Квинканкс. Том 2

— Что здесь случилось? — спросил поверенный.
Момпессон открыл было рот, но мистер Барбеллион предостерегающе поднял руку.
— С вашего позволения, сэр Дейвид. Я советую вам ничего не говорить сейчас.
— Он выстрелил ему в спину, — коротко сообщил мистер Памплин.
— Кто-нибудь из вас видел, как это произошло? — спросил мистер Барбеллион, переводя проницательный взгляд с одного лица на другое.
Биссетт смотрела на поверенного безучастно, а мистер Фамфред испуганно, и он время от времени поглядывал на леди Момпессон, которая не сводила с него пронзительного взгляда. Мистер Памплин отвел глаза в сторону.
— Вы собираетесь хитростью спасти его от моей мести? — прохрипел Беллринджер. — Чарльз, черт вас побери, вы же все видели.
— Было слишком темно, чтобы толком увидеть что-нибудь, — пробормотал священник.
— Генриетта?
Она молчала. Потому ли, что лишилась дара речи от потрясения?
— Я все видел, — сказал мистер Фамфред, глядя прямо в глаза леди Момпессон.
— Идиот! — взвизгнула она и отвесила сыну пощечину.
— Тогда я ничем не могу помочь вам, сэр Дейвид, — сказал мистер Барбеллион. — У вас очень мало времени. Советую вам распорядиться им с толком.
К великому моему удивлению, леди Момпессон опустилась на колени рядом с умирающим и принялась торопливо обшаривать его карманы. Сэр Дейвид тоже встал на колени и последовал примеру матери, положив пистолеты на пол.
— Зря стараетесь, — прохрипел Беллринджер.
Они выкладывали все у него из карманов на усыпанный битой черепицей пол. Леди Момпессон нашла записную книжку и торопливо пролистала.
Я шагнул вперед:
— Я протестую. Человек тяжело ранен. Надо послать за врачом.
Эта парочка не обратила на меня никакого внимания. Они напомнили мне двух воров, рывшихся в карманах у мертвеца, которых я видел однажды на пустыре близ Бетнал-Грин.
Затем мне на ум пришло совсем уже зловещее соображение. Завещание будет представлять для них ценность лишь в том случае, если произойдут два события: моя смерть и бракосочетание Генриетты либо с самим Момпессоном, либо с Томом. По всей видимости, они с таким рвением искали завещание потому, что точно знали, что некто исполнен решимости убить меня.
Мистер Барбеллион внимательно смотрел на меня и теперь улыбался слабой приветливой улыбкой. Надо полагать, я представлял собой странное и жалкое зрелище, ибо теперь, вдобавок к повреждениям, нанесенным мне Барни, брови у меня были опалены и лицо покрыто копотью и обожжено от пистолетного выстрела.
— А, наследник Хаффам принимает нас в доме своих предков, — промолвил адвокат.
Я услышал звон и увидел, как Момпессон вытряхивает из кармана Беллринджера на вытертый каменный пол связку ключей. Один из них был огромным.
— Оно не при мне, — с трудом проговорил Беллринджер. — Я не такой дурак. — Он судорожно глотнул ртом воздух и приподнял голову, чтобы видеть леди Момпессон и ее сына, которые прекратили поиски и теперь напряженно смотрели на него. — Оно в надежном месте. — Слова звучали все тише, и паузы между ними становились все длиннее. — Оно вернулось обратно… где и должно находиться…
Его голова бессильно откинулась на битую черепицу.
— Вернулось обратно, где и должно находиться! — повторил я про себя, уставившись на огромный ключ. И во время своего визита ко мне Беллринджер сказал, что оно «в надежном месте, где и должно находиться». Эти слова напомнили о чем-то, слышанном мной от кого-то еще, но я не мог вспомнить, от кого именно.
— Ты глупец, — прошипела леди Момпессон своему сыну. — Ты погубил всех нас.
— Что же мне делать? — пробормотал он.
— Я не могу давать вам советы, — сказал мистер Барбеллион. — Ибо в таком случае я буду признан соучастником после события преступления.
Момпессон сжал кулак и двинулся вперед, но мать схватила его за руку и удержала на месте.
— Я могу лишь описать вам, — продолжал поверенный, — возможные действия человека, совершившего тяжкое преступление. Он может уехать за границу, без промедления. Для этого ему потребуется добраться до ближайшего порта — каковым, по всей видимости, является Бостон — и сесть на пакетбот, следующий в один из датских портов. Боюсь, ему придется жить за границей до конца жизни.
 
— Постойте, — сказал я. — Этот человек совершил убийство. Наш долг — задержать преступника.
— Идите к черту! — вскричал Момпессон.
— Таким-то образом вы хотите отомстить нам? — возопила леди Момпессон.
— Хорошо сказано, — иронически заметил мистер Барбеллион. — Но, к несчастью, сэр Дейвид человек отчаянный, и он вооружен. — Он выдержал паузу. — Вы ведь вооружены, сэр Дейвид?
Момпессон торопливо поднял с пола пистолеты.
— Что мы можем поделать? — продолжал мистер Барбеллион. — Если все присутствующие здесь мужчины набросятся на него, один наверняка получит смертельное ранение. Закон не обязывает нас рисковать жизнью.
— Вот именно! — выдохнул мистер Памплин.
— Оба пистолета разряжены, — сказал я.
— Вы просто хотите отомстить, верно? Вы, низкий, подлый человек! — вскричала леди Момпессон.
Слова уязвили меня, но я не знал, как ответить, не признав справедливость обвинения.
— Пусть он проваливает, — сказал Джоуи, глядя на тело Беллринджера. — Из-за такого ничтожества не стоит рисковать своими шкурами.
— Этот я перезарядил, — сказал Момпессон, бросая один из пистолетов на пол, а другой наставляя на меня.
— Вы лжете, — сказал я.
Я бросил взгляд на Генриетту, которая наблюдала за происходящим до странности напряженным взглядом.
— Хорошо, — сказал я. — Ступайте прочь.
Я посторонился, и он прошагал мимо с выражением тупого злобного торжества в глазах.
— Пойдем, Фамфред, — сказала леди Момпессон, поворачиваясь к старому кучеру. — Отвези сэра Дейвида в Бостон.
Старый кучер заколебался.
— Вы не обязаны, — сказал я. — Возможно, вы впоследствии пожалеете, коли сейчас сделаете это.
— Где твоя преданность? — воскликнула леди Момпессон, увидев нерешительность слуги.
— А вы разве честно поступили со мной, когда приказали отвезти юную леди в церковь для венчания супротив ее воли? — ответил мистер Фамфред. — Но ладно, мэм. Я сделаю, как вы велите.
Леди Момпессон повернулась к поверенному.
— Вы поедете с нами?
— Нет, леди Момпессон, более я не стану компрометировать себя. Мой долг — найти поблизости судью и дать показания против вашего сына. — У леди Момпессон округлились глаза, но он продолжал: — Однако, если в поисках судьи мне придется идти пешком по такой погоде, да еще не зная дороги, я сильно сомневаюсь, что успею хотя бы добраться до него прежде, чем сэр Дейвид достигнет следующей почтовой станции, расположенной на полпути к побережью отсюда.
Леди Момпессон коротко улыбнулась, а потом повернулась к Генриетте.
— Живо отправляйся в дом и жди меня там.
Генриетта даже не взглянула на нее.
— Дейвид! — вскричала она. — Возьмите меня с собой!
Момпессон в замешательстве пожал плечами. Девушка явно находилась в истерике и в совершенном смятении.
— Она не выйдет за вас теперь! — крикнула Генриетта. — Она не последует за вами за границу!
Момпессон двинулся к выходу с глупой улыбкой.
— Успокойся, Генриетта! — резко сказала леди Момпессон.
Я шагнул к Генриетте, чтобы взять за руку, но она отпрянула от меня и отбежала дальше в тень.
Момпессоны уже почти достигли двери, когда мистер Памплин подал голос:
— Леди Момпессон, позвольте мне объяснить свое участие во всем произошедшем, дабы не потерять вашего расположения. Я стал невинной жертвой обмана. Беллринджер сказал, что нуждается в моих услугах священнослужителя, и…
Не снизойдя до ответа, леди Момпессон лишь бросила на него раздраженный взгляд и вышла прочь; сын и Фамфред следовали за ней по пятам. Священник повернулся к нам и закончил фразу:
— …и, одним словом, я понятия не имел об его истинном замысле.