Второй шанс для тихони, или Я ненавижу тебя, дракон (СИ)

Камень. У меня есть камень – вспышкой врывается в сознание. Малгорн его выдал мне на случай беды. Все эти дни я носила его в кармане, будто знала, что в любой момент со мной может что-то произойти...
Эргана резко выпрямляется, делая передышку, и я трясущейся рукой тянусь к дальнему карману платья. Нащупав камень, сжала его со всей силы.
– Я ненавижу тебя, Вивьен, – губы драконицы растягиваются в счастливой улыбке, и я невольно вздрагиваю. Боже, она ведь сумасшедшая... – Ты не послушала меня, продолжила лезть к Кассиану – и за это я тебя изуродую, – торжественно заявляет она, выставляя перед собой ладони. Секунду спустя в них начинает формироваться темно-зеленый пульсар. – Ты навсегда останешься уродкой, и не только Кассиан, но ни один мужчина больше не сможет на тебя взглянуть.
  
К горлу подступил удушливый ком. Пытаюсь встать, взывая к магии. Ничего не выходит.
Пульсар срывается с ладоней Эрганы и несется прямо в меня.
И в этот момент… Лестар, вырвавшись из стального захвата, бросается вперед.
Все происходит за доли секунды.
Он заслоняет меня собой.
Вспышка. Взрыв. Мой крик. Пыль. А потом тишина.
– Лестар?.. – хриплю, обхватив его голову, прижимая к себе, словно это может что-то изменить.
Друг не реагирует. Не моргает.
Я заглядываю в его глаза – пустые, стеклянные… И в тот же миг меня начинает трясти.
– Нет… нет… Лестар! – вцепляюсь в него сильнее, ощущая, как по щекам текут слезы.
Эргана замерла на месте с диким ужасом на лице.
– Я… я не… – лепечет она, будто сама не верит в то, что сделала.
Подружки пятятся к двери, а потом срываются с места и бегут прочь.
Тишину разрывает шум портала.
В клубах магии появляется Кассиан. Молча обводит взглядом помещение, а вскоре, словно по инерции, хватает Эргану за руку и рывком притягивает к себе.
– Ты что наделала… – яростно шепчет он ей в висок, а потом резко обнимает, словно пытаясь
удержать от падения… или от собственных действий.
А я продолжаю сидеть рядом с Лестаром, не ощущая под собой пола, не слыша собственного дыхания.
Все, что осталось – бездыханное тело друга и пульсирующая пустота внутри меня.
Малгорн появляется спустя несколько секунд после Кассиана, но не один, а в окружении странно одетых мужчин. Судя по форме, они из числа местных представителей закона.
– Что здесь происходит? – хмуро спросил ректор, переводя взгляд на тело Лестара.
Я открываю рот, чтобы все объяснить, но меня опережает Эргана.
– Она его убила, – тоненьким голосом произнесла она, ткнув в меня указательным пальцем.
Я захлебнулась воздухом.
– Это неправда! Это она... это все Эргана, это она! – голос сорвался, слезы обжигали глаза, но я продолжала повторять, как заведенная.
Малгорн нахмурился, продолжая смотреть на тело моего друга.
Один из мужчин в форме выступил вперед и, бросив мимолетный взгляд на меня, обратился к... Кассиану:
– Вы можете подтвердить слова этой девушки?
– Нет, не могу, – прозвучал глухой ответ.
Я замерла.
Кассиан не смотрел на меня. Он даже не поднял взгляда. Он стоял, обнимая Эргану, прижимая ее к себе так бережно, будто это она нуждалась в утешении… будто это не я валялась в крови и пепле, с куском вырванного сердца в груди.
Я смотрела на него, широко распахнутыми глазами, не в силах ни дышать, ни пошевелиться.
– Моя невеста сказала правду, ­– спокойно добавил он.
Внутри меня что-то оборвалось.
  
Глава 17
 
Меня ощутимо трясло. Не от холода или страха, а от боли. Такой, что казалось, сейчас разорвет на части.
Он… он выбрал ее. Обнял, защитит, солгал...ради нее.
Внутри меня что-то медленно умирало.
Наверное, надежда.
Надежда прожить новую жизнь счастливо, без горечи, без сожалений... Надежда на то, что в скором времени я буду твердо стоять на ногах и воплощать мечты в реальность.
Этому не суждено сбыться. Теперь уже точно.
Лестар мертв, а с ним и я.
Горечь потери того единственного, кто протянул руку в знак дружбы, оказалось сильнее боли предательства.
Слезы продолжали литься ручьем, мне становится тяжело дышать.
Утыкаюсь лицом в грудь друга и начинаю навзрыд плакать, словно это способно помочь вернуть оторванный кусок души.
Вокруг поднялся невообразимый гвалт. Но мне было все равно. Я задыхалась от горя, мечтая раствориться в этих горьких слезах.
Чьи-то ледяные пальцы впились в плечи и рывком подняли меня.
Я не сопротивлялась. Спрятав лицо в ладонях, продолжила плакать. И с каждой новой пролитой слезинкой меня все больше затягивало в пучину отчаяния.
Кто-то из тех, что пришел с ректором, схватил меня за руки и потащил прочь.
Я попала в какую-то прострацию. Боль не только оглушила, но и ослепила.
Пришла в себя, когда меня затолкали в темную, затхлую камеру.
Я рухнула на пол, вновь давая волю слезам.
Меня выворачивало от боли.
Я плакала так сильно, что душа, казалось, готова была вылезти из груди и отправиться в мир иной вслед за другом.
Рыдая навзрыд, ненавидела себя. За каждый шаг, сделанный в новой жизни.
За то, что поступила в проклятую академию. За то, что легкомысленно относилась ко всем, кто меня окружал, надеясь... А на что я надеялась? На справедливость? Ее ведь никогда и не было в этом мире...
Тогда на что? Что мне повезет, и я стану крутой магичкой с дипломов в кармане?
А еще я ненавидела себя за свою беспомощность. Именно по моей вине Лестар погиб.
Я себя ненавижу. Дико. Неистово. До зубного скрежета.
Сильнее моей ненависти, пожалуй, ненависть...к Кассиану и Эргане.
Говорят, от ненависти до любви один шаг, но мало кто говорит, что и от любви до ненависти всего лишь шаг...
Кассиана я возненавидела с первого взгляда. Потом привязалась. Забыла обо всем на свете, позволив себе впервые за две жизни...полюбить.
Но сегодня ненависть вернулась вновь.
Сегодня снова ненавижу. Сильнее, чем вначале.
Эргана...
Обещаю, если когда-нибудь выберусь из этой камеры, отомщу ей. Если понадобится, посвящу всю свою жизнь мести.
Эта лживая мерзавка должна поплатится за все, что натворила...
Упиваясь болью и отчаянием, не сразу слышу, шорох.
Оцепенела, поднимая взгляд.
По стене, плавно извиваясь, ко мне ползло нечто серое, склизкое, с короткими лапками и чернильными глазами.
Ползень.
Он приближался медленно, будто изучая. Наверное, ждал, что я закричу, отпряну, вжмусь в угол. Но я только смотрела на него сквозь слезы.
У меня не осталось сил бояться...
Я громко всхлипываю, и в этот самый момент монстрик доползает до меня. Подавшись вперед, хватаю его, словно кота, и вновь начинаю громко плакать.
Ползень в моих руках затих.
А я, наоборот, билась в истерике, не зная, как успокоиться и унять колотящееся от нестерпимой боли сердце.
– Вижу, вы подружились, – голос Оксиана врывается в сознание.
Я мгновенно умолкаю и поднимаю глаза.
Некромант, стоя в отдалении, смотрел прямо на меня. На лице не тени улыбки. На скулах желваки, поза напряжена.
–Я... – из моего горла вырывается какое-то нечеловеческое кряхтение.
– Что ты? – Оксиан скривился. – Набедокурила, а теперь сопли на кулак наматываешь, – выплюнул он, окидывая меня мрачным взглядом.
– Я ничего не делала! – выпалила я. – Это...Эргана, это она напала.
– Знаю, что не ты. След от стихийной магии на груди у того бедного паренька мог не заметить только слепой. У тебя отродясь ее не было. Но знаешь, что, Вивьен?
– Что? – помертвевшими губами шепчу я.
– Всем плевать.
– Зачем вы здесь? – прошептала я, прижав ползня к груди.
– Как зачем? Пришел за тобой. Мы своих не бросаем, – хмуро произнес Оксиан.
  
В горле предательски застревает ком. Глаза щиплет так, что я с трудом моргаю… и все равно всхлипываю, как дура.
– Хватит, Вивьен, – скривился он. – Поднимайся. И друга с собой бери. Хотя он может и сам доползти...