По осколкам нашей любви (ЛП)

— Скорее на годы. Каждый раз, когда мы будем видеть каток…
Я хмыкнула.
— Никто не пострадал.
Он фыркнул и попытался не рассмеяться вновь.
Я больно ущипнула его.
— Если продолжишь дразнить, то не получишь свой Рождественский подарок. — Я купила ему Blu-Ray плеер, когда он сказал, что такого не имел, а я знала, как он любил смотреть фильмы.
Марко посмотрел вниз на меня, прижимая ближе к себе.
— А ты все равно получишь свой.
Мои глаза загорелись.
— Ты купил мне подарок?
— Конечно.
— Люблю подарки.
Его взгляд был очень нежным.
— Верно подмечено.
Тепло запульсировало во мне от его выражения лица. Я прижалась к нему сильнее.
— Ты мне вроде нравишься. Ты это понимаешь, так ведь?
Вместо ответа Марко остановил нас посередине толпы и поцеловал меня так, будто никого не было вокруг.
После долгого, жаркого объятия, я отстранилась и улыбнулась ему:
— Ты и вправду классный.
Марко заулыбался в ответ:
— Хоть кто-то из нас.
Я сузила глаза.
— У тебя два часа, чтобы выудить инцидент на катке из своего мозга, и ни больше.
— Протестую. Двух часов недостаточно.
— Ужасно как предостаточно.
— Время высмеивания должно быть соразмерно величине масштаба происшествия. Детка, ты одновременно вывела из строя пять человек на льду. Я бы сказал, что, по крайней мере, это стоит пять лет нашей совместной жизни. Один год на одного человека.
Я хотела поспорить с его математикой, но подумала, что если мы поменяемся ролями, то сама буду издеваться над ним последующие годы.
— Ладно, — заворчала я. — Пять лет.
Марко прижал меня к себе, обнимая, и снова повел меня к возвышенности.
— Ты же сейчас понимаешь, что посвящаешь себя мне на следующие пять лет?
Этот подлый, маленький… Я посмотрела на него с неохотным восхищением.
— Хорошо сыграно, Д'Алессандро. Хорошо сыграно.
В течение последних нескольких недель я начала просыпаться до будильника Марко. По большей части, чтобы просто прижаться к нему поближе и вновь закрыть глаза.
Однако утром я проснулась и обнаружила, что наши тела были переплетены; мое бедро лежало поверх его, а нижняя часть тела прижата к нему.
Марко, может, и спал, но тело осознавало близость наших интимных мест. Из-за твердого стояка, упирающегося мне в живот, я почувствовала прелестное покалывание между ног, когда полностью проснулась.
Поднимая руки вверх к его обнаженной спине, я восхищалась тем, что ощущала его. Наклонив голову, я начала зацеловывать к низу его грудь.
Внезапно его руки обхватили меня, и Марко толкнул нас, отчего я оказалась на спине, пока он нависал сверху и смотрел на меня сонными глазами.
— Сначала с помощью храпа ты заставляешь меня проснуться, а теперь пытаешься сделать так, чтобы я опоздал? — Его голос был более хриплый, чем раньше. Такой невероятно сексуальный, что мне захотелось ласкать себя, слушая его.
Я скрутилась под ним, пока не смогла ногами легко обхватить его бедра.
— Просто пытаюсь извиниться за храп сексом, но если тебе не интересно…, — дразнила я, убирая ноги.
— Не вижу, чтобы к тебе был приставлен пистолет, детка.
Я усмехнулась и покачала головой.
— Нет, это твой член.
Марко улыбнулся в ответ.
— Тебе нравится произносить это слово, не так ли?
Я кивнула, когда он опустился, чтобы прижаться поцелуем к моей шее.
— Член. — Поцелуи превратились в покусывания, отчего я захихикала. — Член, член, член.
Рыча, Марко перекатил нас так, что теперь сам был на спине. Он поднял взгляд на меня; его красивые сине-зеленые глаза были такими же бодрыми, как и стояк. Руки устроились на моих бедрах, и пылкий жар показался в его глазах.
— Оседлай мой член, — приказал Марко с хрипотцой.
Я замурлыкала, приподнимаясь над ним, пока не почувствовала член у входа, и сразу стала влажной от его слов.
— Раз ты так хорошо попросил…
* * *
Я была в великолепном настроении. День начался со сногсшибательного секса, и вот уже конец одного из моих любимых уроков. У меня был четвертый класс старшей школы, и мы обсуждали злодеев. Чтобы прибегнуть к иллюстрации развития персонажа и необходимости обдумать хороший образ злодея в литературе, я использовала нарезки из фильма «Темный Рыцарь: Возрождение легенды».
 
Детям это понравилось, и фильм действительно помог понять им то, как применялась история, обстоятельства и мотивация в создании плохого персонажа. Ученики были заинтересованы. Возможно, это был самый оживленный урок, который когда-либо видела, поэтому наслаждалась этим в полной мере.
— Что с вами? — Джек Райан, заноза в моей заднице, усмехнулся и успешно испортил позитивную атмосферу. — Кто-то вас все-таки порадовал?
Кровь закипела, и, пока я считала до десяти, чтобы спокойно ответить этой мелкой заднице, Джаррод кинул в него ластик.
Тот врезался в щеку Джека. Сильно.
— Че за херня! — Он прижал ладонь к щеке и посмотрел в сторону Джаррода, заерзав, будто собирался встать, но я уже решительно шла в наступление.
— Садись обратно, — ужасно спокойно потребовала я. Весь класс напрягся от злости в моем голосе.
Удивленный моим тоном, Джек уселся обратно.
Дойдя до его стола, я положила на него руку и нагнулась вниз, чтобы Джек смотрел только мне в лицо и никуда больше.
Мой голос был тихим и строгим, когда начала выкладывать ему:
— Если ты еще раз заговоришь так со мной, то вылетишь отсюда. Понял меня?
Он пожал плечами.
Я сузила глаза.
— Тогда позволь мне тебе все прояснить. Я тобою не впечатлена. И даже не запугана, и, честно говоря, мне уже тошно от твоего постоянного выпендрежества в классе. Еще одно неподобающее слово, и ты вылетишь. И я буду выставлять тебя из класса каждый раз, когда будешь делать так. А знаешь почему? Мне плевать, пропустишь ты уроки или нет. Я лучше одарю вниманием того, кто заслуживает это. Если ты хочешь выйти в мир без среднего образования и затем потратить жизнь на то, чтобы сводить концы с концами, тогда вперед. Скажи мне то, что действительно, действительно выведет меня.
В ответ Джек просто безмолвно уставился на меня.
Но он не открыл рот. Я сочла это за прогресс.
Стреляя в него последним предупредительным взглядом, я наклонилась, подобрала ластик Джаррода и подошла к его столу.
— Думаю, ты уронил его.
Ухмыляясь, он забрал его обратно, но на тот момент я не выпустила стерку из руки.
— И попрошу в следующий раз не ронять его.
Выражение Джаррода поменялось; ухмылка исчезла, и нотки серьезности появились в его глазах. Он осторожно кивнул, и я наконец отдала ему стерку.
Мы закончили урок, но Джек официально испортил мне настроение. Я одарила его еще одним суровым взглядом, когда он выходил из класса после звонка на перемену. Когда все дети начали уходить, Джаррод подошел к моему столку, ожидая, когда уйдут все.
Как только последний вышел за порог, он заулыбался мне.
— Вы и вправду выглядите счастливее, мисс. — Улыбка превратилась в понимающую. — Это как-то связано с тем парнем, который приходил к вам недавно?
— Джаррод, — твердо сказала я, — это не твое дело.
— Точно, — ухмыльнулся он, — Просто говорю. Приятно знать, что большой парень присматривает за вами.
Это было так мило, но я не дала ему об этом понять. А вместо этого сказала:
— Насколько бы я не ценила то, что в мою защиту ты кинул в Джека ластик, мне нужно, чтобы ты думал, прежде чем что-то делал. Ты очень вспыльчив, Джаррод, а это может привести тебя к ситуации, которая, возможно, не дастся легко; я хочу, чтобы ты был выше этого. Поэтому, когда кто-то говорит то, что тебе не нравится или пытается добиться от тебя реакции, остановись, подумай и вспомни, что ты — умный ребенок с ярким будущем и маленьким братом, который думает, что мир крутится вокруг тебя.
Джаррод смотрел на меня некоторое время, наверное, обдумывая слова.