забежать в магазин, купить продуктов, раз уж вышла. Только те двое, что сидели у подъезда, решают именно сейчас пристать. Один вырастает прямо передо мной, второй теснит со спины.
— Вам чем-то помочь? — хриплю, шмыгнув сопливым носом.
— Кирилла Артемьева знаешь? — спрашивает тот, что спереди, и сплёвывает прямо под мои ноги.
— Нет, не знаю, — вру, даже не покраснев.
— Уверена? — уточняет второй, потираясь об спину.
— Более чем. Если мы закончили, пропустите, иначе заразитесь ещё, — для достоверности чихаю и даже рот не прикрываю.
Мужики отступают и, морща нос, уходят обратно в машину. А я иду в продуктовый. И придумываю план по умерщвлению братца. Явно ведь вляпался в какую-то большую и толстую задницу. Иначе не стали бы эти морды бандитские во дворе сидеть и караулить.
— А теперь рассказывай правду! — рявкаю прям с порога, бросая пакеты с продуктами да лекарствами.
— О чём? — удивляется Кир и тянется к одному из пакетов. Получает по рукам и, обиженно сопя, смотрит с укором.
— О чём? — передразниваю. — Например, о тех двух бандитах, что сидят возле нашей парадной.
— Каких? — строит из себя дурака брат и спешно идёт в комнату. Осторожно, через занавеску выглядывает в окно и матерится себе под нос. — Проследили-таки! Что ты им сказала⁈
— Сказала, что никакого Кирилла Артемьева я не знаю! Говори, сволочь, во что ты там вляпался! Или проваливай из моей квартиры!
— Ну, помнишь, я курьером устроился, шины да запчасти разные возил, — нехотя вздыхает брат и, подхватив часть пакетов, уходит на кухню.
— Курицу оставь, суп буду делать, — останавливаю его. — Помню, дальше рассказывай.
— Решил уволиться, осточертело работать на этого корейца за три копейки. Тем более мне предложили другую работу. Сдал машину, оставшийся товар, написал заявление. Всё хорошо, распрощались мирно, — продолжает Кирилл и, сев за стол, охотно берется чистить овощи. — А через неделю вызывает к себе и утверждает, что я у него товар украл на огромную сумму. Если не восстановлю, ментам сдаст. Я начал доказывать по всем поставкам, поднимать накладные. Взял записи с камер в тех местах, куда отвозил. Заручился теми, кто принимал товар. В итоге часть долга закрыл, а вот три поездки остались открытыми. Принимающий человек новый, старый уволился, записей никаких, накладные тоже куда-то исчезли. Видно, что я со склада уехал с загруженным товаром и ночью приехал пустой. Да и я не помню те дни, куда именно ездил. Много ведь точек у него.
Трель дверного звонка отвлекает. Брат, замолкнув, резко вскакивает и начинает метаться с грязным ножом в руке.
— Сядь и не мельтеши. Соседи, скорее всего, — хриплю, вытирая об кофту вспотевшие ладони. Температура опять поднялась, похоже.
— Не открывай, — предлагает Кир.
— Не собираюсь, — хмыкаю и вздрагиваю от громкого удара по железной двери. Там не просто по ней бьют, а, похоже, пытаются выломать.
Оставив брата на кухне, на цыпочках иду в прихожую и, подтянувшись, заглядываю в глазок. Те два бандюгана в компании Иры, соседки этажом выше. Вот трепло! Попляшет ещё у меня, все волосёнки пергидрольные вырву.
— Я вызываю полицию! — предупреждаю, выуживая из кармана телефон.
— Прибыла уже, — усмехается один и тычет в глазок корочкой. Меж тем Ирка с чувством выполненного долга быстро сбегает к себе. Чувствует, что смертушка её быстрой будет. — Открывай, малыха, по-хорошему.