В чужой коже (СИ)
- Давай тогда я сам разденусь, не порть одежду, у меня ее не так много, - Велора было жаль, да и от меня не убудет.
Инопланетянин отстранился, я торопливо скинул домашние штаны и фуфайку.
- Трусы оставлю, надеюсь, ты не против?
Пришелец молча лег на спину, раскинув руки в стороны, и я, с некоторой опаской, конечно, лег сверху на его тело.
Наверное, минут десять мы лежали неподвижно и совершенно молча, я уже начал замерзать, пальцы на ногах стали ледяными. Вдруг Велор произнес:
- Извини за пугающие действия. Ты очень смелый человек, Артем. Ты… готов к неприятному разговору?
- Нет. И вряд ли буду готов вообще. Давай, чего уж там. Говори, как есть.
- Новое тело мне не дадут. Сейчас нет такой возможности. Кроме биоматериала, требуется еще уйма оборудования и редких элементов, чтобы все работало. А мне, как ты понял, без контакта с человеком - никак. Считай меня подлецом, но я тебя не отпущу.
Обе пары конечностей сжались на мне сильнее, будто Велор ожидал бурной реакции с моей стороны.
- Ну, про отпускание речи и не было. Куда и как, интересно, ты мог бы меня «отпустить»? Человеческого облика больше нет, наврать с три короба, что уезжаешь, при смерти или еще чего – не получится. Значит, как только ты перестанешь отмечаться, поднимется тревога, у нас с этим строго, были уже прецеденты, когда попечителей убивали, так что следят внимательно. Как только станет известно о твоей пропаже, подозрение падет на меня. Допросы будут серьезные, а я не хочу становиться калекой. Это если выживу. Потому, как в песне поется: «Миленький ты мой, возьми меня с собой!», а не то будут мне кранты.
- Подожди, ты с самого начала понимал, что тебе придется покинуть планету?
- Или страну. Если бы тело было, можно было бы свалить в другую страну. Кстати, а как насчет какого-нибудь глухого местечка? Острова, или там тайга? Горы? Где нет людей и никто тебя не запалит?
- Нельзя, Артем. Понимаешь, ваша планета причислена к диким и очень опасным. На любую внештатную ситуацию существуют свои жесткие протоколы. А я – не военный, потому не смогу приказать их нарушить. Мне приказано в течение восьми часов собраться и покинуть планету. Разрешено взять тебя с собой, правда придется утрясти ряд юридических моментов. Вариант, что ты остаешься не рассматриваем?
- Нет, - мрачно пробурчал я, с ужасом понимая, что уже через восемь часов навсегда оставлю всех родных, друзей, знакомых…
«Ну, родных, благодаря сучке-кузине ты и так не увидишь! - рассудительно сообщил внутренний голос, - друзей у тебя нет, нечего выдумывать, а знакомые теперь к тебе и близко не подойдут. Было бы отчего печалиться!»
Но все равно отвел себе несколько минут на то, чтобы попереживать и пожалеть себя. Страшно, как ни крути. Отправляюсь неизвестно куда. С пришельцем.
Я немножко повздыхал, Велор молчал, тихонько поглаживая гладкой стороной клешни по спине.
- Ну, давай, радуй меня дальше. Это же еще не все?
- Эм… Да. Ты всегда был очень сообразительным.
- Не подлизывайся.
- Пффф… в общем, есть несколько вариантов оформления тебя в… не знаю, как перевести название. Это аналог иммиграционной службы. Первое: медицинский прибор. Не самый лучший вариант для тебя. Думаю, ты сам понимаешь, что прав не будет никаких. Юридически ты вообще не будешь считаться разумным индивидуумом. Второе: домашний питомец…
Тут уж я не смог смолчать, если еще прибор, это куда ни шло, тем более медицинский (я же лечу!), то питомец - это обидно!
- Эй, ты совсем-то совесть не теряй!
- Это просто вариант, Артем, не заводись. Ладно, раз этот тебя возмущает, переходим к следующему… эм… супруг? Несколько урезанный в правах, но с возможностью повысить статус до полноправного в дальнейшем…
Я зашипел, почти так же, как сам Велор:
- А просто… компаньона в твоих вариантах нет?
- Ну, не получается, Темочка, никак. Ты – инопланетное существо. Условно-разумное. С планетой никаких дипотношений нет. Люди – агрессивны, потому занесены в особый список. На самом деле, если бы не целебные свойства, вывоз представителей вашей расы с планеты был бы строго запрещен. Такие вот расклады.
Я бы обиделся на «условно-разумное», но все затмила мысль о нетрадиционном половом акте.
- Ну… тогда давай уже и лекцию об инопланетном сексе, чего уж теперь, надеюсь какие-нибудь яйца ты в меня не отложишь? Или… можно фиктивный? У нас тоже так иммигрантки делают. В смысле: заключают фиктивные браки, чтобы получить вид на жительство.
Велор вздохнул и начал гладить мне спину всеми четырьмя конечностями:
- У вас же их проверяют?
Я скривился и кивнул, предчувствуя неприятную информацию.
- Ну, и у нас тоже. Правда, в нашем случае достаточно, если мы просто полежим вот так некоторое время. Приборы зафиксируют, что у нас был близкий физический контакт, а с проникновением или нет – это уже наше личное дело.
- О! Ну, тогда ладно. Пусть так. Только мне холодно. Переместимся на кровать?
Мы еще часа два провалялись в обнимку. Как ни странно, никакой неловкости или неприязни я не испытывал, полностью успокоившись от мысли, что Велор так же зависим от меня, как я от него. Ну, не совсем, конечно. Однако ж злого умысла в его действиях я не вижу.
- Расскажешь мне о вашей планете?
- Да ничего особенного. Города, трава, вода. Все, как у вас. Знаешь, на Земле есть уголки точь-в-точь как у нас. А есть совершенно невероятные явления, вроде того же северного сияния. Если хочешь, я покажу тебе снимки моего города. Чуть попозже, ладно?
- Угу. Слушай, я все хотел спросить… ты двигаешься и говоришь совсем как человек. Мимика, движения… Это результат каких-то курсов?
- О, ты заметил? – бровь поползла вверх, губы изогнулись в улыбке, - нет, дело не в этом. Когда мы открыли вашу планету, ученые были поражены сходством карты эмоций. Конечно, дополнительная пара конечностей играет свою роль, но, в общем и целом, сходство потрясающее. Выдвигались различные теории, если честно, я не вникал. Какая разница? Мне не требуется прилагать усилия, чтобы расшифровать твое выражение лица, во всяком случае, не более, чем у соотечественников. У наших народов сходная психология, несмотря на внешние различия. Так что, думаю, тебе не составит большого труда обжиться в нашем мире.
- Не разделяю твоего оптимизма, - пробурчал я сонно, пригревшись под одеялом. - Даже переезд в другой город – уже стресс. В чужой стране многие испытывают весьма негативные эмоции, мучаются ностальгией, страдают от отчуждения и ощущения чужеродности. Новая среда порой настолько страшит, что люди предпочитают намного худшие, но привычные условия, возможности улучшить их на чужбине. А тут другая планета. Это сейчас я спокоен, а чуть позже, когда непосредственной опасности для жизни не будет, придет осознание и… не думаю, что все будет так просто.
- Я буду помогать, чем могу. Если хочешь, можем записаться к нашему аналогу психолога или в какую-нибудь группу позитивного мышления…
- Нет, - я даже захихикал, представив себе такую нелепость, - что я – со своим собственным мозгом не справлюсь?
- Нет ничего постыдного в том, чтобы обратиться к профессионалам за помощью, - рассудительно произнес пришелец, я опять захихикал.
- Буду лечить ностальгию проверенным способом, а то вдруг что-то в дебрях подсознания у нас сильно отличается? Водка и гитара – наше все. У вас же есть музыкальные инструменты?