Протокол: Новый Архимаг 2.0 (СИ)

— Похищение Киры… — Морозова сжала перила с такой силой, что костяшки пальцев побелели, — Это они?
— Да. Если не сам Борис, а кто-то из его окружения, Тимур Кайлов или Макс Рогов, например, — кивнул я, — Теперь они прямо угрожают ей и другим моим близким. У меня осталась пара дней, чтобы принять решение.
Я достал свой коммуникатор и показал ей то самое сообщение с угрозами. В глазах Морозовой промелькнуло что-то опасное. Таким, наверное, бывает взгляд палача, когда ему показывают, что топор затупился.
  
— И вы хотите нанести упреждающий удар, — Морозова понимающе кивнула, — Умно.
— У меня есть план, — я посмотрел ей прямо в глаза, — Но мне нужна помощь.
— Господин желает моего участия? — в её голосе мелькнула ирония, но лицо оставалось серьёзным, — Не могу сказать, что меня это… удивляет. Но обычно мои… клиенты приходят ко мне за иными услугами.
— Не столько участия, сколько поддержки, — я покачал головой, — Я справлюсь и сам, но с помощью будет надежнее. И мне нужно знать, что Кира и её семья будут в безопасности.
— Об этом можете не беспокоиться, — Морозова выпрямилась, и на миг я увидел в ней ту самую Ночную Госпожу, — Я позабочусь о своих племянницах. Никто не посмеет их тронуть.
— Спасибо, — я искренне кивнул, — Страхов, Кайлов и Рогов должны получить урок, который отобьет у них охоту пытаться завладеть кристаллом. Они должны понять, что… подобные попытки могут дорого им стоить.
Морозова задумчиво постучала пальцем по перилам:
— Значит, вам нужно сделать так, чтобы они сами отказались от этой затеи.
— Именно, — я кивнул, — Показать, что игра не стоит свеч.
Морозова внезапно посмотрела на меня с каким-то новым выражением — смесью уважения и интереса:
— Знаете, Господин Ветров… Семен, я должна признать, что недооценила вас. Вы… впечатляете. При первой встрече мне явно стоило предложить вам быть не моим подопытным, а… коллегой.
— Это комплимент? — я не удержался от улыбки.
— Констатация факта, — она пожала плечами, но я заметил тень улыбки на её губах, — Так каков ваш план?
Я начал объяснять свою идею, и с каждой секундой её глаза загорались всё сильнее. Когда я закончил, она медленно кивнула:
— Дерзко. Рискованно. Но может сработать. Мне нравится.
— Думаешь, осилим? — спросил я.
— С вашими особыми… способностями, — она скользнула взглядом по моему телу, — и новыми улучшениями… да, думаю, шансы есть.
Она замолчала на мгновение, а потом добавила неожиданно мягким тоном:
— Только будьте осторожны. Ради Киры. Кажется, племянница в самом деле к вам не равнодушна.
Не знаю даже, как это комментировать… Морозова только что в присутствии родни пыталась со мной незаметно поиграть в… подстольный бильярд. А теперь говорит, что за племянницу беспокоится. Мде-е-е…
— Обещаю, — я кивнул, — Я не подведу её. И не подведу тебя. А ты не подведи меня.
Мы стояли на балконе, глядя на город, словно два союзника, которые только что заключили важное соглашение. Солнце начинало клониться к горизонту, окрашивая панорамы в золотистые тона.
— Знаешь, — я повернулся в сторону Морозовой. Из-за обострившегося зрения я мог видеть мельчайшие морщинки вокруг её глаз, — Мне в целом плевать, но… я подозреваю, тебе просто нужна… нормальная личная жизнь.
Она удивлённо моргнула:
— Что?
— Ну, знаешь, свидания, рестораны, — я пожал плечами, — А не… все эти твои увлечения с подземельями, цепями и прочей атрибутикой из каталога «Мучитель и жертва: осень-зима».
— И что вы предлагаете, Господин? — она удивленно приподняла бровь, — Начать ходить на танцы?
— Почему бы и нет? Вдруг поможет? — я развёл руками, — Или запишись на скалолазание. Или на боксёрский ринг — судя по удару, у тебя неплохие задатки.
«Боже, Сеня… ты сейчас предлагаешь психопатке с садистскими наклонностями заняться боксом?» — Алиса чуть не свалилась в обморок от моей идеи, — «Ты серьёзно? Может, сразу дашь ей топор и отправишь в лес на лесоповал?»
«А что? Пусть лучше колотит грушу, чем студентов».
«Может, кружок вязания ей порекомендуешь? Учитывая ее опыт с веревками и узлами, она быстро освоится. Правда, бабушки в кружке могут немного вспотеть от ее техник… И не факт, что все уйдут на своих ногах».
Екатерина Васильевна смотрела на меня с таким удивлением, словно я предложил ей полететь на Луну.
— Вы… странный, Господин, — наконец произнесла она, — Я держала вас связанным, пытала, готовилась… препарировать. А вы даёте мне советы по здоровому образу жизни?
— Ну, технически, сейчас связана ты, — я ухмыльнулся. Думаю, она поймет намек, — Так что делаю, что хочу, ясно?
— Ясно, Господин Семен, — профессор неожиданно улыбнулась, и её лицо преобразилось, став почти… обычным. Человечным, — Вы… действительно особенный.
— Да, мне часто это говорят, — я почесал нос, — Обычно перед тем, как попытаться убить.
«Спроси у нее, где она нашла эти свои амулеты с приколами», — подсказала Алиса, — «Может быть и нам в подземельях пошарить?»
В этот момент дверь на балкон открылась, и выглянула Кира:
— Вы не замёрзли тут? Мама чай налила. И уже планирует к нему притащить семейный фотоальбом с моими детскими фотографиями… спасите, пожалуйста…
— Уже идём, — я улыбнулся ей, — Мы с профессором Морозовой как раз закончили.
— Действительно, — Морозова кивнула, мгновенно превращаясь обратно в строгую преподавательницу, — Ваша работа, студент Ветров, требует доработки, но в целом… приемлема.
Кира закатила глаза:
— Тётя Катя, сделай милость, не будь сейчас профессором. Ты же в гостях!
— Старые привычки, — Морозова позволила себе лёгкую улыбку, — Когда вижу студента… мое тело действует отдельно от разума.
* * *
Остаток вечера прошёл в неожиданно тёплой атмосфере. Даже Морозова казалась чуть менее напряжённой, хотя время от времени я ловил её изучающий взгляд. Мила вернулась к своим кошачьим повадкам, но теперь я понимал, что это не просто причуда — её артефакт действительно позволял ей ощущать мир иначе. Она выкрутила свой артистизм на максимум, показывая, за что ее любит аудитория в соцсетях.
К девяти вечера Валентина Васильевна объявила:
— Девочки, надо бы помочь с посудой. Карамелизированный сироп засохнет, потом не отмоешь!
— Я помогу, — вызвалась Кира, поднимаясь из-за стола.
— И я, — неожиданно произнесла Морозова, — Давно мы с тобой, Валя, не мыли посуду вместе.
Валентина Васильевна просияла:
— Как в детстве, помнишь? Ты мыла, я вытирала.
— Ой, не люблю мыть посуду и мочить лапки, — хихикнула Мила, тут же скрывшись в своей комнате.
Я направился в гостиную следом за ней. Там Мила уже успела включить головизор и теперь лежала на диване, свернувшись в клубок, совсем как настоящая кошка. Выглядело это до того натурально, что я машинально поискал взглядом миску для корма где-нибудь в углу.
— А, это ты, — она подняла голову, потянулась всем телом и сладко зевнула, — Решил сбежать, пока мама не предложила тебе руку и сердце Кирасины?
— Кирасины? — я усмехнулся, присаживаясь в кресло.
— Не переживай, — Мила потянулась с кошачьей грацией, — Она всех парней Киры так встречает. До тебя был один гений, так она ему сразу альбом со свадебными платьями показала. Бедняга сбежал через два часа. Нашли его в трех кварталах отсюда, бормочущего что-то про кольца и приданое.
«Я б на твоем месте задумалась! Из этой семейки живыми не уходят — либо женят, либо в кадку с землёй сажают!» — прокомментировала Алиса.
В этот момент в гостиную вошла Морозова. Её лицо приняло обычное строгое выражение, но когда она заговорила, голос звучал даже мягко:
  
— Семён, вы, наверное, скоро будете уходить? Уже поздно, а вам ещё в академию возвращаться.
— Да, пожалуй, — я кивнул, понимая намёк.
— Отлично, — она кивнула, — Я тоже собираюсь. Могу подвезти вас, если хотите.
— Если вас не затруднит.