Попала в принцессу толстушку? Исправим! (СИ)

Конечно, рюшек на нижней юбке было недостаточно. Поэтому еще одним элементом моего бального платья стал бант. Гигантский бант, выдающийся из-за спины, словно крылья экзотической бабочки. Выполненный из шифоновой темно-фиолетовой ткани с россыпью желтых камней, он смотрелся сказочно и очень удачно подчеркивал линии сиреневого платья, создавая выгодный контраст. За счет этого контраста, на фоне громоздкого банта, я как будто даже казалась стройнее.
  
– Полагаю, задумка удалась, – я улыбнулась.
– Более чем! Вы не поверите, ваше высочество, ко мне уже поступали вопросы от пресветлых леди, которые хотели бы обзавестись такими же платьями, как у вас. С большими цветами. Рассказывали, что обращались к другим модисткам, но получали отказ. Узнавали, что я шью для вас. Шли ко мне. Но… уходили ни с чем.
– Не жалеешь? – полюбопытствовала я.
– Пожалуй, нет, – чуть подумав, ответила модистка. – Я творю великолепные вещи – и это самое главное. Но я, как истинный творец, прекрасно понимаю, что это ваши идеи. Я рада, что в жизнь их воплощают мои руки, однако на чужие идеи не претендую. Со временем, если получу разрешение, я смогу создавать свои вариации, ну а пока… довольствуюсь выполнением ваших заказов.
– Я поговорю с юристом, – я кивнула. – Может быть, удастся что-то придумать. У меня есть еще пара идей, которые в дальнейшем мне бы хотелось продать. Но, возможно, со временем вы сможете творить в этом же стиле что-то свое.
– В крайнем случае, – модистка задумалась, – если для принцессы такое занятие окажется недопустимым, по мнению ваших родителей, я бы хотела приобрести права на ваши идеи. Вчера вы сказали, что хотели бы выпустить свою коллекцию…
– Да. Свою коллекцию я бы предпочла выпустить под своим именем с вашей помощью. Но если такое недопустимо, сгодятся и другие варианты.
– Ваше имя в любом случае будет связано с этой коллекцией.
– Не сомневаюсь, – я кивнула, еще раз с довольным видом покрутившись перед зеркалом.
А мне идет! Сиреневый ничуть не хуже подходит к цвету моей кожи и волос, чем благородные розовые оттенки или фуксия, но за счет новизны смотрится еще более интересно и свежо. А еще делает меня по-настоящему яркой и незабываемой.
На этот раз я все-таки позволила помочь мне с волосами. Пару дней назад Монесса посоветовала девушку, которая делала красивые прически и макияжи, иными словами, визажистку. Взглянув на парочку ее работ, я осталась довольна и решила нанять, по крайней мере, чтобы она помогала мне готовиться к балам. С повседневными образами я прекрасно справлялась сама.
Так что еще через час мой облик преобразился. Роскошные кудри были собраны в высокую, но вместе с тем изящную прическу на макушке. Голову увенчала роскошная диадема с такими же желтыми камнями, как на платье. Украшения я нашла в запасах принцессы – в ювелирных изделиях она явно разбиралась лучше, чем в одежде.
Образ довершал макияж с черными стрелками, модными нынче в Алдании, и золотистыми блестками. Для бала – самое то. Для бала, где я должна блистать, как главная драгоценность – тем более. Легкий хайлатер добавил лицу свежести и притягательности, а нежно-розовая помада на губах оттеняла яркие глаза.
Я осталась довольна.
Поблагодарив всех своих сегодняшних помощниц, я еще ненадолго задержалась в комнате. Судя по времени, бал уже начинается, но я, как принцесса, должна прийти одной из последних, чтобы мое появление объявили всем собравшимся гостям.
Немного нервировала мысль, что из королевской семьи на балу решила поприсутствовать аж сама королева. Брат куда-то умчался по делам, кажется, в соседний город. Отец засел за важными бумагами у себя в кабинете. А вот королева, в последнее время проявляющая ко мне слишком много интереса, решила почтить гостей своим присутствием. Подозреваю, она хотела посмотреть на меня и мое поведение. Да, это совершенно точно нервировало.
Я всмотрелась в свое отражение, показавшееся на удивление прекрасным. Пока еще легкое и не очень заметное похудение пошло на пользу, добавив привлекательности. А старания модистки и визажистки и вовсе превратили меня в желанную девушку. Можно не сомневаться, сегодня на меня обратят внимание.
Но как же странно. В своем родном теле у нас на Земле я давно уже жила самостоятельной жизнью. Мне было тридцать пять. У меня была хорошая работа, достойный доход. Временами случались отношения, которые, впрочем, к замужеству так и не привели. Хотела ли я замуж у нас на Земле? Да, хотела. Но это после того, как хорошо узнавала человека, после того, как между нами возникала крепкая связь.
И как странно теперь жить в теле восемнадцатилетней принцессы. Мало того, что я обязана слушаться родителей, считающих меня маленькой и несамостоятельной, так еще и статус накладывает дополнительные ограничения. Вот до сих пор неясно, могу ли я выпустить от своего имени коллекцию платьев. Что-то мне подсказывает, королева в восторг не придет, да и юридические сложности наверняка возникнут.
А мне бы хотелось самостоятельности. Хотелось бы ни от кого не зависеть, самой решать, чем заниматься.
 Не политикой, не улучшением законов и даже не открытием благотворительных программ, хотя о последнем пункте можно будет в дальнейшем подумать – таких грандиозных планов я не строю. Всего лишь хочу распоряжаться своей жизнью сама. Заниматься любимым делом, которое найду или уже нашла – идея с платьями пока привлекает новизной и возможностями. Но королевский статус, кажется, сводит все мои возможности к двум вариантам.
Я не обязана выходить замуж по окончании отбора. Достаточно того, что отбор срывает договоренности с Клайденом. Избавиться от мерзкого наглеца – уже победа. Но что потом?
Остаться под крылом королевской четы? Есть такой вариант. Я изучила историю Алдании и других королевств. Уже знаю, что бывали случаи, когда принцессы до двадцати пяти лет жили с родителями и замуж не выходили. Нашла даже один-единственный случай, когда принцесса не вышла замуж за всю жизнь и прожила с родителями, а потом перешла под опеку старшего брата. Однако у нее были еще две сестры – и тех пристроили выгодно, с плюшками для родины.
Но, боюсь, если останусь во дворце, под гнетом королевы свободы мне не видать. Не проще ли вырваться, упорхнуть замуж и уже там добиваться хоть какой-нибудь самостоятельности? Тот же Танар, возможно, будет не против, если я займусь выпуском модной одежды. Жаль, что эта мысль не пришла в голову раньше. Гойс в этом плане более консервативен и вряд ли позволит мне чем-то заниматься, помимо сидения дома и выходов в свет, где я составлю красивую, статусную пару. А было бы неплохо, если бы я подбирала кандидатов в женихи, исходя из заранее определенных целей.
Впрочем, есть еще третий вариант – не спешить сейчас. Завершить отбор ничем, пожить какое-то время под покровительством королевской четы. Получше освоиться в мире, выучиться хорошенько, а потом уже, с новыми знаниями, найти себе подходящего мужа. Но, подозреваю, в этом случае есть некоторая опасность. Это сейчас королевская семья готова меня отпустить и не вмешиваться в выбор избранника. А пройдет время: я похудею, «поумнею», постигнув важные знания, глядишь, королева присмотрится и решит, что жаль меня кому попало отдавать. Еще вздумает устроить выгодный политический союз. Вот до такого лучше не доводить, а значит, слишком долго отсиживаться во дворце все же не стоит.
Ладно, пока присмотрюсь к имеющимся женихам. А чтобы к ним присмотреться – пора идти на бал.
Пришлось вызвать Нию, чтобы она меня проводила. Я, конечно, уже неплохо ориентировалась во дворце, но только в той ее части, где проживала вместе с королевской семьей. В бальных залах и гостиных пока еще разбиралась плохо.
Стража толкнула тяжелые двустворчатые двери. Ко мне тут же хлынули звуки музыки, смеющихся и радостных голосов.
– Ее высочество Астелла Ярай, принцесса Алдании! – прозвучало на весь зал объявление.
Гомон тут же стих. Ко мне оборачивались. Меня встречали изумленно-восхищенными взглядами. И очень кстати, что перед выходом к гостям я рассмотрела в себе сияющую красоту – я чувствовала себя прекрасной, а это отражалось во взгляде, в осанке, в походке и выражении лица. И теперь уже все остальные видели меня такой же, какой я увидела себя.