(Не) чужой ребёнок (СИ)

- В следующий раз я заклею тебе рот скотчем, – Павел шипит на ухо, пытаясь перекрыть рукой источник звуков. – Соседям вовсе не обязательно знать, как тебе хорошо. Ещё завидовать начнут, здороваться с тобой перестанут.
Утром он снова отправляется по каким-то делам, а я выхожу с Ваней во двор. Пожилая соседка по лестничной площадке, подмигивая, выдаёт:
- Ух, и горячий у тебя мужчина. Чуть не полночи тебя жарил. Признавайся, сколько раз реально улетала?
Я готова провалиться под землю от стыда… Вчера я, кажется, даже имя своё забыла… Где уж мне сосчитать, сколько раз Паша довёл меня до экстаза? Неужели старушенция стояла на лестничной клетке под дверью и подслушивала? 
Мы будто пытались “надышаться перед смертью” – остервенело наслаждались друг другом перед предстоящей долгой разлукой. Удивительно, что при этом мы умудрились не разбудить ребёнка, но оказывается, не давали покоя соседке.
По вечерам, укладываясь спать, Ваня берёт у отца обещание, что тот не уедет за ночь и утром сын его обязательно увидит. Несколько дней подряд, просыпаясь и наскоро позавтракав, Павел куда-то уходит. Я теряюсь в догадках, что всё это значит и когда он планирует уезжать. Спросить не решаюсь – помню, что в юности он не любил, когда я доставала его расспросами о делах, поэтому жду, когда расскажет сам, и фантазирую… А может, просто боюсь услышать то, что мне не понравится?
- Мне кажется, эта кровать слишком мала для двоих, – заявляет Павел как-то утром, потягиваясь и растирая затёкшие мышцы.
Напрягаюсь… Я и сама по утрам как побитая собака – всё тело ломит. Но разве ж я признаюсь?
- Собирайтесь, поехали, – продолжает бывший муж.
- Куда? – удивляюсь, пытаясь понять, что он задумал.
- Узнаете.
- Папа, это секрет? Ты мне его скажешь на ушко? – скачет возле отца ребёнок.
- Ну уж нет, так не честно. Скоро всё узнаете сами.
Мы приезжаем к незнакомому дому и поднимаемся на третий этаж. Я уже догадываюсь, зачем он привёз нас сюда. На все Ванины вопросы Павел твердит:
- Ещё немножко терпения, мы почти на месте.
Наконец мы оказываемся в большой светлой квартире. Она кажется нежилой, и я утверждаюсь в своей догадке, что он хочет её арендовать. 
- Показать и рассказать ещё раз? – агент обращается к Павлу. – Или сами походите и посмотрите?
Наверное, у меня вопросы появятся позже, как и потребность в каких-то разъяснениях. Пока я прохожусь и бегло осматриваю помещения, чтобы составить первое впечатление и прочувствовать атмосферу квартиры. Как бы там ни было, а иногда с порога уже понятно, что жильё “не моё”. А тут мне нравится.
В квартире – две спальни: одна – большая, вторая – немного меньше, с письменным столом, как будто специально для ребёнка-школьника. Гостиная соединена с кухней. Всё очень чистое – видимо, косметический ремонт делали совсем недавно. И мебель хорошая, не разваливающаяся.
Присаживаюсь на кровать. Удобные ортопедические матрасы – моя слабость. Не могу спать на продавленных диванах или жёстких пружинах. Этот, на первый взгляд, хороший и не скрипит.
- Ну, как тебе? – спрашивает бывший муж. – Я выбирал из нескольких вариантов, и эта квартира мне показалась самой подходящей для нас.
“Для нас”? Подсознание цепляется за значимые словосочетания, пытаясь уловить в них скрытый подтекст.
- Супер, – говорю искренне. 
- Будем подписывать договор? – уточняет агент.
- Да. Мы сможем сегодня получить ключи и въехать, как только я оплачу?
- Конечно, как договаривались.
Мне не очень нравится, что Павел не привлекает меня к обсуждению. Он сам решил, что нужно снять квартиру, сам определил, какая нам подойдёт, сам о чём-то договаривался с агентом, не спрашивая моего мнения. Я не понимаю, надолго ли он снимает эту квартиру, на каких условиях… Он не говорит ничего о своих планах, почти ничего не комментирует. Теряюсь в догадках и нервничаю.
Бывший муж просматривает договор, я краем глаза заглядываю в него и поражаюсь сроку действия: он арендует эту квартиру на год.
- Паша, зачем такие условия? – высказываю удивление. – На целый год? 
 
- Какие “такие”? Ты же сказала, что квартира тебе понравилась? У Вани будет отдельная комната. От его школы и твоей работы недалеко.
- Погоди, но у нас уже есть жильё, у меня аренда ещё на полгода по договору, – по-прежнему недоумеваю.
- С той я разберусь. Не парься. Если что, заплачу хозяйке неустойку. 
- Постой. Что значит разберёшься и заплатишь? С какой стати? – мне вовсе не нравится, что он всё решает за меня и даже не объясняет внятно, что происходит.
- Лиза, что за вопросы? Ты – моя жена, это нормально…
- Бывшая! Бывшая жена, – перебиваю его.
- Почему это бывшая?
- Потому что мы разведены уже восемь лет! – мне кажется, что он кривляется, и от этого я начинаю злиться.
- Для тебя так важны формальности? Окей, решим с ними. Но всё-таки давай подпишем сейчас договор, чтобы не задерживать агента, – настаивает Павел.
Спорить с ним бесполезно. Когда у человека есть деньги, он считает себя хозяином. Это раздражает, но, с другой стороны, я давно мечтала, чтобы мужчина мне сказал: “я с этим сам разберусь”, – и взял на себя решение каких-то моих проблем. 
Я не понимаю, зачем нам с Ваней такая большая квартира. Вряд ли ради редких мимолётных встреч стоит тратить столько денег. Если только не…
- Павел, когда ты уезжаешь? – снова отрываю его от разговора с риелтором. 
Он что-то сказал о формальностях… Что имел в виду?
- Лиза, давай потом это обсудим, пожалуйста, – шипит, но не зло, и мне приходится дождаться, когда он закончит.
За эти бесконечные минуты я успеваю накрутить себя от “долго и счастливо” до полного фиаско и обратно. Я даже приблизительно не понимаю, как мы будем жить дальше. Нам нужен наконец серьёзный разговор!
- Паша, так ты расскажешь мне о своих планах? – повторяю вопрос, когда мы расстаёмся с агентом. Дольше ждать у меня не хватает терпения, слишком многое в последние дни у меня перевернулось с ног на голову. – Когда ты уезжаешь? Когда снова приедешь? Я ничего не понимаю. Ты принимаешь за меня какие-то решения, даже не поставив об этом в известность и не спросив моего мнения!
- Я спросил твоё мнение. Если бы квартира тебе не понравилась, мы бы поехали смотреть другую.
- Да дело не в конкретной квартире! Я хочу понимать твои планы и соответственно строить свои. Ты всё время куда-то уходишь, ничего не говоришь.
- Лиза, – говорит очень мягко и берёт меня за руку. – Прости. Можешь смеяться, но я стал суеверным. Очень боялся, что что-то пойдёт не так, собирался рассказать тебе, когда всё окончательно решится.
- Ты продолжаешь говорить загадками. И так и не ответил на вопрос: когда ты уезжаешь?
- Я бы очень хотел сказать тебе, что больше не уеду никогда. Но увы. У меня там бизнес. И хотя им занимаются в основном мои партнёры, он иногда требует моего присутствия. Кроме того, мне нужно отправить сюда вещи. Они уже стоят упакованные, так что на это не понадобится много времени.
- Не поняла…
Я не уверена, что правильно понимаю его слова. Что всё это значит?
- Лиза, я вчера подписал контракт. На год с возможностью продления. Так что я теперь буду жить здесь, с вами…
- С нами? – голос резко проседает.
Интересно, когда он собирался просить моего согласия на это?
- Папа, ты правда приехал к нам насовсем? – Ваня забегает вперёд и заглядывает отцу в лицо.
- Правда.
- И никогда не уедешь больше?
- Я буду уезжать, но ненадолго. И всегда буду возвращаться.
Ребёнок так счастлив, что мне становится неловко лезть со своими уточняющими вопросами. А их целый рой!
Домой возвращаемся после обеда, и Павел сразу отсылает Ваню к соседу. Сыну не терпится похвастаться новостью о папе и новой головоломкой.
- Лиза…
Напрягаюсь. Внутренне готовлюсь к непростому разговору, не предназначенному для детских ушей. 
- Я слишком форсирую события? – спрашивает тихо. – Ты не хочешь жить со мной?