Через бурные волны (ЛП)

— Да, он убил тебя, — Серена склонила голову. — И когда я попыталась последовать за тобой в мир мертвых, Посейдон решил превратить меня в морскую богиню, чтобы моя красота никогда не умерла. Бастиан солгал, чтобы обмануть тебя, как он всегда это делает. Я не убивала тебя, любовь моя. Это сделал он.
— Как Бастиан…? — Я потер висок. — Он не всегда был бессмертным. Он был просто человеком. Вот почему он хотел сердце сирены. Как он мог участвовать в этом все это время?
  
— Твоя, моя и Бастиана судьбы переплетены. Когда Посейдон понял, что он натворил, то приговорил его к вечности, жизнь за жизнью, перерождение за перерождением, пока его ошибка не будет исправлена. Но у Бастиана было черное сердце в каждой жизни, и это случилось в течение одной жизни, вскоре после того, как он, наконец, нашел способ прервать свой собственный цикл смертей и перерождений — он связал себя с Дэйви Джонсом, чтобы обрести силу тени и бессмертие — способ избавиться от проклятия. Но довольно скоро он понял, что вместе с силой Джонса пришел и долг перед душами тех, кто погиб в море. Поэтому он стал искать другой источник вечной жизни — способ сохранить свою темную силу, но больше не быть в долгу у Джонса. Зелья, заклинания, Источник Молодости, сердца сирен — все это он испробовал, но безрезультатно. И поскольку я все это время отказывалась любить его… и поскольку он знает, что я хочу отомстить… он хочет моей смерти.
Все это имело смысл. Вот почему Бастиан так сильно хотел избавиться от кракена. Он знал, что тот охраняет ее. И тогда, когда с кракеном покончено, он мог, наконец, убить ее.
«Отличная работа». Змеиный голос прошипел у меня в голове. «Какой же ты специалист по разгадыванию тайн».
Я боялся, что Бастиан узнает, что я был здесь с ней. Он узнает, что мы не убили Кракена. Он придет за всеми нами… и скоро.
Я взглянул на Катрину, внезапно вспомнив, что она тоже здесь. Она наблюдала за нами обоими, широко раскрыв глаза, переводя взгляд с одного на другого. Монстр застонала позади нее в тени, готовая в любой момент снова схватить нас.
— Беллами, ты в порядке? — спросила Катрина. — Что происходит?
Я колебался, пытаясь найти ответ, который мог бы выразить все, что я только что узнал. Но времени не было. Я не мог повторить все это здесь.
— Кто твоя подруга? — спросила Серена, отведя взгляд. — Я думала, что все сирены мертвы.
— Остались только мы с мамой, — смело заявила Катрина, расправив хвост и выпятив грудь и плечи.
— Тогда мне жаль, что ты больше не можешь рассчитывать на мою защиту, — сказала Серена мягко, но без эмоций. — Я создала сирен, и когда я полностью овладею своей силой, никто не сможет причинить тебе вред.
— Но ты ведь потеряла свою силу, верно? — спросила Катрина, подплывая к нам. — Я слышала, ты сказала Беллами, что ты — богиня, которую мы искали. Нам нужна твоя помощь.
— Я помогу тебе, если смогу, но без моей силы я ограничена и если покину эту бухту и защиту кракена, Бастиан начнет на меня охоту.
— Мы защитим тебя, — сказала Катрина. — Мы не позволим ему причинить тебе вред, правда, Беллами? — От того, как она посмотрела на меня, меня чуть не стошнило. Я не мог обещать Серене такую защиту. Я не смог защитить ее даже от своего отца, не говоря уже о человеке, обладающем силой Дэйви Джонса. Но я действительно хотел вернуть ее к жизни.
— Ты говоришь с такой же уверенностью, как и в тогда, когда пообещала убить кракена, — произнес я, — и мы видим, чем это обернулось.
Катрина посмотрела на меня таким взглядом, я и забыл, что она на это способна.
— Тогда мы вернемся, возьмем корону и принесем ее сюда.
— Мы никогда не получим эту корону, если не выполним свою часть сделки. Нам придется найти другой способ. — Я пошевелился, только сейчас заметив, что у меня почему-то не образуются пузыри, когда я говорю. Я все еще был частично уверен, что это был какой-то сон.
Серена шагнула вперед, при каждом шаге песок блестящими струйками кружился у нее под ногами. Она грациозно подошла к Катрине и коснулась ее руки.
— Дорогая юная сирена, — сказала она, — зачем ты так отчаянно искала помощи?
— Это долгая история, но кое-кого, кого я люблю, сила Трезубца отправила в прошлое, и ты — единственная, кто может вернуть его обратно. Ты можешь это сделать? Ты можешь изменить время?
Взгляд Серены смягчился, и она наклонила голову, словно пытаясь найти способ сообщить плохие новости как можно мягче.
— Я не могу этого сделать, даже в своей полной форме, я не властна над временем.
Лицо Катрины исказилось, на лбу появились складки. Она несколько раз моргнула с выражением недоумения на лице, прежде чем заговорить снова.
— Ч…что? Нет… тогда почему… почему Майло велел нам найти тебя? — Она посмотрела поверх плеча Серены, разочарованно встретившись со мной взглядом. — Зачем ему говорить нам…?
Я колебался, так же как и она, не зная, что ответить. Но независимо от того, что она могла или не могла сделать для Майло, я ни за что на свете не собирался оставлять Серену здесь. Несмотря на то, что это казалось невозможным, я должен был найти способ вернуть ей корону.
— Это не имеет значения, — я подошел к Серене и с некоторым трепетом взял ее за руку. Я бы солгал, если бы сказал, что мне было совсем не страшно взять богиню за руку. — На этот раз я собираюсь спасти тебя. Чего бы это ни стоило.
— Тебе придется убить Бастиана, чтобы вернуть корону. И ты не можешь убить его.
— Я уже убедился в этом на собственном горьком опыте, — проворчал я.
— Он, наверное, уже стал таким могущественным, — взгляд Серены с беспокойством метнулся в сторону.
Я взглянул на Катрину, которая все еще казалась слишком расстроенной, чтобы говорить, подвешенная в воде на медленных взмахах хвоста. Я не мог представить, какое разочарование она, должно быть, испытывала. Ее единственная надежда только что сказала ей, что надежды нет. Я хотел чувствовать себя так же плохо, как и она, но мое сердце разрывалось на части. Было невыносимо думать, что, возможно, нет способа вернуть Майло обратно. Я всегда буду нести на себе тяжесть того, что подвел его и подвел Катрину. Но в то же время я воссоединился с Сереной, и я не считал, что цена за это слишком высока. Поэтому, когда я увидел, как Катрина смотрит в пустоту с абсолютной пустотой в глазах, мне стало ее жаль.
— Серена, — она, наконец, заговорила, ее голос был глухим и напряженные, — ты уверена, что я ничего не могу сделать? Пожалуйста… должно же быть что-то.
Серена помолчала минуту, которая показалась часами, накручивая прядь своих волос на палец, будто размышляя над вопросом Катрины.
— Прости, но у меня нет сил, чтобы сделать то, о чем ты просишь.
— Тогда пойдем с нами, — сказал я. — Пойдем с нами, и мы продолжим искать способ. И мы, наконец, сможем быть вместе.
— Дело не в том, что я не хочу, — сказала она, — но… это небезопасно для нас обоих, — она посмотрела на меня, все еще держа меня за руку.
— Что ты имеешь в виду? Нет, я клянусь тебе, что освобожу тебя, Серена. А если я не смогу, то останусь с тобой навсегда.
— Беллами, нет. — Она покачала головой, но я с неожиданной смелостью взял ее лицо в ладони. — Нет, нет! Я не хочу, чтобы тебе было больно. Пожалуйста, не надо.
— Да. В любом случае, мы будем вместе, — выдохнул я, прижимаясь своим лбом к ее.
Она начала спорить, но затем остановилась, глубоко вздохнув и пожав плечами.
— Я бы никогда не позволила тебе остаться в этой бездонной яме, Беллами. Я была в безопасности здесь много лет. И я буду в безопасности с Калой. Продолжай жить своей жизнью. Я не могу позволить тебе сделать это.
  
— Моя жизнь — с тобой. И если ты не позволишь мне остаться, тогда тебе придется пойти с нами, — я нежно поцеловал ее в губы. — Потому что мы тебя здесь тоже не оставим.
Глаза Серены наполнились слезами, когда она снова и снова качала головой.
— Нет… нет. Это неправильно. Как получилось, что ты спустился сюда с такой смелостью, чтобы приказывать богине?