Алый бант в твоих волосах. Том 5

Я уже готов был уйти, когда она, стоя ко мне спиной, стянула с себя платье, оставшись в одних трусиках. Сегодня они оказались куда симпатичнее вчерашних, а сзади на них располагалась хулиганская надпись «Saw this — Kiss me!» и стрелка, направленная вниз промеж ягодиц.
— Увидел — Поцелуй! — мысленно перевёл я слова с английского.
Прямо туда, что ли? Ха! Смело! Но делать этого я, конечно же, не буду. Не дожидаясь, когда Мика переоденется для работы в саду, я открыл дверь и молча покинул мансарду.
  
❖ ❖ ❖
День сегодня выдался на удивление солнечным: ни единого облачка на ясном небе, а припекать стало уже с самого утра. Потому-то Анна и решила по-быстрому сделать всю работу в саду, пока не вернулись Глеб и Лиза. Насколько я понял из разговоров, они запланировали совместное времяпрепровождение с родителями Мики. Но где — здесь, под крышей уютной беседки, или в ином месте — я не знал.
Через минут десять таскания досок я взмок, словно конь, и решил избавиться от рубахи, оставшись в одних только шортах да перчатках, заботливо вручённых мне Валерией перед началом работы.
— Девочки, ну хватит считать ворон! Давайте поживее! Скоро вернутся родители Леры. Мика, ты тоже не филонь! Тщательнее выметай дорожки, — руководила работами Анна.
Накормив маленького Мишку, она почти сразу вернулась в сад.
Пыхтя как паровоз, я в одного таскал тяжёлые доски, то и дело ловя на себе голодные взгляды моих девушек. И Мики. И даже Анны! В голове крутился вопрос, где же сейчас её То́маш? Ведь эта работа, как я понимал, предназначалась для него. Нет, я вовсе не против помочь. Но вдвоём было бы легче! Да и просто интересно, куда он пропал после завтрака и… чем там они ещё потом занимались.
Тот же вопрос, видимо, мучил и дочь То́маша. В какой-то момент она не выдержала и спросила:
— Мам? А где папа?
— Ой, Мика! В офисе что-то случилось. То ли трубу прорвало, то ли ещё что. Ему позвонили, и он срочно уехал. Вот-вот должен вернуться.
Микаэла подозрительно посмотрела на мать, но ничего не ответила и продолжила без лишнего энтузиазма работать метлой вдоль дорожек. А я всё таскал доски от оранжереи и укладывал их ровной стопкой у северной стены дома.
Закончив свою работу, девчонки ушли внутрь. А следом за ними собралась и хозяйка.
— Молодец, Артём! Ты такой хороший помощник! — решила поддержать меня Анна и, низко наклонившись, подняла с земли сложенный кусок серого тента. Её чёрные лосины эффектно обтягивали стройные ноги и шикарную попку. — Вот. Накроешь их потом этим. Хорошо?
— Конечно! — легко согласился я.
Она устало кивнула и оставила меня в саду одного. Минут за десять я перетаскал остатки досок, укрыл их двумя кусками какой-то плотной материи и поспешил в прохладу за каменные стены старого особняка.
После работы мне хотелось залезть в душ и поскорее смыть с себя солёный пот. Но вначале надо чего-нибудь выпить. Пройдя по коридору, я решил сперва заглянуть на кухню и встретил здесь Анну, суетливо занимающуюся чем-то у разделочного стола.
Похоже, она недавно вышла из душа, потому что стояла босиком, одетая лишь в коротковатую голубую рубашку. Её чёрные волосы всё ещё были мокрыми и теперь весьма сексуально ложились на хрупкие плечи, оставляя на светлой ткани тёмные, влажные следы.
— Кхм… Пани Швецова, у вас не найдётся чего-нибудь попить? — спросил я, глядя на раковину.
Дома мы используем проточный фильтр, и у нас рядом с обычным изливом торчит ещё одна трубка для питьевой воды. Здесь же вроде такой нет. А в том, можно ли тут пить воду прямо из-под крана, я не уверен.
— Ох, Артём, дорогой! Ты закончил? Конечно, есть! Иди ко мне! — молниеносно среагировала она, развернулась и одарила меня милой улыбкой. Достала чистый стакан и с шипением наполнила его тёмно-синим напитком из блестящего красного сифона.
Даже не уточнив, что это, я тут же присосался к стакану.
— Мм!.. Виноградный! — сделав пару глотков, сказал я и залпом осушил весь стакан.
— Нравится? — не сводя с меня глаз, поинтересовалась Анна и добавила: — То́маш его очень любит.
— Ох… — выдохнул я и аккуратно, без отрыжки выпустил лишние газы. — Очень вкусно! А можно ещё?
— Конечно, можно! — обрадовалась она и, протянув руку, забрала у меня пустой стакан. Снова наполнила его прохладным соком и передала мне. — Держи!
Вторую порцию я пил уже не так жадно и делал глотки поменьше. Но не мог не замечать, как это действует на привлекательную женщину. Мокрый от пота, я держал стакан в одной руке, а в другой сжимал свою влажную рубаху. И я бы оделся, но, во-первых, мне всё ещё было очень жарко, а во-вторых, я и не думал, что наткнусь здесь на Анну!
Заметив мой взгляд, она отвернулась, взяла в руки какую-то баночку, чайную ложку и опять повернулась ко мне.
— Ты любишь шоколадный крем? — спросила она. Зачерпнула из банки тёмно-коричневую пасту и, приблизив ложку к моим губам, предложила: — Попробуй! Я хочу испечь бисквитный торт. Но не могу выбрать начинку. А, а, а! — отрывисто произнесла она, когда я попытался взять ложку. — У тебя грязные руки, я лучше сама. Открывай рот!
То есть стакан грязными руками брать можно, а ложку нет? Как-то странно! Но, повинуясь, я принял угощение, и Анна, прикусив краешек нижней губы, медленно вытащила ложку сквозь мои плотно сжатые губы. Зачем она это делает?
— Вкусно? Или лучше будет salko? Kondenzované mléko, — по-чешски назвала она ингредиент.
— Млеко… А что это? Пани Шве… — с трудом проглотив сладкую массу, спросил я, но мне не дали договорить.
— Анна! Можешь звать меня по имени. Хи-хи. Ты один так ко мне обращаешься. Ты заметил? — кокетливо произнесла она и сразу же вернулась к теме нашей беседы: — Кажется, по-вашему, сгущённое молоко.
— А… Ну… — едва не начал тупить я, когда Анна достала из миски крупную ягоду клубники и, обхватив её пухлыми губами, откусила половинку. Меня спрашивают, значит, хотят слышать моё мнение. А у мужчины всегда есть своё мнение. Так шоколад или сгущёнка? Я быстро принял решение и как можно твёрже сказал: — Шоколадная паста.
— Решено! — воскликнула Анна и, пока я допивал освежающий сок, ловко закинула вторую половинку спелой, красной клубнички себе в рот. — Ещё? — спросила она, забирая пустой стакан из моих рук.
— Нет, спасибо! Я, пожалуй, пойду приму душ, — отказался я и сделал один шаг назад.
Позади женщины стояла целая креманка спелой клубники. Видимо, для торта. Но почему-то от вида этих крупных ягод у меня стала обильно выделяться слюна. Вот бы тоже попробовать! Сладкие, наверное. Но с моей стороны это уже будет наглость.
Анна быстро развернулась, опустила стакан на столешницу. Открыла дверцу шкафчика и попыталась дотянуться до миксера, стоящего на самой верхней полке. И так как роста женщина была небольшого, ей пришлось встать на носочки и высоко тянуть руку, отчего низ её рубашки тоже приподнялся, обнажив идеально круглые, накаченные ягодицы. А затем Анна ещё и начала слегка подпрыгивать на носочках, пытаясь дотянуться до бедного миксера своими тонкими пальцами.
А где? Она что, без нижнего белья⁈ Я не был уверен, что мне это не показалось. Но не буду же я наклоняться, чтобы посмотреть⁈ Чёрт! Да что она вытворяет?
— Артём? Ты мне не поможешь? — не оборачиваясь, попросила меня Анна, будто ничуть не сомневалась, что я всё ещё стою здесь.
И я стоял. Нагло пялился, но не мог оторвать взгляда от стройных бёдер и такой аппетитной попы Микиной мамы.
  
Глава 17 
   
Все не то, чем кажется 
Я стоял в двух шагах от Анны и откровенно пялился на её стройные бёдра и попку, которую уже почти не прикрывала коротковатая голубая рубашка. А виной всему была вытянутая вверх рука женщины, что пыталась сейчас достать миксер из шкафа. С самой верхней его полки.