Плоды релиза Победы 1948 (СИ)
К концу 20-х, Иоффе работал с фондом Рокфеллера уже напрямую, а не как ранее, через своего давнего знакомого (ещё со времён до первой мировой) Пауля Эренфеста..
Да, та самая «мягкая сила»!
После нескольких таких разговоров с ним, Капицей, да и другими людьми из «20+» (наподобие Фока, также получавшего ранее стипендии Рокфеллер-фонда), в моей голове всплыл рассказ отца об соросовских стипендиях и грантах для обычных кандидатов наук и докторов заштатных провинциальных вузов РФ в 90-е от того самого автора учебника информатики.
Разумеется, в свете «большой сделки» ИВС и ФДР, и роли Н.О.Р. — как наследника того самого первого миллиардера в новом уровне контактов СССР и США и разделении «тайны иного хода истории», контакты ширились после ВОВ ver.2.0
До сего, 1962-го года я по прежнему не знаю, как именно смотрели из Кремля и Лубянки на подобное расширение научных и даже неформальных контактов, но, без сомнения, всё подобное происходило к 1948-у и продолжается по сию пору с их какого-то глобального решения и в рамках затеянной «большой сделки».
Может, и не по «разделу миру», но по крайней мере с целями уменьшения рисков каких-то потенциальных глобальных конфликтов.
Вообще, в свете многих событий, случившихся после моей первой встречи с ФДР, произошедшей после каких-то тектонических сдвигов в логике, выстраивавшейся в голове ИВС, я вижу, что обе стороны.. в какой-то мере.. рассматривали лично меня, мою семью, мою деятельность в области ИТ, образ моей жены в массовой культуре как некие лайт-«троянские» мероприятия двух сторон, направленные на взаимное (хотя, видимо и несогласованное между собой) формирование благоприятного внутреннего мнения о себе в стане страны-конкурента.
СССР и США, за прошедшие 20 лет, фактически перестали быть военными союзниками, но плоды того союза против Гитлера до сих пор берегут мир от большого противостояния, а народы двух стран имеют на порядок больший (я уверен в этом!) объём контактов наших обществ, не позволяющий разворачивать оголтелую пропаганду, направленную друг против друга.
Здесь не появилось ни НАТО, ни ОВД. А сменившие Сталина и Рузвельта по прежнему держат в голове «ход истории иного будущего».
И общение научных сообществ наших стран, единый мировой рынок ИТ и случившийся год назад «запуск» всемирной паутины, способствуют лучшему миру.
1961-й и 1962-й здесь запомнят все не как годы «полёта Гагарина» (случившегося ранее, по согласованию с США, в один день 1956-го с их полётом Гриссома) и Карибского кризиса (ничего подобного «здесь» нет и близко), а как год начала серийного выпуска (некоего аналога «486-го», да..) процессора «под» полноценную многозадачную ОС с графическим интерфейсом и «год старта местного интернета»..
* * *«История про Прибалтику» и моё отчётливо высказываемое ЛИЧНОЕ несогласие на уровне давнишней официальной бумаги Маленкову (в которой я безуспешно возражал против развития ИТ в Советской Прибалтике), как и позднее, уже пост-фактумное «бурчание в кругу своих», имела крайне неожиданное продолжение, в результате которого я осознал, что мой взгляд на проблему «предательства СССР в известных мне 80-х со стороны прибалтов» был несколько односторонним.
А причины этого я узнал в самом начале октября 1948-го, когда, приехав из Молотова посреди недели в Москву на пару дней на совещание по рабочим вопросам в наркомат к Маленкову, после оного был придержан в его кабинете им:
— Сейчас тебя, Никита Егорович, отвезут в цэ-ка.. — тут «наш» нарком пояснил — ..новый товарищ в Политбюро введён в курс «особой папки», он сейчас в Москве, и, узнав от меня, что ты приезжаешь по делам, захотел лично с тобой познакомиться.. поговорить. Думаю, ему есть что спросить тебя про наши балтийские республики.. может, чего ещё вспомнишь.. хотя бы на уровне личном, раз у тебя.. «там» родственников много жило.
* * *Этот человек был не первым, сменявшим выбывшего навсегда члена ПБ, который знал «главную тайну СССР и США». Тащ Вознесенский (уже ранее входивший в «20+») попал в ПБ после смерти от ХО фашиков другого, знавшего тайну — Калинина.
И вот теперь, в самом начале сентября 1948-го, не стало Жданова. И на его место в Политбюро Пленумом ЦК ВКП(б) «методом опроса» был введён первый секретарь Коммунистической партии (большевиков) Латвийской ССР.
Ян Эдуардович Калнберзинь (Калнберзиньш)..
И этот латыш, не знаю в результате каких возможных внутренних цэ-ковских интриг и борьбы, или по желанию (про «вопреки» я закономерно сомневаюсь) ИВС оказался на самой вершине настоящей власти СССР.
«Любопытный поворот» — сделал тогда я вывод. И, оказался прав.
Глава 9 — Цифровые и политические грани сталинского СССР ver.2.0 Часть II
Начало октября 1948-го. Москва. Старая площадь, 4. Один из кабинетов в здании ЦК ВКП(б). Новый член Политбюро ЦК ВКП(б), первый секретарь Коммунистической партии (большевиков) Латвийской ССР Ян Эдуардович Калнберзинь (Калнберзиньш).
Этого, ныне 30-летнего создателя электрических расчётных машин, Ян Эдуардович видел один раз — летом, на приёме в честь советской науки в Кремле, где секретари союзных республик и председатель воссозданного сразу после войны Бюро ЦК ВКП(б) по делам РСФСР Маленков чествовали самых заслуженных товарищей из числа советских учёных из всех республик.
Ещё тогда он обратил внимание на рослого мужчину, который явил своё личное украшение — жену, заокеанскую кинозвезду и певицу, отметившуюся ранее парой шебутных, но понравившихся товарищам военным песенок и столь засверкавшую зимой в премьере киносказки с совершенно безумным с идеологической точки зрения, но столь увлёкшей публику по обе стороны океана сюжетом про космическую борьбу добра со злом.
Военный союз с Америкой и англичанами против гитлеровцев сделал возможным и такие, ещё десяток лет назад невозможные ситуации.
И вот сегодня он видит этого человека вновь.
Понимая, что заокеанская красотка, в тени которой находится товарищ (или всё-таки господин?) Рожков, в действительности — лишь украшение для того самого.
Беседа ранее с генеральным секретарём раскрыла невозможное..
* * *Где-то сразу после войны, в начале 1943, состоялось расширенное заседание Политбюро, на котором, помимо постоянного состава, присутствовали первые секретари республиканских ЦК, а также высшие чины Наркоматов обороны, НКГБ, НКВД, ВМФ, Генерального штаба РККА и командующие ВВС и ПВО.
И там, товарищи генералы развернули перед секретарями союзных республик положения секретного доклада товарищей из небезызвестной «группы Мерецкова».
Суть которого сводилась к тому, «как шла бы Великая Отечественная».. если бы все меры, которые успели провести до 22 июня, запоздали бы. И если бы не были произведены первые атомные бомбы.
Приграничное сражение было бы с треском проиграно. Одна из целей первого этапа «Барбароссы» — котёл, смыкающийся в Минске был бы разыгран немцами как по нотам, осенью было бы проиграно сражение на Украине. Враг прорывался бы к стенам Москвы, которую могли бы и не удержать.
Решение по эвакуации промышленности и части населения на Урал, в Сибирь, Казахскую ССР и другие восточные части СССР, усугублялось бы паникой, неразберихой и ударами люфтваффе по узлам железнодорожной сети.
В войну могла бы вступить и Япония, сменившая вариант с нападением на Пёрл-Харбор на действия против СССР..
Советский Союз, несмотря на вероятную и в том случае помощь США и Великобритании, вставал перед невиданной угрозой поражения и выполнения врагом людоедских целей плана «Ост».
И даже в случае Победы в таких тяжелейших условиях оценка жертв СССР вырастала в разы, в самом худшем варианте доходя до 25-30 миллионов..
Поразили тогда главу латышских коммунистов даже не такие «чрезмерные» (особенно в свете «атомного рейда» и итогов триумфальной Победы над Германией) далёкие от насущных дел «теоретические выкладки» про худший вариант событий, а иное: