Любовница бродяги

— Я не подумала о том, что кофе покажется слишком крепким, — с притворной грустью сказала она.
Джаррет наклонился, поднял подушку и запустил ей в голову. Смеясь, Ренни увернулась от снаряда.
Смех у нее сильный, сердечный, заразительный, подумал Джаррет, а не тот вибрирующий, музыкальный, иногда искусственный смех, который он слышал у знакомых женщин. Он смотрел, как она выпрямляется, прижимает подушку к груди. Румянец появился на щеках Ренни, вызов заблестел в глазах, а на губах заиграла прекрасная улыбка.
Она все-таки добилась того, чтобы его сердце остановилось.
Джаррет вытащил из-под себя затекшую ногу и наклонился вперед. Он нахмурился, в голосе его звучала угроза.
— Не кокетничайте со мной. Вы пожалеете о последствиях.
Глаза Ренин расширились, но огонек в них погас. С лица исчезло оживление, черты окаменели.
— Идите вы к черту, мистер Салливан, — тихо, но с достоинством сказала Ренни.
Джаррет встал. Когда кровь прилила к ноге, он еле удержался от стона. Чувствуя неприятное покалывание, прихрамывающей походкой он доковылял до двери, закрыл ее за собой и привалился с обратной стороны. Боль в ноге была ничто по сравнению с болью в паху. Джаррет вспомнил улыбку Ренни. Он едва успел спастись бегством.
Ренни и Джаррет избегали друг друга еще три дня. Хотя Ренни проводила в его обществе не более нескольких минут в день, она всегда чувствовала его присутствие в доме. Она забирала свою еду к себе в комнату и ела в одиночестве, в то время как Джаррет обедал с Каванагами. Он читал в библиотеке, помогал в саду мистеру Каванагу или чистил свой пистолет на кухне под бдительным взглядом миссис Каванаг. Ренни предпочитала одиночное заключение в гостиной, придя к выводу, что избегать Джаррета так же трудно и неприятно, как и находиться в его обществе.
Когда Джаррет появился на пороге гостиной, Ренни решила, что ей это показалось, и потому не сразу отреагировала. Но его обычный образ настолько не совмещался с кипой папок и бумаг, которую он держал в руках, что Ренни поняла — все происходит наяву. Джаррет вошел и опустил бумаги на софу. Они немного сдвинулись на сторону, напоминая раскрытую колоду карт.
Ренни сразу узнала свои папки.
— Подождите, — сказала она, заметив, что Джаррет собрался уходить. — Как вы…
— Я попросил мистера Каванага сходить в контору Уорта» принести то, что вам может понадобиться. — С этими словами Джаррет вновь собрался уходить.
Ренни встала и сделала движение дотронуться до него, но поняв, что намеревается сделать, быстро отдернула руку.
Краем глаза Джаррет заметил это движение. Он остановился и обернулся.
— Я… — В ее глазах появилось беспокойство, пальцы нервно теребили край зеленого платья. — Спасибо вам.
— Пожалуйста.
Несколько секунд они стояли в неловком молчании, глядя друг на друга. Груда папок начала вновь разваливаться, на сей раз соскальзывая с дивана. Они одновременно сдвинулись с места, схватив папки и при этом едва не столкнувшись головами.
Выравнивая стопку, Ренни неловко рассмеялась.
— Кажется, он полностью очистил мой стол и несколько соседних.
— Я сказал ему, чтобы он забирал все. Ночной сторож помог ему, указав ваш кабинет, так что я надеюсь, что вы получили действительно нужные вещи.
— Я уверена, что здесь все, что нужно. Сэм Уитни должен был правильно сориентировать мистера Каванага — он не раз видел, как я работаю вечерами.
Она заколебалась.
— Как я понимаю, о Хьюстоне или Келли ничего не слышно.
— Ничего. Но я решил, что послать Каванага будет не опасно. За ним не следили.
— Я совсем не это имела в виду, — почти извиняющимся тоном сказала она. — Я не ставила под сомнение ваши решения.
Джаррет пожал плечами с таким видом, будто это не имело значения.
— Вполне могли и поставить. Ведь это вашей жизни угрожает опасность.
Покачав головой, Ренни села.
— Да нет, опасность угрожает жизни Мэри Майкл. Боже мой, как бы я хотела быть на ее месте. Это бесконечное ожидание! Не могу себе представить, как она все переносит.
Джаррет облокотился на спинку софы.
 
— Ваша сестра пока не вернулась на работу в «Кроникл». Я это точно знаю.
— Вы ее видели? Он покачал головой.
— Нет.
— Тогда откуда…
— Я возобновил знакомство с Логаном Маршаллом. Я это знаю от него. Ей посылают работу в отель. Я подумал, что уж если Этан пошел на такую уступку, то я вполне могу сделать то же самое.
— Благослови Бог Этана, — задумчиво сказала Ренни.
— Немногие мужья разрешают своим женам работать. Для вашей сестры большое счастье, что она нашла такого, как он.
Ренни предпочла не высказываться на эту тему.
— Я думаю, есть и другие возможности.
— Если вас это устраивает… — равнодушно ответил Джаррет. Он посмотрел на бумаги, разложенные на кофейном столике, и карты, лежавшие на полу. — Что вы делаете?
Ренни не могла бы сказать, действительно ли его это заинтересовало или ему просто было скучно. Каванаги привыкли общаться только между собой и вряд ли могли составить кому-то приятную компанию хотя бы на несколько дней. Возможно, Джаррет разыскал Логана Маршалла только для того, чтобы услышать еще чей-то голос. Ренни интересовало, видел ли он жену Логана — Кейти. Несомненно, бывшая актриса была одной из самых красивых и известных женщин Нью-Йорка. Наверно, Джаррет сожалеет, что защищает не ее.
— Где витают ваши мысли? — спросил Салливан. Ему хотелось смотреть и смотреть на эти густые брови и серьезно сжатые губы.
Услышав голос Джаррета, Ренни некоторое время безучастно смотрела на него, затем очнулась от своей задумчивости.
— Я прорабатываю некоторые возможные маршруты железнодорожной ветки, — ответила она. Перебирая лежащие на кофейном столике бумаги и карты, Ренни нашла свои очки и надела их.
— Я вам сейчас покажу.
Джаррет был очарован. Во-первых, очками, которые постепенно сползали по ее носу и наконец остановились на кончике; во-вторых, тем воодушевлением, с которым Ренни объясняла ему свои планы. Она начертила рельеф местности, рассказывая о градиенте уклона, стационарных арочных мостах, железнодорожных узлах, пружинных шайбах, стрелочных переводах и стыковых накладках. Порывшись в поисках карандаша, Ренни нашла под картой огрызок и быстро набросала эстакаду, которая должна пересечь узкий приток реки Саут-Платт. Она указала место, где бригады строителей будут работать день и ночь, прокладывая в скалах туннель. Она объяснила насчет отсыпки балласта, который должен закреплять шпалы и костыли на ветреных горных участках; рассказала о сигналах семафора и рельсовых подушках, необходимых для того, чтобы отвести на боковой путь грузовые поезда, пока легкие пассажирские экспрессы карабкаются по крутым перевалам Скалистых гор. Когда работы будут закончены, Северо-Восточная железнодорожная компания сможет располагать прибыльной линией, связывающей с самым сердцем Денвера тот район добычи серебра, который пока не имеет выхода к развитой части страны.
Ренни рассеянно засунула карандаш в пучок волос на затылке и выжидательно посмотрела поверх очков на Джаррета. Она знала, что тот уже давно покинул свою полусидячую-полустоячую позицию и присел на корточки рядом с кофейным столиком, явно заинтересованный ее рассказом. Он тоже смотрел на нее странным взглядом, как будто не очень понимая, какие выводы следует сделать из услышанного. Неловким движением Ренни сняла очки и старательно их сложила. Вспомнив о своей привычке, она вытащила из волос карандаш.
— Ну, что вы думаете об этом? — спросила наконец Ренни.
Лицо Джаррета осталось неподвижным, только темные брови слегка шевельнулись.
— Оказывается, вы инженер, — сказал он.
Голос его был настолько ровным, ничего не выражающим, что Ренни не могла понять, удивлен этим Джаррет или недоволен.
— Ну да, — в замешательстве сказала она. — Я думала, вы об этом знаете.
— Знаю? — Он встал. — Откуда я могу об этом знать? Несколько дней назад я спросил, чем вы занимаетесь, и вы упомянули, что работаете на директора по новым проектам. Я предположил, что вы секретарь, и вы не стали возражать.